Чтение онлайн

Мы сидим и легонько раскачиваемся в гамаке, когда она неожиданно берет мою руку в свои. Жест этот выглядит на удивление материнским, и возникает секундная глупая пауза, когда мне хочется разреветься. Я отвлекаюсь, мысленно следуя вдоль линий вокруг белых пятен на ее коже, этих крохотных островков отсутствия пигментации на руках. Есть они и выше. Я уже видела, как они выглядывают из-под рукавов. Когда я была маленькой, все ее тело представлялось мне картой, ее собственным миром.

– Нам стоит тренироваться почаще, – заявляет она.

Я ничего не отвечаю, поскольку никакими тренировками на свете не решить моих проблем.

– Да, кстати, Марианна, нет ничего зазорного в том, чтобы верить в волшебство.

– Даже если это всего лишь дурацкие сказки?

Грейс одаривает меня хулиганистой ухмылкой.

– Ничего подобного.

Когда она уходит и не остается ничего, кроме как сидеть и ждать, пока меня призовут, я вытаскиваю из сундука мертвую пичугу. Запах сразу же бьет мне в нос и горло. Трупик уже начал гнить, и та искра жизни, которая еще медлила, пока он хранил тепло, улетучилась. Теперь он меня ничему не научит. Проклятье! Я открываю иллюминатор, подставляя лицо морским брызгам, и роняю крохотное тельце в пасть океана. Вероятно, оно сгодится на закуску какой-нибудь голодной твари, так что птичья смерть не окажется совсем уж бессмысленной.

Я знаю, почему Грейс хочет, чтобы я больше упражнялась. Она думает о моем Посвящении. Окутанный таинственностью, этот ритуал для всех проходит по-разному. Однажды я спросила Грейс, чего ждать. Она помолчала, прежде чем ответить:

– Тебе нельзя спрашивать. А мне нельзя рассказывать. Ты либо справишься, либо нет. Так заведено.

Ее тревога за мое Посвящение никоим образом не придала мне уверенности. Она-то ничего не боится. А вот я лично не знаю, чего боюсь больше – самого Посвящения или того, что последует за ним. Сколько пройдет времени, прежде чем мне доверят мое первое задание? А потом что? Мне придется кого-нибудь убить? Я бы справилась. Я вполне в состоянии. В этом заслуга Грейс. Но стоит ли так легко относиться к жизни? Прерывать ее по капризу одного человека?

Одно дело избегать отцовских требований сейчас и совершенно другое – ослушаться его как капитана, отдающего приказы от имени короля.

Смотрю на порез на ладони. Возможно, отец прав. Наверное, я просто слишком слаба.

Мысли ускользают с этого предмета и возвращаются к неизбежному визиту принца. Именно эта точка на всем просторе океана представляется странным местом для встречи.

Мы находимся неподалеку от невидимой границы, разделяющей восточные и западные воды. Эту линию мы никогда не пересекаем – Западными островами не правит ни король, ни кто-либо еще, а поскольку война разрушила союз между Двенадцатью островами, Западные превратились в руины. Сегодня от них остались лишь истории, передаваемые из поколения в поколение шепотом, о беззаконии, жестоких кланах, злых существах в океанских пучинах. Говорят, последний из волшебников все еще обитает на Западе. Он ударился в еще более зловещее колдовство, нежели тогда, когда его собратья стояли за короля. Легендарные морские хищники продолжают вселять страх в сердца самых мужественных моряков, оставаясь при этом всего лишь мифом. Все вздохнут чуть более облегченно, когда мы отойдем от западных вод подальше.

Кроме меня.

Меня давно тянет к тому, что лежит за водоразделом. Будучи моложе, я с одинаковым восторгом слушала истории Грейс о Западе и Востоке. Таинственность, окружающая забытые Шесть островов, соблазняет меня с той же силой, с какой отталкивает остальных, и заставляет мечтать о путешествиях в неведомое. Подозреваю, что чувство это проистекает не столько от храбрости, сколько от моего желания сбежать. Но поскольку никто моих настроений не разделяет, я не могу не оценить расчетливость отца, который заманил принца Торина на встречу в эти неспокойные воды. Он пытается напугать принца. С ненавистью думаю о том, какую роль он уготовил при этом мне.

