Шрифт:
Три года назад.
– Папа! – Светловолосый мальчик на самом верху горки закричал и помчался вниз по скату, размахивая руками. Иван подхватил сына на подлете к земле и подбросил над головой. Мальчик визжал от восторга, а отец искал глазами по детской площадке жену и младшего сына, но нашел лишь тещу. С недовольным видом она сидела на скамейке, то отталкивая ногой коляску, то подкатывая к себе. В коляске спал полуторогодовалый Кирилл.
– А где мама? – спросил Иван у старшего сына. Олег наморщил нос, прикрыл ладошкой глаза от яркого солнца.
– Она дома. Сказала, что мы должны погулять, она хочет отдохнуть от нас…
Иван скривился и пошел в сторону тещи. Она заметила его слишком поздно – подскочила с бегающими глазами и схватилась за ручку коляски.
– А мы вот гуляем… А ты покачай Кирюшку пока, вот там, – она указала на дальний угол двора, где под тенью густых деревьев таилась спасительная прохлада.
– Зачем мне уходить туда? – сомневаясь, спросил Иван. – Где Алла?
Вера Ивановна сжала губы:
– Дома.
– Хорошо. – Коротко ответил Иван и направился к подъезду.
– Не ходи. – крикнула в след теща, но мужчина отмахнулся от нее.
Он вдавливал кнопку звонка в стену, слышал надрывный металлический перезвон, но дверь не открывалась. Наконец, по ту сторону послышалось чье— то присутствие и испуганный знакомый голос спросил: “Кто?”
– Муж пришел, открывай.
Повисла тишина. Иван постучал кулаком в дверь: “Открывай давай”
– Ты видел маму во дворе?
– Да, – ответил Иван через дверь, – Они гуляют. Кирилл спит.
Снова тишина. Иван опять заколотил кулаком в дверь:
– Открывай, Алла! Открой лучше сама!
Щелкнул замок. Мужчина вошел в квартиру. Алла уже была в зале, сидела на диване, заламывая руки. На журнальном столике стояла бутылка вина и два фужера с остатками бордового напитка.
– Интересно. – Протянул Иван и медленно прошелся по комнате. Под дверью в соседнюю спальню он увидел две тонкие длинные тени и криво усмехнулся:
– Так ты не одна?
Алла гордо вскинула подбородок:
– Ты сам меня толкнул на это!
Иван потер лоб пальцами:
– Правда? Я толкнул тебя в постель к чужому мужику? И как тебе?
– Если хочешь знать, то очень хорошо. Не в пример тебе. Он настоящий мужчина, самец.
Две длинные тени под дверью сдвинулись в сторону, потом вернулись на прежнее место. Таинственный незнакомец почесал ногой об ногу.
– Ну да, – нервно усмехнулся Иван и ударил тыльной стороной ладони в дверь. Длинные тени истончились и пропали, звучно скрипнула кровать.
– Береги его – настоящий мужчина. – Иван широкими шагами пересек зал. Алла залпом допила вино из фужера и швырнула его в стену.
– Всё равно лучше, чем с тобой прозябать!
– Можешь прозябать без меня, – на пороге ответил Нечаев и скрылся на лестнице.
Первый вечер
– Ну вот… – Голос гулко разливался в пустоте подъезда. Оксана подняла глаза на мужчину, который распахнул перед ней дверь. Было страшно и волнительно, а ещё – радостно. Она перешагнула порог и оглянулась. Он тепло улыбался, хитро прищурившись.
– Смелее же, – рассмеялся Иван.
Девушка засмеялась в ответ:
– Я впервые съехала от родителей: в тридцать семь лет это не так просто!
– Да я всё понимаю, родная.
Он занёс чемодан на пухлых круглых колесиках. Подумать только: всё, что у нее есть, уместилось в один маленький чемодан!
Так началась их совместная жизнь, долгожданная для неё и рискованная для него. Три года она была тайной любовницей, три года они прятались от коллег, и вот теперь – наконец— то!– она стала официальной. Пусть такой же любовницей, но всё же! Больше не нужно скрываться, не нужно вздрагивать от каждого шороха и отскакивать друг от друга. Хоть и была жена, но она уже почти бывшая.
«Дело за малым – пойти да написать заявление, – рассуждала про себя Оксана, – конечно, у них общие дети, но это даже хорошо: если я не смогу ему родить, то он не уйдет от меня, ведь дети у него уже есть. Да ещё и сыновья. Чего ещё может хотеть мужчина?»
Иван сидел на кровати, обхватив руками голову, давил пальцами на виски, пытаясь узнать, точно ли он в сознании и не сошел ли с ума. Но нет, оказалось, что не сошёл. Но он сделал это! Один Бог знает, чего ему стоило это решение, но он решился. Пора начинать новую жизнь, пора. Ему тоже хочется жить полной жизнью, чтоб дома ждали и встречали, чтоб было тепло и уютно. Последние три года были слишком напряжёнными и тяжёлыми, полными баталиями, спорами, ссорами, криками и истериками. Детей было жаль – их жернова не пощадили.
Он прислушался к шуму воды в ванной. Почувствовал дрожь в руках. Откинулся на спину.
«Волнуюсь, словно в первую брачную ночь,– усмехнулся Иван, – А чего переживать? Мы же три года вместе»
На тумбочке лежала косметичка, хаотично стояли тюбики, баночки, флакончики с духами. Чемодан был раскрыт, но не разобран. Сиротливо сложенные джинсы, кокетливая лямка бюстгальтера. Да, он сделал это!
Оксана смахнула паровой туман с зеркала и не без страха взглянула на себя. Румяная, раскрасневшаяся, а глаза блестят болезненно. Как в мании. Если бы можно было, она бы рассмеялась в голос и заметалась по комнате, размахивая руками, с дикими воплями – такое было состояние внутри.
– С лёгким паром! – поприветствовал Иван, когда Оксана появилась из ванной, теплая, мягкая, а по полу за ней катились клубы горячего пара.
– Спасибо, – улыбнулась она, остановившись перед ним, вытирая волосы полотенцем. – Куда я могу сложить вещи?
Иван махнул головой в сторону шкафа, в отражении зеркальных дверей которого стояла Оксана.
– Вторая и третья полка. Другие пока заняты, ну… ты понимаешь…вещами моей однофамильцы.
Оксана едва заметно повела плечами:
– Однофамилица… это звучит отталкивающе….