Чтение онлайн

Боже мой…

Индиго прижала руку ко рту. Ложь, сплошная ложь! Все, что он рассказывал ей о себе, было ложью. Она понимала, о какой грязной работе упоминал Джереми — саботаж на шахте. Конечно! Теперь все стало ясно. Если они смогут поставить ее отца в сложное финансовое положение, он будет вынужден продать шахту «Ор-Кэл» задешево.

Индиго начала все понимать, как будто разрозненные кусочки мозаики встали на свои места. Приезд Джейка в тот самый день, когда они ожидали прибытие представителя из «Ор-Кэл». На его ладонях не было мозолей. Даже его нежелание брать ее с собой в шахту теперь выглядело совершенно по-иному. Он не хочет брать ее с собой, потому что она может помешать выполнению его планов.

Она чувствовала невыносимую боль. Индиго скорчилась, сидя на полу, и плотно прижала руки к желудку. Почему она разрешила себе поверить еще одному белому мужчине? Разве прежний случай ничему ее не научил?

Она для него ничего не значила, так же как ничего не значила для Брэндона. Он ее просто использовал.

Может, он вообще не считал себя в браке, потому что она была индеанкой. А если он сейчас в браке, он, не колеблясь, разведется с ней. Но хуже всего было то, что он сделал с ее отцом. Он его разорил. Разрушил все, ради чего тот работал все последние двадцать лет.

Как он мог так сделать? Боже мой! Как он мог? Ей ответил ее собственный голос — очень просто! Твой отец для него ничего не значит, как и ты сама.

Индиго вскочила на ноги и зарыдала, представив своего отца, разбитого и изуродованного. Она оглянулась. И увидела то самое место, где Джейк стоял перед ней на коленях. Она застыла, вспоминая, как все произошло. Она ничего не понимала. Потом ей вспомнилось, как нежно он занимался с ней любовью, его хриплый шепот. Ей показалось, что она сейчас упадет, и плюхнулась на диван, не отводя взгляда от письма. Лжец? Хитрый актер? Как может такой мужчина, как Джейк Рэнд, высокий, гордый и сильный, упасть перед ней на колени и унижаться перед женщиной, если он ее не любит?

Когда Джейк открыл дверь, он обомлел, увидев Индиго, сидящую на диване с распухшим от слез лицом и всю измазанную золой.

— Бог мой, что случилось? Что-то с отцом? С матерью?

Он оглядел комнату.

— Где Сани?

Индиго посмотрела на него.

— Он спит под кроватью.

Джейк закрыл дверь и прислонился к косяку. У него сильно забилось сердце.

— Милая, это Беззубый? Почему ты плачешь? Она не отвечала, только смотрела на него. Черная сажа только подчеркивала голубой цвет ее глаз. И они напоминали Джейку глубокие озера чистой воды. Он посмотрел в них и почувствовал, что тонет. Они оба молчали. У него было странное ощущение, как будто она заглянула ему в самую душу. Потом он понял, что она именно это и делает. Индиго была очень спокойна, и ее лицо стало отстраненным, как будто она прислушивалась к тому, что он не мог слышать. Джейк почувствовал таким незащищенным и полностью обнаженным. Ему хотелось отвести взгляд, и он почти сделал это. Но потом понял, что если сделает это, то совершит непоправимую ошибку.

Спустя некоторое время она встала на ноги и протянула к нему дрожащую руку. Джейк увидел у нее в руке обгоревший обрывок фирменного бланка. Он перевел взгляд на печь.

— Оно сгорело не полностью, — тихо сказала она. Джейк застонал.

— Черт бы все побрал!

— Боюсь, что я хочу услышать не это.

Джейк протянул к ней руки, потом опустил их вниз.

— Все не так плохо, как… Он горько засмеялся.

— Да, действительно все так плохо, как ты подумала. Поэтому у меня не хватило смелости рассказать тебе все.

— Расскажи мне все сейчас, — сказала ему жена. Джейк перевел дыхание.

— Ты уже наверно все рассказала отцу? Он увидел боль в ее глазах.

— Я чуть не сделала это. У нее дрожали губы.

— Если все так, как можно судить по этому письму, я тебе ничего не должна, кроме ножа в живот. И потом, конечно, я стану плевать на твою могилу.

Джейк прикрыл глаза.

— Бог мой, Индиго. После того, что было между нами, ты не можешь так думать.

У нее заблестели глаза.

— Неужели между нами было что-то особенное? Или ты опять использовал глупую индеанку-скво? Кто такая Эмили?

— Она… ну, это… — он поднял вверх руки. — Она была моей невестой.

Индиго презрительно посмотрела на него.

— Ты разорвал с ней помолвку? Или ты собираешься вернуться к ней, после того как натешишься здесь со мной?

Джейк грустно засмеялся.

— Ты мне все не веришь. Я ведь женат на тебе! Я могу сказать, что практически покончил с нашей связью с Эмили. У меня просто не было времени…

Он замолчал. Больше нельзя было скрывать правду. С тех пор, как он познакомился с Индиго, он по-иному стал понимать слово «правда».

— Я должен тебе сказать, что мог давно бы уже написать ей, но мне было трудно сделать это у тебя за спиной.

— Потому что тогда я бы все узнала о ней?

Индиго опустила руку, и остатки письма упали.

— Значит, я вышла замуж за мужчину, который обручен с другой женщиной? Мужчину, который любит другую женщину?

Она застыла от горя.

— Когда я вспоминаю о вещах, которые я позволяла тебе делать со мной прошлой ночью… я чувствую себя такой грязной. Ты меня использовал. Я чувствую себя хуже, чем тогда с Брэндоном. Тогда я с ним боролась. Он пытался силой овладеть мной. В этом заключалась своеобразная честность. Ты же мной овладел с помощью лжи.

— Индиго, послушай меня. Она расправила узенькие плечи.

— Как ты думаешь, почему я все еще здесь? Мне казалось, что я должна тебя хотя бы выслушать. Даже если ваша «грязная работа» почти убила моего отца. Даже если окажется, что ты сделал из меня большую дуру, чем это удалось Брэндону…

У нее стал очень напряженным голос. Было видно, что ее обуревали горькие чувства.

— Даже если окажется, что все, что ты мне говорил, — это ложь, я не могу предать тебя, не выслушав прежде, твои объяснения.

Она обхватила себя руками и посмотрела на него

— Если у тебя есть, что сказать, чтобы у меня внутри прекратилась эта жуткая боль, пожалуйста, говори.

Джейк утер рот рукавом. Больше всего ему хотелось пересечь комнату и крепко обнять свою жену. Но он боялся даже попробовать сделать это. Индиго выглядела так, как будто она рассыплется на кусочки, если он притронется к ней. Но у него еще оставалась надежда. Она еще его любит, иначе ее здесь не было бы.

— Я тебя люблю, — хрипло начал он, — это правда, а не ложь. Я тебе в этом никогда не лгал. И как бы все ни выглядело, я приехал сюда, чтобы помочь твоему отцу, а не уничтожить его.