Побег
Шрифт:
– Оставалась только работа... или это надо как-то иначе назвать? Образ жизни? Способ жизни?
– А тут и ее забрали.
– И знаете, что самое обидное? Я ведь мог ему помочь! Деньги... ну, это, в конце концов, не главное... делом. Лийо... Он ведь очень незауряден, как математик, у него есть свежесть... я бы сказал, парадоксальность мышления. Он... понимаете, в большинстве своем люди разграничены очень резко. Люди действия и люди мысли. У него есть и то, и другое. Мыслящий человек действия... знаете, это очень много!
– Но он ведь отказался?
– Да, конечно. Я был просто наивен, когда думал, что он сможет... он слишком привык быть первым. Давать, а не брать. Он не смог.
– А если теперь сумеет?
– Это вы о чем?
– Да вот думаю, к кому из прежних друзей он мог бы обратиться.
– Только ко мне, - не задумываясь, сказал Нэфл.
– А если обратится?
– Сделаю все, что смогу.
– А если сам не сумеет, кого-то пришлет?
– Какая разница? Если действительно от Лийо...
– Смотрите, дело смертное. Тут вас не пощадят, если что.
Нэфл очень внимательно поглядел на него, слабо улыбнулся, пожал плечами.
– Я, конечно, не очень храбрый человек, господин Ктар, но... понимаете, Лийо сделал бы для меня и больше.
– Может, оно и так, господин Нэфл, только лучше бы вам в наши игры не играть. Ну, а если... вы уж дайте мне знать, не поленитесь.
Нэфл нахмурился, и Хэлан махнул рукой.
– Да ладно вам! Мне же не надо ни кто, ни как, ни когда. Скажите, что был - с меня и хватит.
Он доигрывал разговор по инерции, просто потому, что привык работать чисто. Нечего тут больше делать, пролетел. Валар сюда не придет. А ведь красиво смотрится: мы отрабатываем связи Валара, а он себе использует связи Тгила. Жаль!
Хорошо оказаться дома! Посидеть перед экраном, поваляться с газеткой... не думать. Он очень старался не думать. Он так старался, что думал об этом все время. Третий индекс. Если бы хоть не Космос... Да какие секреты могут быть в Космосе, черт побери?
Он так старался не думать, что почти обрадовался, когда звякнул входной сигнал.
– Аврил? Какими судьбами?
– Да так. Шел мимо, вижу: окошко светится.
Хэлан хмыкнул. С Аврилом Сенти, репортером "Вестника", он знался лет пять. Больше, чем знакомый, меньше, чем друг... но чтоб вот так на огонек?
– И долго ты мимо ходишь?
– Третий день, - сказал гость и улыбнулся как-то нехотя.
– Ладно, заходи.
Кого другого из писучей братии он бы сразу послал, а Аврила... неловко как-то. Стоящий парень, из "своих" журналистов: не лезет куда зря, умеет подождать, да и пишет недурно... почти без вранья.
– Ну, чего ты? Садись. Правда, пить у меня - только сивуха.
– Обойдусь, - тихо сказал Аврил.
Бледный он был какой-то, тусклый... на себя не похож.
– Давно я тебя на месте не видел. Работаешь?
Хэлан не стал отвечать: как раз наливал в рюмки.
– Что, если не секрет?
– Секрет.
Аврил кивнул. Взял свою рюмку, пригубил, поморщился.
– Я тебе не очень мешаю?
– Пока нет.
– Хэл, ты что думаешь об убийстве на Сеп?
– Ничего.
– Значит, похороните?
Хэлан насупился. Паршивая была тема, лучше бы Аврилу ее не трогать.
– А что? Хочешь нас продернуть? Похвальное дело. Публика любит.
– Ничего я не хочу, - тускло ответил Аврил.
– Скажи просто: будете разматывать или нет?
– Слушай, шел бы ты с такими вопросами! Вчера родился? Не усек, что "Кольцо"?
– Хэл, - тихо сказал Аврил, - посмотри.
Хэлан взял клочок бумаги, глянул подозрительно.
– Это еще что?
– Ты читай, читай.
– Влен Кас, - прочел Хэлан вслух, - Реф Сенти...
– и быстро поднял глаза.
– Да, - безжизненно ответил Аврил, - мой брат. Он был секретарем-референтом Каса.
– Мне очень жаль, Аврил.
– Нет. Ты ведь его не знал.
– Он машинально, как воду, допил свой кер и бережно поставил рюмку на стол.
– Никого у меня уже нет...
Так просто он это сказал...
– Когда погиб отец, мне было тринадцать лет, а Рефу три. Мать отдала нас в приют. Знаешь, все три года, что я там был, мы только и говорили, как я вырасту и заберу его к себе. А потом меня выкинули в жизнь... барахтаться. Понимаешь, Хэл, мне было для чего стараться - у меня был Реф. Посыльным в редакции... учился, как мог. Тяжеловато, конечно... но ничего. Встал на ноги и забрал. Он кончил частную школу... с отличием... он был способный мальчик. Я думал... он теперь многое сможет... больше, чем мы. Частная школа - это ведь пропуск в высшую касту. Он мог дальше учиться - я бы вытянул. Не захотел. Сам устроился в контору Каса... учился вечерами... получил диплом секретаря-референта. Кас взял его к себе. Мы радовались, что теперь у него настоящая работа... И все.
Хэлан ничего не ответил. Сидел и мрачно крутил рюмку. И Аврил тоже молчал. Долго.
– Чего же ты хочешь?
– спросил, наконец, Хэлан.
– Мести?
– Не знаю. У меня был брат. Его убили. Неужели за это никто не ответит?
– Да, - сказал Хэлан, - никто. Сам знаешь, у той же кормушки вертишься. Я не то, что виноватого - я того сукина сына, что стрелял, взять не могу. Они же сразу кинутся свидетелей убивать, сколько это трупов будет, а?
– Я не знаю, - снова сказал Аврил, - и не хочу знать. Когда знаешь, кажется, что все... нормально. А разве это нормально, когда людей убивают безнаказанно? Чем ты занимаешься, Хэл?
Хэлан даже засопел, до того метко пришелся удар. Расскажи - он мне в морду плюнет и не ошибется!
– Чем велят, - ответил он хмуро.
– Ловишь сопляков? А настоящим убийцам кланяешься?
– Может, хватит? Что ты мне взялся душу мотать? Думаешь, полезу? Нет! Ну, давай: плюнь в морду, обзови трусом - не полезу!
– Боишься?
– Даже не боюсь. Понимаю, каково тебе, а ты все-таки попробуй, пошевели мозгами. Знаешь, кто такой Влен Кас?
– Директор банка.
– Маленькая поправочка: бандитского банка. Через него шла чуть не половина всех платежей "Синего кольца". В том сезоне его облапошили... правда, тут дело темное. Короче, накрыл своих доверителей на полмиллиона. Все ясно?