Чтение онлайн

— Невинной радости, — пробормотал Стиг, быстро водя пером.

Внезапно герцог представил чопорную герцогиню, как на портретах его предков эпохи Елизаветы.

— Я ничего не имею против радости, — пояснил он. — Но только не хихиканье.

— Я тут же избавлюсь от обеих кандидаток, если они подвержены чрезмерным приступам смеха, — пообещала герцогиня.

Куин с готовностью представил себя женатым на даме, которой его общество не доставляло ни малейшего удовольствия. Но конечно, его мать имела в виду совсем другое.

И кроме того, герцогиня уже ушла.

Не успели Оливия и Джорджиана закончить спор о преимуществах персиков и сельдерея, как в комнату вошла их мать.

Большинство женщин за сорок могут похвастаться некоторой пышностью форм. Но словно в укор своей неудавшейся старшей дочери, миссис Литтон ела как птичка и безжалостно скрывала свои и так мало заметные формы под корсетом из китового уса, из-за этого она была похожа на аиста с беспокойными маленькими глазками и пушистой головой.

Джорджиана тут же вскочила и сделала реверанс.

— Добрый вечер, мама. Как мило, что ты решила к нам зайти.

— Ненавижу, когда ты так делаешь, — вставила Оливия, со стоном поднимаясь на ноги. — Боже, как болят ноги! Руперт наступил на них раз пять или шесть.

— Что делаете? — поинтересовалась миссис Литтон.

— Джорджи становится такой милой и услужливой при виде тебя, — в который раз повторила Оливия.

Миссис Литтон нахмурилась, чудесным образом выразив недовольство, даже не наморщив при этом лоб.

— Твоей сестре прекрасно известно, «цель истинной леди — показать всему миру свои достоинства».

— Явить миру, — слабо попыталась взбунтоваться Оливия. — Если уж цитируешь «Зеркало беспросветной глупости», то делай это правильно.

Миссис Литтон и Джорджиана пропустили эту бесполезную фразу мимо ушей.

— Ты сегодня была такой красивой в темно-фиолетовом шелковом платье, — заметила Джорджиана, пододвигая стул ближе к камину и усаживая на него мать. — Особенно когда танцевала с папой. Его сюртук прекрасно подходил к твоему наряду.

— Ты слышала? Он приезжает завтра! — Миссис Литтон произнесла слово «он» с придыханием, словно Руперт был божеством, снизошедшим до жилища смертного.

— Слышала, — ответила Оливия, глядя, как ее сестра подкладывает матери маленькую подушку под спину.

— Завтра в это время ты станешь герцогиней. — Дрожь в голосе миссис Литтон говорила сама за себя.

— Нет, я буду лишь формально помолвлена с маркизом, а это не то же самое, что стать герцогиней. Ты ведь помнишь, я была неофициально помолвлена уже двадцать три года.

— Я как раз хотела поговорить с тобой о том, что отличает наше дружеское соглашение с герцогом от завтрашней церемонии. Джорджиана, ты не замужем, поэтому, пожалуйста, покинь нас.

Оливия удивилась. Миссис Литтон так трепетала ресницами от волнения, а Джорджиана прекрасно умела подбирать успокаивающие слова.

Но как только сестра Оливии подошла к двери, мать махнула рукой.

— Я передумала. Ты можешь остаться, дорогая. Не сомневаюсь, что вскоре после замужества маркиз даст тебе приданое, поэтому тебе может быть интересно это послушать.

— Официальная помолвка предусматривает сложные взаимоотношения, выражаясь юридическим языком. Конечно, наша судебная система развивается. — У миссис Литтон было такое выражение лица, словно она понятия не имела, о чем говорит. — Очевидно, она развивается все время. Старые законы остаются, появляются новые… Твой отец разбирается в этом лучше меня. Согласно настоящим законам, твоя помолвка будет иметь силу только в том случае, если с маркизом не произойдет несчастье с фатальным исходом, и тогда помолвка будет расторгнута в связи с его смертью. — Миссис Литтон раскрыла веер и принялась махать им перед лицом, словно подобная трагедия была слишком ужасной, чтобы о ней думать.

— А это вполне возможно, — ответила Оливия, обращаясь к вееру матери. — Ввиду того, что у Руперта мозги, как у комара, и он скорее всего будет принимать участие в сражении.

— «Вежливость никогда не выходит из моды». — Миссис Литтон опустила веер и процитировала «Зеркало комплиментов». — Не стоит говорить о знати подобным образом. Да, в случае трагической гибели маркиза помолвка потеряет свою силу. Однако существует одна оговорка, дошедшая из старых законов, насколько я понимаю.

— Оговорка? — Оливия неудачно нахмурилась в тот самый миг, когда мать взглянула на нее.

— «Презрительная гримаса не должна омрачать лицо леди», — механически произнесла миссис Литтон. Видимо, герцогини до самой смерти сохраняли гладкую кожу без морщин, потому что никогда не хмурились.

Скан и вычитка Романтической библиотеки: http://romanticlib.org.ua

— Если ты… — Миссис Литтон махнула веером и многозначительно поглядела на Оливию. — Тогда помолвка будет иметь больший вес, и согласно определенному закону превратится в брак. Не помню, как это называл твой отец. Возможно, общее право. Хотя не понимаю, какое отношение общее право может иметь к знати.

— Хочешь сказать, что если я пересплю с глупым женихом, то стану маркизой даже в случае его смерти? — спросила Оливия, шевельнув ноющими пальцами ног. — Это маловероятно.

Веер так и замелькал в руках миссис Литтон.

— Не знаю, о чем ты говоришь, Оливия. Тебе надо овладеть английским языком.

— Полагаю, этот закон должен защитить молодых женщин, — перебила Джорджиана, прежде чем мать начала возмущаться по поводу вопиющих лингвистических промахов Оливии. — Если я правильно тебя поняла, мама, если маркиз потеряет самообладание и совершит неподобающий человеку его ранга поступок, ему придется жениться на своей суженой, то есть на Оливии.