Проходит несколько часов, прежде чем кто-то стучит в дверь и спасает меня от моих размышлений. «Дева» уже давно перестала двигаться, и я понимаю, что мы отдали якорь. Я открываю дверь и вижу Бронна, его странноватый взгляд, который я не понимаю, пока не вспоминаю, что одета по-другому. Наверняка он еле сдерживается, чтобы не расхохотаться.

– Чего тебе?

Не помню, когда Бронн подходил к моей каюте в последний раз.

Он наконец подбирает слова.

– Принц Торин уже неподалеку. Тебя ждут на палубе.

– Вот мне повезло-то, – говорю я, не в состоянии скрыть сарказма. Поскольку он не двигается, добавляю: – Все в порядке. Я знаю дорогу.

Он по-прежнему молчит и просто стоит с таким скучающим безразличием, что я отталкиваю его, не в состоянии совладать с раздражением. С каких это пор мне нужны провожатые на борту «Девы»? Он следует за мной по пятам, однако я не обращаю на него внимания, и стена молчания, которая давно существует между нами, становится только толще.

Поскольку мы впервые принимаем на «Деве» королевскую персону, я не знаю, чего ждать от группы встречающих, но только явно не этого. Добравшись до палубы, я вижу команду, выстроившуюся стройными рядами при полном параде: черный верх и брюки прикрыты такими же темными плащами, аккуратно подвязанными на талии, на головах – капюшоны. Мой отец стоит, готовый приветствовать принца. Клив и Рен – позади него, а Грейс – в стороне. Хотя я живу среди этих людей, церемониальный строй во всем своем убийственном великолепии позволяет мне на мгновение ощутить тот ужас, который они должны вселять в души своих врагов. А может быть, и союзников.

При нашем приближении отец поднимает взгляд, и я с облегчением понимаю, что мой внешний вид его устраивает.

– А, Марианна, вот и ты! Выглядишь настоящей красавицей, дочка.

Он говорит слишком громко, и я понимаю, что слова его предназначены не для меня. Они для команды.

Я предполагала, что мой наряд кого-нибудь позабавит, возможно, даже вызовет несколько смешков, однако, судя по тому, как некоторые мужики таращатся на меня, похоже, эффект оказался противоположным.

– Благодарю, капитан, – отвечаю я, стараясь показать, что готова вести себя лучше некуда.

А мне это нужно, поскольку огромный корабль, почти не уступающий размерами нашему, пришвартовывается, хлопая королевским сине-зеленым стягом и флагом Восточных островов. Он настолько восхитительно живой, что лишний раз подчеркивает ту мрачность, которая постоянно окутывает «Деву». Только я выпадаю из общей картины. Сегодня я в своем дурацком платье все равно что маяк.

Рен и Клив делают шаг вперед, ловят швартовые, брошенные королевским рулевым, и стягивают борта кораблей достаточно близко, чтобы мы могли принять пассажиров. Несколько королевских гвардейцев переходят к нам на палубу первыми, церемониально прижимая пики к груди. Я не могу сдержать улыбку, потому что, если бы дело дошло до стычки между ними и элитными головорезами моего отца, никакого состязания не получилось бы. Интересно, осознает ли принц Торин, насколько он здесь уязвим.

А вот на борт поднимается и он сам. Я представляла его постарше, широким в талии от сидячей жизни, полной баловства, возможно, надменным. Однако человек, подходящий к нам, почти моих лет, одет безукоризненно, а его стройная, поджарая фигура говорит о том, что он вовсе не праздный пассажир на своем судне. Идет он с присущей его положению уверенностью, и, хотя его красивое лицо скрывает внутреннее напряжение, я предполагаю, что при дворе он пользуется большим успехом. Особенно среди женщин.