Плотин. Единое: творящая сила Созерцания

Не читайте эту книгу. Это совет. Совет людям уравновешенным, добропорядочным, образованным, социально активным, ценящим свою значимость и важность, любящим свое отражение в зеркале, отвергающим нелепые случайности и неожиданности, убежденным, что Солнце всегда восходило и будет восходить на Востоке, а дважды два всегда четыре. Этим людям «Плотин» чужд. Может быть даже опасен.

Плотин — то ли эллин, то ли египтянин, то ли римлянин.

Плотин — то ли философ, то ли маг и мистик, то ли…

Плотин создал величайшую диалектическую систему. Ее можно назвать диалектикой силы Жизни, а можно — диалектикой молчаливо творящего Созерцания. Впрочем, все «темное» людям ясным и упорядоченным не интересно и не нужно.

Время Плотина — это поздняя осень великой Римской империи, когда разрушаются и словно бы исчезают привычные ценности и верования, прежде казавшиеся столь прочными в потоке завихряющегося, мутного бытия.

Это время драматического обострения противоречий между людьми, время, когда одни начинают превращаться в гусеницу, а другие уже уснули в прозрачном коконе. «Время собирать камни и время разбрасывать камни, время жить и время умирать».

Все это происходит в одном-единственном — для Плотина — миге.

Эти странные события-мутанты начались весной, в конце апреля 2025 года, в небольшом ущелье на Тянь-Шане. Там, в совершенно безлюдном месте — ближайший кишлак в сорока пяти километрах, — был расположен один из модулей Свободного Поискового Центра. Модуль представлял собой просторное шарообразное здание с рифленым алюминиевым покрытием, предназначенным для сбора солнечной энергии, высотой в девять метров (так называемый пятый проект Михаила Перепелицына). Его окружал реликтовый орешник, в котором постоянно шелестел странный ветерок. Совсем рядом протекал мелкий горный ручей, берущий начало от старого, с желтыми пятнами на поверхности, уже совсем съежившегося ледника. Солнце по утрам с поразительной, тоскливой свежестью освещало древнее, затаившееся в своих воспоминаниях ущелье, лес переполнялся невидимым птичьим гомоном и невнятно пульсирующими шорохами. Но затем вновь становилось ностальгически тихо и сумрачно.

Главным элементом модуля были три компьютерные системы нового поколения с голографическими дисплеями: три информационно-эвристические структуры в рамках информационного контура РИБ (рефлексивные игры будущего) синтезировали «мозаичные культур-образы» в постоянно саморазвивающуюся метасистему Знания. Последняя, в свою очередь, создавала принципиальную возможность усложняющегося диалогового взаимодействия входящих в нее ИЭС (информационно-экспертные системы). При этом РИБ изначально не был ориентирован на какие-либо жестко определенные цели. Суть самого подхода заключалась в том, что РИБ рано или поздно сам должен был выделять и работать с новыми эвристическими целями, гипотезами, концепциями и теориями.

Интегрированные и взаимодействующие ИЭС были снабжены блоками, позволяющими модифицировать — и даже весьма радикально — веер используемых программ. Они обладали разными уровнями сложности и имели возможность автономно пользоваться данными практически всех внешних информационных банков планеты.

Свободный Поисковый Центр имел тридцать три таких модуля в различных точках Земли: информационные и силовые поля планеты и космоса по-разному оказывали воздействие на эвристику используемых программ. Центр обходился очень недешево. Но делать было нечего: нужны были действительно принципиально новые идеи, которые могли бы если не предотвратить надвигающуюся катастрофу, то, по крайней мере, хотя бы как-то приостановить или смягчить ее.

Рефлексивно-игровые диалоговые системы РИБ, начало которым положила одна из случайных модификаций экспертных систем, появившаяся в 1998 году, позволили кардинально расширить спектр поиска таких стимулирующих принципов. Собственно, дело заключалось даже не в самой технике и самоиндуцирующихся информационных программах. Ключевой отличительной чертой РИБ стало установление новых взаимоотношений или даже взаимопонимания между человеком и информационными структурами: взаимопонимание на уровне контекстуального знания, аналогового понимания.

В рамках РИБ порой непредсказуемым образом изменялось сознание оператора — «системного синтезатора». Было несколько концепций, которые пытались объяснить странные, порой очень странные или даже драматические явления, происходившие в модулях. Но все эти концепции изобретались специалистами, которые сами в парадоксальных рефлексивных играх не участвовали. Тем не менее Свободный Поисковый Центр добился достаточно важных и продуктивных результатов, чтобы его продолжали финансировать и надеяться на него.

Но я несколько отвлекся. В рамках информационного контура РИБ базовые информационные программы начинали диалоговую коммуникацию друг с другом на совершенно разные темы: от проблемы искривленного времени в плоскости Мебиуса до проблемы влияния тех или иных футбольных результатов на частоту рождения близнецов. Периодически синтезатор просматривал особые графические контуры плывущих в потоке проблем и в случае появления перспективной концепции подключался к игровому диалогу.

Каждый компьютер был снабжен индивидуальным блоком голоса. В случае появления какой-либо особо сенситивной идеи автоматически включался этот блок для облегчения личностного вхождения в рефлексивную игру.

…Так вот, я говорил о странных, очень странных явлениях. О них ничего не сообщалось: люди и так были взбудоражены тревожными событиями. Тем не менее эти явления происходили. В своем модуле у меня тоже были встречи с «тенями», как мы их называли. Я не знал, что это, да и сейчас не знаю… Но я хочу сказать честно — это не было каким-то профессиональным заболеванием… Последнее уже точно доказано.

…Тогда весной машины занимались проблемой потенциальной многовариантности каждого момента существования цивилизации в различных культурных реальностях. Я немного поясню: каждая цивилизация — это, в конечном счете, некая мозаичная структура различных культур. Каждая культура — а это может быть и культура личности, социальной группы, религиозная культура, политическая и так далее — имеет некий образ своего прошлого, настоящего и будущего. В зависимости от мозаики этих образов оцениваются образы других культурных общностей и делаются некие выборы — эффективные и не очень.