Чтение онлайн

А Слава проигрывал с быстротою мелькающих за вагонным окном картин варианты возможного поиска Петра Михайловича… ведь он тут рядом жил, ходил… никаких следов… хорошо корчевали… не хуже фашистов… может, и почище… те канцелярию вели подробную в силу характера… хотя, может, и тут все это присутствует… только доступа нет… не время еще… вот рванут мост… рухнут опоры… он живо видел эти толовые шашки, и рушащийся мост… образ превращался в живую картину… всегда так, черт возьми, отвлекаюсь на детали… не могу без железа, не могу… все эти мысли, химеры… Наташка вот… Он вдруг вспомнил человека, который за ним следил… вспомнил ясно — будто увидел на экране…

В этот самый момент в дверь постучали. Слава резко сунул руку в карман и уставился на дверь. Спина напряглась, ноги уперлись в перекладину под столом…

Соломон быстро, насколько мог, двинулся к двери, Слава вскочил и перешел к кровати, стоящей у окна. Он бегло взглянул сквозь стекло — в сумраке предвечерья не было ничего необычного и тревожного… в секунду, когда Соломон толкнул дверь, чтобы открыть ее, Слава взвел предохранитель, и звука щелчка не было…

— Вы? — Воскликнул Соломон и обернулся, ища поддержки своему удивлению…

— Ну, входите же, входите…— Наташа тоже поднялась из-за стола и шагнула навстречу входящему гостю…

— Это Вы? — Слава с первого мига понял, что это не тот, что был утром на улице, и отпустил предохранитель. Теперь вместо уличного незнакомца он видел перед собой человека, который встречался с ним там, когда театр приезжал на гастроли. Конечно, он сразу узнал его… но что за чертовщина?! В доме Соломона этот Автор… какая тут связь?…чепуха какая-то… и тут все разом заговорили…

— Я уже не ждал Вас… так поздно… — Обрадовался Соломон. — Я…я вообще не ждал Вас… Вы же были восемь дней назад…

— Вы так считатете дни! — Усмехнулся Автор.

— Я считаю?! Конечно, я считаю! Кто у меня здесь бывает… конечно, считаю… Ой, вы знаете, кто это? — Спохватился Соломон, оборачиваясь к Наташе и передвигающемуся за его спиной к столу Славе…

— Знаем! — Сказала Наташа…

— Как??? — Всплеснул руками Соломон. — Вы знаете? Откуда вы можете знать… или вы такой знаменитый, что вас все знают? — Обратился он к Автору, но тот не успевал отвечать.

— Он знаменитый. Очень. — Вставил Слава. — У него пьеса в театре…

— Пьеса? Какая пьеса? В каком театре? — Соломон возбуждался с каждой секундой. — Ничего не понимаю… я же пошутил…

— И я. — Резко вставил Сукин. — Ничего не понимаю…

— Да…— Протянул, наконец, пришедший…— но и я ничего не понимаю… вот ведь…— он шагнул вперед и оглянулся: куда бы положить сумку… теперь только все увидели в руках у него большую матерчатую сумку с выпирающими боками. Другая красивая кожаная висела на плече…

— А что вы не понимаете? — Засуетился Соломон. — Это же Авик… тот, про которого я вам рассказывал, что его товарищ привез меня из синагоги, а теперь он ко мне приезжает… они надо мной взяли шефство, и приезжает Авик… но откуда вы его знаете?…

— Мы?.. — Удивилась Наташа…— Мы еще раньше вас его знаем… так получилось… но…

— Вот тебе и пьеса — а говорят: так в жизни не бывает… Здравствуйте, Наташа… Станислав Борисович…— он протянул руку…— я, Соломон Михайлович, потому так приехал неожиданно и поздно, что достал карпа…

— Что? — Опешил Соломон, — какого карпа?

— Карпа! А замораживать не хотелось…— он еще хвостом дергал… изуверство, конечно… да век такой… ну, я и решил… а тут так вышло… Вы будто бы мне… кажется… вы что-то, может быть, не так… я что-то тревожился. Мне казалось, что надо вас непременно повидать… а раз все в порядке, я…

— Отчего же. — Отказался Сукин… я всегда верю в такие подарки судьбы… у меня этих неожиданных встреч… в жизни много было…

— Ой, Слава… боже мой! — Наташа пыталась сгладить резкость…

— Я сейчас уйду. — Вспыхнул Автор. — Извините, что помешал… действительно… эээээ, да… поскольку я ухожу…

— Нет. Нет, нет! Как можно?! — Вскинулся Соломон…

— Вам там деньги причитаются… — Не обращая внимания, продолжил Автор… Сукин вскинул брови…— Да. Я был в ВААПе — там… вообщем так получилось… театр не заключил с вами договор на использование ваших произведений… стихов… поэтому я написал распоряжение, и вам по спектакльно отчисления идут… уже наверное, спектаклей сорок… больше прошло… я вашей фамилии не знаю… так что по псевдониму и написал распоряжение…

— Это что значит?…— Спросил Сукин — Что? — Не понял Автор — Распоряжение? Зачем?…— Сукин склонил голову набок.

— Так полагается… ваши стихи в пьесе… за публичное исполнение…

— Нет, так не полагается… я прошу вас, киндер, киндер… хоб рахмонес… давайте за стол… Наташа, что же это такое? Наташа! Авик, что такое, что такое… киндер… у меня в доме опять шумно… это так хорошо, киндер… знаете, что мне сказал сегодня этот начальник? — Вдруг проговорился Соломон…

— Какой начальник? — Взяла его под руку Наташа…

— Какой начальник?…ой… их вейс… начальник… я знаю… он мне сказал…— все молча ждали. Глаза Соломона наполнились слезами…— Он мне сказал, что у меня же есть дом и пенсия… и они не могут отпустить меня в недружественную страну…

— Ничего не понимаю. — Вставил Сукин — Соломон, вы где были?…

— Где я был? Сядьте, так я вам все расскажу… я уже не могу терпеть… мне же теперь есть, кому рассказать… так я ему сказал, что это она ему недружественная, а мне… у меня там братья и сестры, которых они вместе с Гитлером не успели добить…

— Вы ему?…

— Нет. Я не сказал… я так подумал… но, что ему она недружественная, а мне наоборот очень дружественная, я сказал… вы не верите… чтоб я так жил!

— Соломон, — сказал Сукин, — мудрец Соломон… эх… садись, писатель, хрен с ними, с деньгами, садись… будем пить водку… Соломон, где купить водку?

— Водку! Эйх мир а шикер? Он не знает, что водку уже не продают… поздно… но мы что-нибудь придумаем… моя пейсаховочка не хуже вашей водки… у меня же теперь бывают люди… так я запас немного… люди…