Чтение онлайн

Глава 18

POV Ярослав

Сознание медленно выпутывается из сетей крепкого сна, но я не тороплюсь шевелиться, потому что давление в черепе, кажется, вот-вот расколет его на части. Закоулки памяти залиты спиртным и затянуты густым туманом похмельного неведения, куда ни шагни – одни смутные образы и обрывки фраз. Давненько я уже так не напивался, даже отвык от подобных утренних драм.

Полежав трупом еще несколько минут и восстановив основные события вчерашнего вечера, все-таки открываю глаза и медленно отрываю голову от подушки. Кровать Кирилла, стоящая у противоположной стены, аккуратно заправлена и пуста, компьютер выключен. Окно, выходящее на соседний огород, открыто настежь, тень от старого ореха падает на темный деревянный пол. Опускаю голову, у кровати стоит хрустальная ваза, полная воды, – забота от Кирилла во всей красе, мы уже давно не используем эту вещицу по прямому назначению. Неторопливо сажусь и беру вазу в руки, жадно выпиваю больше половины и вытираю рот тыльной стороной ладони, прислушиваясь к происходящему в доме. Последнее, что я отчетливо помню, – как садился в такси вместе с Ясминой. И если я дома, то… где она?

Выхожу из спальни и направляюсь в гостиную, в которой никто меня не ждет. Затем бреду в ванную и, наскоро умывшись, шагаю на кухню, где встречаюсь с запахом жареного хлеба и дразнящей улыбкой друга, сидящего за столом перед ноутбуком.

– Добренькое утречко! – весело выкрикивает Кирилл, давая понять, что вчера я точно вытворил что-то великолепное, по его скромному мнению.

– Рассказывай, – бормочу я, опускаясь на стул перед ним, и растираю ледяными ладонями опухшее лицо. – Только быстро, мне нужно на работу.

– Не нужно, – игриво отвечает он, и я испуганно дергаюсь. – Спокойно, братан. Прочитай сначала это.

Он протягивает мой телефон, на экране которого светятся несколько оповещений о новых сообщениях. Открываю самое важное и глупо таращусь на короткий текст.

Ясмина: У тебя сегодня выходной. В студию ни ногой.

– Ну-у-у… как самочувствие?

– Как после выпускного. Может быть, даже хуже.

– Да, нажрался ты знатно. В последний раз я видел тебя таким… м-м-м… даже вспомнить не могу.

– Кир, насколько все плохо?

– Ни насколько.

– А если серьезно? Я ни фига не помню с момента, как сел в такси.

– Да-а-а? – смеется он. – Тогда ты многое упускаешь.

– Хватит выеживаться! Рассказывай давай! – рычу я и зажмуриваюсь от грохота в висках.

– Тише ты, – примирительно произносит он и встает. – Кефир будешь? Или, может, съешь что-нибудь?

– Сначала я хочу узнать, что было здесь вчера, – вздыхаю, изо всех сил напрягая память.

– Исторический момент! Впервые не ты кого-то синего домой тащил, а тебя!

Кирилл восторженно встряхивает кудряшками и заглядывает в холодильник, а у меня стягивает горло от ужаса.

– Яся… меня… – хрипло произношу я.

– Ага. Привезла, затащила в дом, раздела и спать уложила.

Надавливаю пальцами на глаза в желании наказать себя посильнее. Рядом раздается глухой стук, и я кошусь на стакан кефира.

– Выпей, станет полегче. – Кирилл вновь занимает место напротив, склоняет голову и смотрит с каким-то опасным умилением.

– Что там еще? Что я сделал?

– Ничего такого. Всего лишь в любви ей признался. Раз семьдесят!

Страдальчески запрокидываю голову, горячий воздух прямиком из ада, разверзнувшегося во мне, опаляет на выдохе ноздри. Ну все, это конец. Теперь Яся уволит меня к чертям и ни на метр больше к себе не подпустит.

– Тихо-тихо. Я шучу. Никаких признаний не было, – встревоженно бормочет Кир. – И ничего страшного тоже. Вы оба были пьяные, ты, конечно, больше, но все же… Завалились в обнимку около часа ночи, ржали, как кони, дурачились и бесились.

– Что? – недоверчиво переспрашиваю я, опуская подбородок.

– Что слышал. Боссиня все пыталась уговорить тебя лечь спать, а ты убеждал ее, что абсолютно трезв, и рвался до дома проводить. Даже решил на руках пройтись по комнате, чтобы доказать. Жопа, кстати, не болит? Ты нормально так об пол приложился.

– У меня все болит.

– Зато было эффектно, – пожимает плечами Кир и отводит взгляд. – А как боссиня потом тебя на повреждения осматривала. Я даже смутился.

– Что-то еще? – мрачно спрашиваю я.

– Стихи, – только и произносит Кирилл, и мой желудок сжимается.

– Какие стихи?

– Те самые…

Только не это. Как я вообще эту ересь, что Коля с Толей придумали на первом курсе для обреченных подкатов, вспомнил? Там же девяносто процентов – маты, пять – комплименты и еще пять – междометия.

– Твою мать…

– Да ладно тебе. Боссине вроде понравилось. Она так хохотала, что даже Пират проснулся.

– И что… что было дальше?

– Она отвела тебя в постель… – медленно проговаривает он.

– Хватит, Кир. Не тяни.

– А я-то что? Я же не извращенец, дальше за вами не подглядывал. Вышла она через полчаса, лохматая, красная и довольная. Вызвала себе такси и уехала домой. Наверное, вы там сосались до тех пор, пока ты не отключился.

Качаю головой, пытаясь все осознать и смириться, а после запиваю кислый стыд таким же кефиром. Возвращаю пустой стакан на стол, Кир все еще с интересом пялится на меня.

– По-моему, ты ей нравишься, – подводит итог он.

– Ага, как щенок, – хмыкаю я и быстро сворачиваю тему, не горя желанием ее развивать: – Проехали. Сорян за бедлам.

– Да фигня, – отмахивается Кирилл, и между нами повисает молчание.

Проходит еще несколько минут, мое моральное состояние все ухудшается, а физическое и подавно. Как теперь все исправить? Почему вчера я не выпил на полведра меньше? Ком подкатывает к горлу, а перед глазами появляется картинка идеальной семьи обновленных Муратовых и дружное семейство Белых. Чувствую себя жутким слабаком, но ничего не могу поделать с ноющим мальцом, обиженные вопли которого раздаются в голове. Родители Ясмины – очень милые люди, да и ее присутствие рядом только скрашивало вечер, но я все равно чувствовал себя лишним, одиноким и каким-то ненужным, словно бродяга зашел на чужой праздник и его по доброте душевной решили накормить с общего стола. Надеюсь, Жанна не будет настаивать на моем присутствии на всех семейных праздниках, иначе в лучшем случае совсем скоро мне понадобится психотерапевт, а в худшем – адвокат.