Чтение онлайн

– Какой он?

– Просто неотразим! – вмешалась Дайана. – Очень высок и строен, а волосы так же черны, как наши. Я все смотрела на его руки: такие сильные и хорошей формы!

– Лицо немного угловатое, и скулы высокие, – вторила Синара. – Вот только одежда совсем немодная, мало того, довольно поношенная. Но Сирена права. Он прекрасен.

– В таком случае я уже не терплю его! – прошипела Фэнси.

– Но почему? – изумилась Дайана.

– У меня был один красавец муж. Такие люди опасны и обычно самовлюбленны. Но поскольку я дала слово королю, придется встретиться с этим маркизом. Только не надейтесь, что он мне понравится!

– Разве ты не хочешь, чтобы у ребенка был отец? – пожурила Дайана.

– У него есть отец, который от него не отрекается.

– Нет, – возразила Синара. – В доме нужен мужчина, который любит и наставляет детей, заботится о семье. До восьми лет я не видела своего папу: он оставался с королем в изгнании. Целых восемь лет я существовала без него. И мне не хотелось бы, чтобы твое дитя оказалось в таком же положении. Король во всеуслышание признает свое отцовство, но кто утешит малыша, если тот разобьет коленку, или похвалит, когда он впервые нацарапает свое имя на грифельной дощечке? Если твой маркиз действительно неплох и к тому же не станет попрекать тебя, выходи за него, черт побери!

– Господи! – потрясение ахнула Дайана, изумленная таким взрывом.

Синара редко вспоминала свое детство.

– Зато вы никогда не были замужем за жестоким распутником, – парировала Фэнси. – Человеком, чья душа была чернее угля, хотя лицом он мог сравниться с принцем из волшебных сказок. Человеком, происходившим из хорошей семьи и бывшим столь же бесчестным, как отродье самого дьявола! Любая девушка в колониях вздыхала по Паркеру Рэндолфу, ибо он был красивее самого ангела. Но оказался воплощением зла. Порока! Вы воображаете, что, пробыв при дворе несколько месяцев, познали все и стали взрослыми? Ничего подобного, дорогие мои кузины! Вы все равно что дети, заблудившиеся в лесу! Если какая-то из вас выберет красивого жениха, я запру ее в одном из бабушкиных старых сундуков на тот срок, пока не узнаю, что он в действительности собой представляет. Не позволю, чтобы вы страдали так же, как когда-то я!

Девушки ошеломленно переглянулись, но Синара, всегда бывшая смелее младшей кузины, немедленно спросила:

– Что за тайна окружает тебя, Фэнси? Хотя сплетни о тебе благодаря королю почти заглохли, кое-кто по-прежнему болтает языком.

– Поверьте, все это вздор, – спокойно возразила Фэнси. – Даже твой отец, Синара, не знает всей правды. Только бабушка и король. Когда-нибудь я расскажу и вам, но пока вы должны поверить мне на слово. Вы обе слишком молоды и невинны, – да-да, и Синара тоже, – чтобы выслушать мою историю. Но помните: мужчину нельзя судить только по внешности, как, впрочем, и женщину. То, что лежит на поверхности, может быть только красивым фасадом.

– Но ты убила своего мужа? – упрямо продолжала допытываться Синара.

– Разумеется, нет, – бросила Дайана. – Как ты можешь, зная нашу кузину, все еще верить злобному навету? Фэнси не более способна на убийство, чем ты или я.

Фэнси нежно коснулась розовой щечки Дайаны.

– Спасибо тебе, – прошептала она, прежде чем обратиться к Синаре: – Нет. Я не убивала Паркера Рэндолфа, но более по этому поводу ничего не скажу. Придется тебе довольствоваться моими заверениями. А вот насчет твоего ума... Я слышала, Генри Саммерс поклялся обольстить тебя и побился об заклад с друзьями, что выиграет.

– Я это тоже знаю. Он заключил пари на то, что я поддамся его чарам, – призналась Синара, краснея. – Кроме того, он уверен, что сможет легко ускользнуть из моих сетей. Но тут Генри ошибается. Я приехала ко двору не затем, чтобы искать мужа, хотя родители верят в обратное. Я хотела как следует повеселиться, хорошо провести время при дворе, и мое желание исполнилось с лихвой. Но стоило мне увидеть графа Саммерсфилда, как стало ясно: именно он предназначен мне в супруги! И я его получу! Генри собирается остаться холостым, но это у него не получится.

– Ты играешь в опасную игру, – предупредила Фэнси. – Нелл утверждает, что ему нельзя доверять.

– Ничего, я люблю опасные игры и никогда не проигрываю. На этот раз победа тоже окажется за мной.

– Вы не приедете домой этим летом? – поинтересовалась Фэнси.

– Только в конце июля, не раньше, – сообщила Дайана. – К тому же мои родители тоже собрались навестить меня и бабушку и привезут младшую сестренку Мэйр. Настало ее время учиться у бабушки, как стать настоящей леди. Мой отец сопротивлялся до самого последнего времени, но мама наконец его переупрямила.

– Мне очень хотелось бы познакомиться с ними! – объявила Фэнси. – Мама всегда с такой любовью вспоминала о младших братьях! Многие члены клана твоей матери приходили к нам сразу после приезда в колонии. Мои братья отправились с несколькими Броуди осваивать юг Виргинии. Они говорят, что это чудесная земля озер и холмов и очень похожа на Шотландию.

– Мама все еще несколько грубовата, несмотря на высокий титул, – призналась Дайана. – Зато любит отца всем своим существом и обожает Гленкирк. Ты скорее всего поладишь с ней, ибо в юности она тоже вела самую простую жизнь.

– Кстати, ты попрощалась с королем? – вспомнила Синара.

– Да, – коротко бросила Фэнси.

– Надеюсь, это было ужасно романтично? – приставала Синара. – Он плакал? А ты?!

– Все мои отношения с королем можно назвать романтичными, но, боюсь, в последнюю ночь никто не проронил ни слезинки. Для подобных сантиментов мы слишком взрослые. И оба знали, что мое время прошло. Кроме того, мы стали такими хорошими друзьями! И король сделал мне самый драгоценный подарок. Мое дитя.

Она положила ладони на живот и улыбнулась.

– Временами ты меня разочаровываешь, – буркнула Синара. Но Фэнси и Дайана дружно рассмеялись.

В день отъезда к ней пришла Нелл.

– Увидимся ли мы когда-нибудь? – тоскливо спросила она. – До чего не хочется терять единственную подругу!

– Ты не теряешь меня, Нелли. Я просто возвращаюсь домой, – возразила Фэнси. – Буду писать и рассказывать, что делается в моей жизни. А ты должна отвечать.

– Я не умею ни писать, ни читать, – гордо объявила Нелл, – но найму секретаря, чтобы тебе не было стыдно показывать родным мои послания.