Под крылом
Шрифт:
Таня продолжила ход его мыслей, озвучивая то, что не могла знать, но теперь знала.
– Дракон говорит с тем, кто дал ему имя.
– Любое? – спросил Андрей, и сам же ответил, потому что ответ возник у него в голове. – Нет, не любое. То, которое ему понравится. Нет, я точно рехнусь. Я говорю сам с собой и не знаю, что я себе отвечу. Нет, я привыкну! Да как к этому можно привыкнуть???
– А почему ему нравится имя Сапфир? Ой, то есть прости, почему ТЕБЕ нравится это имя?
– Он почувствовал, что я вкладываю в это имя. Что для меня это не просто сочетание букв, а именно имя.
– Он что, читает твои мысли? Наши мысли?
– Ты что, читаешь мои мысли? А, ты просто ощутил это по интонации. Таня, он просто…
– Я поняла, не повторяй. А откуда он знает русский язык?
– Откуда ты знаешь… А, да, ты ее тоже понимаешь… Так откуда? Как это "нет разницы"? Do you speak English? Where are you from? Do you like to eat people? Нет, серьезно, как это "нет разницы"? Таня, он говорит, что драконам нет разницы, на каком языке будет разговаривать их собеседник. Он понимает любой язык! Почему? Нет, это не объяснение! А я тебе говорю, что это не объяснение! Нет, серьезно, я не понял. Все, клинический случай, я спорю с драконом…
– Да что он говорит-то? – теряя терпение, воскликнула Таня. Увлекшись спором с Андреем, дракон перестал транслировать свои мысли ей.
– Говорит, что это потому, что он – дракон.
– Да, это не объяснение!
– Вот и я про что ему говорю… А, ладно, бесполезно! Он же дракон! Как можно спорить с кем-то, кому ты можешь поместиться в пасть?
– Так, подожди спорить. Все-таки почему Сапфир, а не Оникс?
– Потому что Сапфира. Ну? Драконица Эрагона, – объяснял Андрей, бесстрашно вцепившись в застрявшую между драконьими зубами латную перчатку. – Я, когда увидел дракона, сразу подумал о ней. Умной, доброй, смелой и обаятельной. Наш Сапфир почувствовал это и откликнулся на это имя. Ну а дальше – все прошло само собой. Да, для него это тоже очевидно. Если человек дает имя дракону, дракон может говорить с ним. На его языке. Вот же ж застряла, зараза! Хоп!
Кусок железа покинул, наконец, промежуток между драконьими зубами и был брезгливо отброшен в сторону.
– А говорил, не ешь людей. А это тогда кто был? Ах, он первый начал? Он что, был идиотом? С мечом против такой бронированной махины. А, ты еще и огнем дышишь… Таня, ты слышала? Он огнедышащий, представляешь? Нет, это не само собой разумеется. Да, есть драконы, которые не умеют дышать огнем. Нет, я таких не видел. Нет, ты вообще первый дракон, которого я вижу!
Дракон фыркнул, стряхивая с себя руки людей, и поднял голову вверх, гибко вытянув шею. Он потягивался, разминаясь после долгого сидения в неудобной позе.
Таня смотрела на него, задрав голову, как маленький ребенок смотрит на звезды ясной ночью. Как на чудо. Впрочем, эта ночь и в самом деле была чудом. И чудом был Сапфир!
– Оставим драконицу, о которой я ничего не слышала. Ты мне потом расскажешь… Главное, что имя Сапфир ему понравилось, и… Слушай, а если имя ему дал ты, то почему он может говорить и со мной? Сапфир? Одно целое? Андрей, ты слышал?
– Наверное, в контексте телепатического разговора с драконом уместнее спрашивать "Ты получил?" Но да, я слышал. Мы – единое целое. Он так нас видит. Мы – одно.
– Ка-тет…
– … Единство из множества! И у нас вроде как свой собственный дракон.
– Если бы мы были персонажами анекдота, сейчас ты должна была бы сказать: "Дорогой, давай его оставим!"
– Да, но где мы его оставим? И вообще… Сапфир, тебе надо домой? Откуда ты вообще?
Дракон не отвечал несколько секунд. Дракон озирался по сторонам, вслушиваясь в доносившийся даже сюда, в лес, шум ночного города, принюхиваясь к ароматам этого мира, и осязая своим шестым, драконьим, чуждым человеку чувством, потоки магии, протекающие в этих землях.
– Ну? Он что-нибудь говорит? – не выдержала нетерпеливая Мармеладка.
– Нет, молчит. Он о чем-то думает… О!
Сапфир прижался брюхом к земле, согнув в коленях свои могучие лапы, и простер к ногам молодых людей свое крыло, недвусмысленно приглашая к себе на спину.
Дракон не торопился домой. Драконы вообще редко куда-то спешат, особенно такие древние, как Сапфир, за свою жизнь отзывавшийся на несколько десятков имен. Связь с его родным миром выглядела крепкой, поэтому он мог позволить себе остаться в этом мире на какое-то время.
Погулять. Осмотреться. Драконы порядком любопытны… Поэтому Сапфир попросил своих новых друзей…
– Провести экскурсию? – взвыл Андрей. – Как ты себе это представляешь? Дракон, летающий ночью над городом. Таня! Ты серьезно собралась на него лезть?
Он мог бы и не уточнять. Девушка уже располагалась на спине крылатого ящера, пытаясь максимально удобно усесться между бронированными чешуйками. Очешуенного размера чешуйками.
– Таня, ты нормальная вообще? Ты собираешься показать город дракону?
– Почему нет? Три часа ночи! Все спят! Кто его увидит? Кто вообще в нашем мире смотрит в небо?
– А если мы сорвемся?
– Сапфир нас поймает. Да, Сапфир?
Девушка похлопала дракона по спине. Вряд ли он ощутил это, но ответил. Ответил в голове Андрея.
– Да, поймает. А, какого черта! – Андрей ступил на крыло. – Когда я еще полетаю на драконе? С моей зарплатой я на полет в Тайланд-то накопить не могу!
"Лучший набор, чтоб учиться летать –
Это паспорт, билет и ручная кладь!" – голосом Николая Гринько поведала колонка.
Подумав секунду, Андрей вернулся за ней, снял поясной ремень джинсов (авось не спадут) и примотал колонку к бедру. С музыкой веселее. Да и в то, что его телефон вещает через блютуз рандомные песни, он больше не верил. На этой поляне творилось какое-то волшебство, и музыка была его частью.
Он взобрался на спину дракона, покрепче обнял Таню правой рукой, левой вцепился в костный выступ на шкуре, и…
– Ну, ты должен произнести это слово! – сказала Таня, и Андрей, как обычно, понял ее без пояснений.