Чтение онлайн

Повернувшись все телом, он пристально посмотрел на нее в упор.

И еще раз убедился, что она выглядела совсем юной, почти ребенком.

— Сколько вам лет? — спросил он.

— Восемнадцать.

— А как вас зовут?

— Джемма Баррингтон.

— Вы и в самом деле кузина Ниобы?

— Моя мать была сестрой сэра Эйлмера. Она убежала из дома с моим отцом, Джоном Баррингтоном, их дальним родственником, и они жили потом очень бедно, но невероятно счастливо! А когда мои родители умерли и я осталась сиротой, дядя Эйлмер взял меня в свой дом. Вот почему я могу утверждать, что вы легко отделались.

Когда разговор вновь вернулся к больной теме, виконт нахмурился:

— Мне вас искренне жаль, но вы и сами понимаете, что я ничем не могу помочь. Я отвезу вас туда, куда вам нужно, только об этом никто не должен знать.

— Вот уж не думаю, что это будет кому-нибудь интересно, — с печальным вздохом заметила Джемма. — Ниоба меня терпеть не может, а дядя Эйлмер считает обузой. И вообще, кому нужна бедная родственница? Богатые не любят бедных.

— Вы так считаете?

— Моя мама предпочла богатству любовь и вышла замуж за бедного человека. Но она стала исключением в нашем семействе.

Виконт подумал, что девушка права.

Уж что касается Ниобы — та точно предпочла богатство и более звучный титул маркиза титулу виконта и длинному списку долгов, которые только и мог предложить ей он сам.

Словно угадав его мысли, Джемма сказала:

— Ниоба такая же честолюбивая, как и ее отец. Она мечтает сидеть рядом с женами пэров на церемонии открытия парламента, и если бы в этот момент ей подвернулся какой-нибудь герцог или граф, то маркиз был бы тут же отправлен в отставку, как она отправила вас!

— Я уже предупредил вас, что не намерен выслушивать подобные утверждения! — сухо заявил виконт.

— Рано или поздно вы все равно убедитесь сами, что я была права.

Виконт уже намеревался ответить ей каким-нибудь язвительным замечанием, но затем решил, что это будет ниже его достоинства.

— Ну и куда же вы теперь направляетесь? — вместо этого поинтересовался он, вновь берясь за вожжи.

— В любое место, куда вы можете меня отвезти, — легкомысленно сказала девушка.

— У вас хотя бы есть деньги?

— Только две гинеи. Мне стыдно признаться, но я украла их из дядиного секретера. — По ее тону, однако, нельзя было заключить, что она испытывает угрызения совести.

Виконт снова опустил вожжи. Его изумление подобным легкомыслием было настолько велико, что он заговорил с девушкой покровительственным тоном, словно с ребенком:

— И ты говоришь вполне серьезно, что собираешься жить самостоятельно, не имея ничего за душой, кроме двух гиней? Да ты просто умрешь с голоду!

Наступила тишина. Через некоторое время Джемма произнесла уже совсем другим тоном:

— Больше мне ничего не остается. Я устала терпеть побои, щипки, тычки и пощечины, я уже просто отчаялась… я ощущаю себя такой жалкой… такой несчастной…

Голос ее задрожал и оборвался, и виконт, которому стало жаль девушку, поинтересовался:

— Неужели у тебя не найдется других родственников, к которым я мог бы тебя отвезти?

— Они все слишком боятся дяди Эйлмера и просто отправят меня обратно к нему.

— Но я и сам сделаю то же самое. При мысли о том, что ему придется вернуться, он невольно нахмурился, но тут же сказал себе, что другого выхода у него нет. В то же мгновение, вновь вспомнив про коварство Ниобы, виконт рассердился еще больше:

— Черт побери! Как ты некстати объявилась в моем фаэтоне! Мне вовсе не с руки возвращаться. Больше всего я хочу сейчас показать твоей расчетливой и вероломной кузине, что вполне обойдусь и без нее!

Внезапно какая-то мысль пришла ему в голову, и он презрительно и горько засмеялся.

— Я уже сказал ей, что намерен сделать в ближайшие часы, и будь я проклят, если я и в самом деле этого не сделаю!

— Что же вы ей сказали? — с робким любопытством поинтересовалась Джемма.

Виконт зло сощурился и пояснил со злорадством:

— Я сказал ей, что скорее женюсь на первой же женщине, которую встречу, чем дам всем повод для сплетен и пересудов о том, что она меня оскорбила своим отказом.

Его слова срывались с уст, словно проклятья. Невидящим взором он смотрел вперед, не замечая ни красоты сельского пейзажа, ни ярких красок летнего дня. Перед его глазами в эти минуты стояло побледневшее лицо Ниобы, которая выслушивала его яростный монолог. Решимость в ее голубых глазах ясно говорила виконту, что она не отступит от своих слов.

Как бы ему хотелось сейчас схватить ее за плечи и хорошенько встряхнуть. Пусть бы убедилась, что мужчины тоже могут быть не менее беспощадны, чем женщины.

И тут рядом с ним раздался нерешительный голос:

— Если вы сказали это всерьез… то я и есть первая женщина, которую вы встретили.

Виконт повернул голову и с недоумением уставился на девушку.

— Господи, да ведь ты права! — прошептал он. — Впрочем, так получится даже лучше, если я женюсь на представительнице семейства Баррингтонов.

Слова прозвучали чуть слышно, виконт произнес их, почти не разжимая губ и не глядя на Джемму и тут же услышал ее ответ:

— Ничто в мире не вызовет у Ниобы большей досады… да она просто лопнет от злости… если я выйду замуж раньше, чем она, — да к тому же за вас!

Виконт издал короткий смешок, прозвучавший достаточно жутковато.

— Да тут, очень кстати, неподалеку находится какая-то церквушка.

Он подхлестнул лошадей, весь захваченный мыслями о том, что подобная месть будет самой действенной из всех возможных. Он тоже заставит страдать и грызть локти с досады оскорбившую его коварную возлюбленную.