Чтение онлайн

– Можно им позвонить.

– Телефон не работает, – напомнил он.

– Это заговор, – рассмеялась Триш.

– Приключение. Мы одни, отрезаны от всего мира. Так волнующе, правда?

– И так романтично! – добавила она, подходя к мужу и пристраивая свечку на подоконнике.

– Я еще не сплю! – громко сообщил сверху Билли. – Не занимайтесь ничем, за что вам потом будет стыдно!

Оба расхохотались. Триш обняла мужа за талию, притянула к себе и легонько прикоснулась губами к его губам.

– Потерпим, пока он заснет, – многообещающе прошептала она.

Среди ночи Триш проснулась с желанием сходить в туалет. Дуг спал рядом, слегка похрапывая. Осторожно, стараясь его не разбудить, она села, спустив ноги на пол. Синие мерцающие цифры кварцевых часов на шкафу показывали четверть четвертого. После занятий любовью она надела ночную рубашку и даже натянула трусики, тем не менее сейчас решила накинуть еще и халат. Триш никогда не любила разгуливать по дому голая. Полная луна светила сквозь матовое стекло ванной комнаты, как уличный фонарь. Триш задрала халат и рубашку, спустила трусики и уселась на стульчак. Совершив задуманное, опять натянула трусы, спустила воду и пошла на кухню что-нибудь выпить.

Ночь была тихой. Но за мелодичным поскрипыванием цикад и отдельными криками ночных птиц Триш послышался какой-то странный, менее натуральный звук. Низкое ровное урчание, которое то усиливалось, то затихало и постепенно приближалось.

Звук автомобильного двигателя.

Трития вошла в гостиную и выглянула в щель между неплотно задернутыми гардинами.

Кто может ездить здесь в такой час? Наверняка ни Нельсонам, ни Такерам, ни другим соседям это даже в голову не придет. Она раздвинула занавески пошире.

Прямо перед их домом остановилась красная машина почтальона.

Триш затаила дыхание и услышала рок-н-ролл, доносившийся из автомобильных динамиков. Она увидела, как из открытого окна показалась бледная рука и открыла дверцу почтового ящика. Вторая рука вложила внутрь несколько писем. На фоне черноты салона отчетливо выделялось бледное пятно лица. Почтальон посмотрел в сторону Триш, словно не сомневался, что она здесь, хотя сквозь узкую щель да еще на таком расстоянии увидеть ее было практически невозможно. Он улыбнулся – медленно, с каким-то грязным намеком.

От такой улыбки леденела кровь.

Триш хотела отвести взгляд, уйти из его поля зрения, но боялась отпустить штору, чтобы этим движением не выдать свое присутствие.

Поэтому продолжала стоять. В щелку можно было увидеть один ее глаз и полоску щеки, тем не менее, Триш отчетливо понимала, что стоит перед незнакомым мужчиной почти голая, что ее рубашка задралась над трусиками. Унизительное чувство страшного смущения, словно ее застали за неприличным занятием вроде мастурбации.

Почтальон медленно покачал бледной рукой из стороны в сторону и уехал. Звук машины постепенно растворился в ночи.

Только сейчас Триш поняла, что все это время не дышала. Зажмурившись, она медленно набрала полную грудь воздуха и медленно выдохнула, стараясь расслабиться и прийти в себя.

Отпустив гардину, она некоторое время постояла в темноте, придерживаясь рукой за стол, чтобы не упасть. Потом вернулась в спальню и юркнула в безопасное укрытие под простыней, чувствуя себя гораздо увереннее рядом с теплым и крепким телом спящего мужа.

Теперь наступила полная тишина. Даже цикады перестали стрекотать. Она лежала в темноте, уставившись глазами в пространство до тех пор, пока не уснула.

И ей приснился новый почтальон.

Он привез почту, но вместо того, чтобы притормозить у почтового ящика, въехал на дорожку, ведущую к дому, и остановился у самого крыльца.

Триш видела из окна, как он выходит из машины и улыбается. Она бегом кинулась в спальню, в ванную, на второй этаж, пытаясь найти Дуга и Билли, но дом был пуст. Она попыталась выбежать через заднюю дверь, но та не открылась.

Триш слышала, как почтальон прошел через гостиную и оказался в кухне. Она снова спряталась в ванной и попыталась запереть дверь, но обнаружила, что никакой двери нет.

Почтальон приблизился к ней, широко ухмыляясь.

Он был без штанов.

В следующее мгновение он оказался на ней и в ней. Его неестественно длинный, горячий и жесткий член вонзился в нее, как стальной прут. Триш ощутила жгучую боль. От боли хотелось кричать – кричать животным, неконтролируемым криком, но в то же время она с отвращением чувствовала, что эта страшная, дикая боль одновременно приносит удовлетворение, что на каком-то чисто физиологическом уровне отдельные части тела наслаждаются происходящим.

Проснулась она на мокрой подушке, в поту, со слипшимися волосами, и крепко обхватила Дуга, стараясь избавиться от пережитого страха.

С улицы доносился едва различимый урчащий звук мотора машины почтальона. Машина двигалась в сторону леса.

Утром, принимая душ. Дуг едва успел намылить голову шампунем, как вода внезапно кончилась.

– Эй! – завопил он.

– Вода не идет! – откликнулась из кухни Триш.

– Замечательно! – буркнул он. Пена начала стекать на нос и щеки. Не открывая глаз. Дуг принялся шарить по стенке в поисках полотенца.

Рука наткнулась на одно из махровых, которыми они обычно не пользовались, – Триш повесила их в ванной для красоты, но сейчас было не до выбора. Дуг вытер лицо, чтобы открыть глаза.

Слабый свет пробивался лишь через маленькое матовое оконце ванной. Электричество со вчерашнего вечера так и не восстановили. Кое-как протерев волосы, Дуг натянул трусы и штаны и направился в кухню, роняя капли с мокрого тела.

– Что случилось?

Трития стояла посреди кухни, уставившись на полупустой кофейник.