Чтение онлайн

– Мне зарыдать от умиления? Ты никак понять очевидного не можешь?! Мне плевать!

– А чего так бесишься, если плевать?

Я замолкаю, потому что ничем хорошим этот разговор закончиться не может. Ничего не хочу знать об их отношениях. А в ушах мамин голос. Уставший и какой-то сломленный. Кто-то, может, и ходил как под кайфом от радости, но мама явно несчастлива. Довольные люди так не говорят.

Ничего не буду отвечать бугаю, пусть считает, что последнее слово за ним. Все, что я хочу, – это приехать в свою квартиру, принять горячий душ и отоспаться. Напряжение последних дней все еще внутри, и организм требует разрядки. Для меня это сон. Жаль, не всегда удается долго поспать, но сегодня точно получится. К тому же завтра встречать папу. Надо подготовиться.

– А решетки тебе так и не поставили, – протягивает бугай, всматриваясь куда-то в темноту. – Твои же окна, да?

Я даже не заметила, как мы приехали. Морозов первым выходит из машины и осматривается по сторонам. Как будто кто-то в такую погоду будет ошиваться на улице!

– Мои, Саш. А решетки на днях поставят. Вроде как. – Я пока так и не добилась от дяди Володи точного ответа.

– Понял. Пошли тогда. Да не дергайся так. Просто проверю, что маньяк с топором не затаился у твоей двери, и поеду. Я и так опаздываю.

Как будто я тебя держу! Вали себе в свою сауну и перед глазами не мельтеши!

– Маньяк тут только один – это ты, Морозов.

Быстро захожу в подъезд и, не оглядываясь, взбегаю на свой второй этаж. Знаю, что бугай идет следом.

Он не стал задерживаться в моей квартире, только взглядом обежал прихожую и комнату, затем поставил на тумбочку пакет с пастой и, бросив короткое «Пока!», хлопнул дверью. На всякий случай тут же проверила ключи от квартиры. На месте. Где-то на улице заурчал двигатель. И тут же затих. Хм… Машина на месте, может, от мороза завестись не получается? Кажется, я становлюсь злорадной, хотя раньше чужому горю никогда не радовалась. Звонок в дверь раздается неожиданно громко, не торопясь иду открывать, прекрасно зная, кто стоит на лестничной клетке. Хотя я-то чем помочь могу?

Он быстро заходит в квартиру, чуть оттесняя меня дальше в коридор, при этом не выглядит озабоченным. Скорее, радостным.

– Ты что забыл, Саш? Или у тебя тачка заглохла?

Он задумчиво смотрит на меня, решая, что же сделать, и…

– Не смей!

Больше ничего сказать не успеваю – он снова, второй раз за сегодняшний день, делает это. Целует меня. У него холодные губы, которые остужают, а я чувствую вкус… мороза на своем языке.

– Чего не смей? Я попрощаться зашел. До завтра!

План был верным! Уехать из города, перевестись в хороший вуз, затеряться в столице… Начать жить, оставив в прошлом последние полгода своей жизни. Никаких напоминаний. Но с тех пор, как я переехала в Москву, прошла почти неделя, а с Морозовым вижусь не реже, чем прежде. Но раньше он хоть целоваться не лез. Видимо, присутствие дружков и подружек смущало, а здесь нас никто не знает. Как вспомню, с чем он тогда подошел знакомиться… Козел! Может, и правда пора парня завести, а бугай наконец отстанет и перестанет строить из себя заботливого… кого? Брата? Друга? Смешно!

И что значит «до завтра»? Завтра папа приезжает! На всякий случай выглядываю в окно, машины Морозова нигде не видно – значит, уехал. Сауна, бассейн, вечеринка… Дятлову с собой вряд ли взял, хотя, зная Лену, не удивлюсь, если она уже там и сама все выяснила.

Смотрю на пакет с едой, и желудок сводит от голода. Давно обещала себе подружиться с правильным питанием, ну или для начала есть примерно в одно и то же время. Чем бы ни руководствовался Морозов в своем стремлении доставать меня при любой возможности, но за «Болоньезе» ему мысленное «спасибо». Самой готовить лень, да и не мое это. У нас в семье папа один и кормил всех. Мама, как и я, может разве что бутерброды сделать да макароны отварить. Я в этом отношении на нее похожа.

Конечно, никакой микроволновки в квартире нет. Но есть вполне пригодная электрическая плита…

Когда раздается стук в дверь, первое желание – не открывать. Я никого не жду, у дяди Володи есть ключи, но он точно не собирался ко мне в гости. Так что спокойно продолжаю разогревать пасту на сковородке. Недолго. Потому что кто-то очень настойчивый теперь уже изо всей силы жмет на звонок.

– Вика, вы дома?

Голос знакомый, но точно не Морозов. Что ему надо, интересно? Соль?

– Привет, Руслан! – Дверь открываю, лишь проверив в глазок, что парень один стоит на лестничной клетке. – Что-то случилось?

Я не самый общительный человек, не люблю разговаривать просто так. Мне всегда нужна причина. Как и сейчас.

– Извини… те. Просто я слышал, как дверь хлопнула, тут картонные стены. У вас вантуза нет?

– Чего?

– Труба засорилась. В ванной. К соседям двум уже дернулся, там никого.

Вантуз… Кажется, видела что-то похожее, когда разбирала кухню.

– Заходите. Сейчас посмотрю.

Захлопываю за парнем дверь, жду, что он пойдет за мной на кухню, но Руслан остается стоять в коридоре. Ладно.

– Держите! – Отдаю соседу видавший виды вантуз. – Надеюсь, то, что нужно.

Парень лицом посветлел сразу.

– Верну минут через двадцать. Кстати, у вас, кажется, что-то горит.

Так, я не только приготовить, а даже разогреть нормально еду не могу. Паста подгорела основательно. Так что есть ее – только испытывать желудок на прочность. А этого он совсем не любит.

Что есть-то? Со вчерашнего дня остались яйца и немного сыра. В принципе… Не сказать чтобы я наелась, но вечером нужно будет еще раз в магазин зайти, купить немного продуктов на завтра, когда папа приедет. У него, конечно, нет никаких иллюзий относительно того, как я питаюсь, но хотя бы упаковку сосисок и килограмм картошки купить надо. Руслан, кстати, так и не вернул мне вантуз – либо забыл, либо все еще мучается с засором.

Но это потом, сначала пару серий «Игры престолов». Я это точно заслужила! Какое бы решение ни приняла комиссия!

Драконы на ноуте уже давно отлетали, а у меня в голове снова крутятся события сегодняшнего дня, начиная с того, как увидела Морозова в «Вышке» и как он удачи мне пожелал. Жаль, что не врезала! И в универе, и здесь, в квартире. С одной стороны. А с другой…

Звонок в дверь обрывает важную, но не до конца сформировавшуюся мысль. Я к ней обязательно еще вернусь!

– Вот, извините, что сразу не вернул.