Подопечный
Шрифт:
Минуты две стояла мертвая тишина. Затем Клавдия подскочила с места и запрыгала, кидая в небо сжатые кулаки:
— Гады! Стервецы! Домой хочу! Верните!
— И это все? –Любава осторожно прикоснулась к моей руке.
Странный вопрос, особенно когда он звучит из уст женщины.
— Не знаю. Но я лично не вижу способа вернуться. Но и жить в этой пустыне из песка и камня мне тоже не улыбается.
— Тогда что?
Что, что? А я и не знаю, что? Кажется сегодня первый раз в жизни я не знаю, что делать. Никаких мыслей, никаких соображений. Хоть в петлю. Но даже и веревку здесь не найти. Что нас ожидает? Голодная смерть? Конец от жажды? Какая разница.
— У меня плохие новости. Нам никто не поможет. И единственное, что ждет нас впереди — безвременная кончина.
— Значит твоя сказка закончилась плохо?
Любава прижалась ко мне и заплакала. Как жаль, что я ничего не могу сделать ради спасения любимого человека. Ничего.
Я взял ее лицо в ладони, заглянул в глаза и… увидел там, в глубине голубого неба решение. Простое и единственное. Как первый снег.
— Кажется я знаю, как нам выбраться. Поцелуй меня.
Слабая искра надежды загорелась в глазах Любавы, она слабо улыбнулась, решилась и, обхватив руками, припала ко мне губами.
Мир опрокинулся в ромашковое поле, заструился зелеными волнами, обхватил теплыми весенними ветрами…
— Но ничего не изменилось! — Любава оторвалась от меня и обвела потухшим взором унылый ландшафт чужого мира. Поцелуй не помог?
— Давай я его расцелую, может у меня получится, — Клавка пролезла промеж нас и старательно подставила пухлые губы. Вечно все испортит. Пришлось обласкать ее хорошим мужицким словом и погладить крепкой крестьянской рукой ниже талии.
— Разве я говорил, что поцелуй может помочь?
— Но… это так естественно. Мустафа сказал, что тебе надо заглянуть в себя. А это значит… что… нам должна помочь… любовь.
Я усмехнулся. Какие все же женщины наивные. Любовь может помочь во многих случаях, но только не в нашем.
— Клав, хорош убиваться, иди сюда.
Клавка шмыгнула носом, растерла слезы и опасливо поглядывая приблизилась к нам.
— У меня есть только одно предложение, только один способ попробовать вернуться. Я понимаю, что это звучит немного глуповато, но почему бы нам не попробовать похлопать в ладоши?…
— Срочное сообщение по первому уровню. Ложный заброс четвертой степени. Трое подопечных. Спец подразделению занять камеры переброски. Полная боеготовность по всем отделам… Уточнение. Дело находиться под специальным наблюдением Верховного Бога. Его величество желает всем счастливого пути.