Подкрутка
Шрифт:
Миссис Локвуд тяжело вздохнула.
– Джек разрушил мою жизнь, – произнесла она. – Да, это была всего лишь детская шалость. Он потом много извинялся. Уверял, будто не знал о присутствии моего мужа. Думал, я услышу, как идет Уин, и успею спрятаться. Это только шутка, говорил он. Не более. Но из-за Джека я навсегда потеряла сына. И он должен был за это заплатить.
Майрон кивнул:
– Поэтому вы подкупили Ллойда Реннарта, чтобы тот помешал Джеку выиграть чемпионат.
– Да. Это легкое наказание за то, что он сделал с моей семьей, но я не могла придумать ничего лучшего.
Дверь открылась, и в спальню вошел Уин. Сэсси Локвуд отпустила руку Майрона. Из ее груди вырвалось рыдание. Майрон не стал медлить или тратить время на прощание. Он развернулся и шагнул в коридор.
Она умерла через три дня. Уин не отходил от постели матери. Когда из груди Сэсси вырвался последний вздох, ее тело перестало судорожно дергаться в агонии, а на лице застыла бескровная маска вечного покоя, Уин появился в коридоре.
Майрон молча встал. Уин взглянул на него. Его лицо было ясным и спокойным.
– Я не хотел, чтобы она умерла одна, – произнес он.
Майрон кивнул. Его колотила дрожь.
– Мне надо прогуляться.
– Могу я чем-нибудь помочь? – спросил Майрон.
Уин остановился.
– Пожалуй, можешь, – ответил он.
– Скажи чем.
В этот день они сыграли в «Мэрионе» тридцать шесть лунок. И еще столько же на следующий. А на третий день Майрон все понял.