Чтение онлайн

— Люди все время так делают, — продолжил он. — Это не самый лучший вариант, и у нас все равно будут проблемы, если когда мы и попадем на ту сторону, но...

— У вас ничего не получится, — настойчиво повторял водитель. — Ни в одном месте поблизости от ворот, где бы вы ни попытались. Я знаю эту границу, мистер, и говорю вам, что...

Его фраза закончилась истошным криком. Такси пошло юзом, и он обратил обезумевшие от боли глаза на Дока.

— Т-только попробуй еще раз это сделать! — проговорил он, задыхаясь. — Еще раз сделаешь это, и увидишь, что случится!

Док пообещал, что больше он этого не сделает:

— В следующий раз я тебя пристрелю. А теперь езжай направо на следующем повороте. Мы проедем по городу до Тихуанской автострады.

Такси повернуло, сердито заелозив шинами. По уводящей круто вверх дороге они помчались на Мишн-Хиллз, потом по длинной магистральной улице, окаймляющей деловой район Сан-Диего. Движение становилось менее интенсивным. Послышалось завывание сирены, мрачно затихающее вдалеке.

Над ветровым стеклом, в селекторном устройстве, невнятное бормотание превратилось в решительный женский голос:

«Такси номер семьдесят девять! Такси номер семьдесят девять! Семьдесят девятый, выйдите на связь...»

Водитель отнесся к этому с деланным безразличием. Док взглянул на идентификационную табличку на приборном щитке и резко сказал:

— Это тебя вызывают. Отвечай!

— Что ты хочешь, чтобы я сказал?

— Скажи ей, что везешь двух человек осматривать достопримечательности. Что ты будешь занят примерно час.

— Осматривать достопримечательности? — Водитель заерзал в кресле. Он чуть наклонился к рулю. — Она никогда на такое не клюнет, мистер. Она будет знать, что у меня тут пара жуликов, которые едут в Тихуану.

— Что? — Док нахмурился. — Откуда это она будет знать?

— Просто будет знать. Она даже будет знать, где мы сейчас находимся. Поворачиваем к Нэшнл-Сити.

Тут Дока осенило. Он увязал бессмысленные, казалось бы, речи водителя с глухим молчанием селекторного устройства. И, озверев, не сдержав свои нервы, обрушил ствол пистолета на упрямое, рыхлое лицо этого человека.

Он ударил по нему, ударил еще раз. Водитель застонал и привалился к дверце машины. Дверца распахнулась, и он, кувыркаясь, вывалился и покатился по земле.

Дверца снова захлопнулась. Док справился с управлением машины, уведя ее от столкновения со встречным автомобилем. Кэрол хранила ледяное молчание — изумленное молчание. Потом, отвечая на ее незаданный вопрос, послышался голос из селекторного устройства:

«Семьдесят девятый? Семьдесят девятый — я считываю ваши данные, семьдесят девятый...»

Док нашел тумблер и выключил его. Он резко свернул с автострады и помчался почти параллельно по щебеночной дороге, находящейся в ведении округа. Потом спросил:

— Там, сзади, есть радио?

Кэрол ответила, что нет. Но это, конечно, не имело значения. Оба они знали, что сейчас произойдет.

Дорога, находящаяся в ведении округа, дала им возможность проехать вокруг Нэшнл-Сити, а потом неумолимо вывела обратно к автостраде.

Док попытался съехать с нее. С выключенными фарами он петлял на такси по хитросплетению боковых улиц. Это позволило им лишь чуточку продвинуться на юг и в конце концов снова вырулить к автостраде. Док остановился прямо перед ней, его мозг работал с молниеносной быстротой на фоне ленивой вибрации двигателя такси.

Уйти в поля — побежать на своих двоих? Нет, нет, слишком поздно. Так же нецелесообразно и невозможно, как пытаться захватить другую машину.

Ну что ж, тогда как насчет... как насчет того, чтобы вломиться к кому-нибудь из пригородных жителей? Спрятаться вместе с ними, продержать семью в заложниках до тех пор, пока не появится шанс прорваться?

Опять нет. Нет — когда одни заперты на таком маленьком пространстве. Спрятаться — значит просто свести на нет почти призрачный шанс, который у них еще оставался.

Док бессознательно пожал плечами. Он наблюдал за периодическими вспышками света впереди, прислушивался, как машины проносятся мимо перекрестка, со свистом рассекая воздух. И наконец, поскольку ничего другого не оставалось, он снова заехал на автостраду.

Другие машины мчались мимо них — смех, обрывки веселых разговоров выплескивались в ночь. Это любители развлечений, торопящиеся начать вечер с выпивкой и закуской по ту сторону границы, которым если и есть чего опасаться, так только утреннего похмелья. Люди, которые заработали свое веселье.

Док ехал медленно. Первый раз в жизни у него не было плана. Он не видел никакого выхода. Они не могли повернуть обратно. И не могли пересечь границу через ворота или где-либо еще.

От полиции требуется только ждать их. Затягивать силок, пока они не запутаются в нем.

Через некоторое время он снова свернул с автострады, придерживаясь петляющей тропинки, и так ехал до тех пор, пока она не закончилась тупиком у океана. Он дал задний ход, двигаясь в том направлении, откуда приехал. А потом снова оказался на автостраде, двигаясь к югу.

Другие машины теперь ехали не так быстро. Они проносились мимо такси, потом, в нескольких сотнях ярдов от них, начинали замедлять ход. И, вглядевшись в даль, Док понял почему. И Кэрол тоже поняла и заговорила, впервые за последние несколько минут. Заговорила тоном одновременно сердитым, испуганным и чуточку радостным:

— Ну что, Док? Что ты намерен делать теперь?

— Делать?

— Впереди дорожный блокпост. Что ты собираешься предпринять? — Ее голос срывался от истерики. — Просто двигаться на него? Просто ехать себе и сказать: да, сэр, я — Док Маккой, а э... это моя жена, Кэрол, и... и?..