Плот
Шрифт:
Он сжимал пальцы, пока не хрустнул хрящ.
Лысый взвыл и вырвался из рук Паллиса.
– Ладно, черт побери, мы свое дело знаем и не хотим лишних волнений.
Паллис вернулся к Ципсу.
– Добро пожаловать на дерево. Навигатор, - произнес он официальное приветствие.
– Сочту за честь, если вы разделите со мной мою пищу.
Ципс закрыл глаза, и его рыхлое тело затряслось от рыданий.
Флотилия деревьев медленно погружалась в глубины Туманности. Пояс уже давно висел перед ними в небе. Рис хмуро смотрел на цепь помятых хижин и трубопроводов, вращающуюся вокруг ржавого пятна - звездного ядра. Туг и там между хижинами карабкались люди, а надо всем висело облако желтоватого дыма, испускаемого двумя плавильнями.
Рис автоматически работал около огненных чаш. Это был какой-то кошмар, мрачная пародия на его преисполненное надежд путешествие на Плот. В последнее время Рис избегал Ученых. Они жались друг к другу в тесный кружок вокруг Грая и Ципса, почти не разговаривали и делали только то, что им скажут.
"А ведь подразумевалось, что эти люди обладают умом и воображением", - горько думал Рис. Но, с другой стороны, отмечал он, в обозримом будущем воображение им вряд ли понадобится. У молодого человека не хватало смелости винить их в уходе от действительности.
Единственным, хотя и слабым, утешением для Риса были долгие часы, проведенные на вершине дерева в созерцании конструкции, висевшей далеко внизу. Шесть деревьев вращались по углам невидимого шестиугольника. Деревья находились в одной плоскости, так близко, что касались друг друга листьями, но мастерство пилотов было столь велико, что за все время перелета вряд ли была повреждена хоть одна веточка. А под деревьями, в сетке, подвешенной на шести толстых веревках, виднелась продовольственная машина.
Даже сейчас это зрелище наполняло сердце Риса гордостью. Человек способен на такую красоту, на такие великие подвиги...
Пояс преобразился в цепь хижин и производственных помещений. Рис увидел повернутые полузнакомые лица, похожие на маленькие пуговицы.
К нему присоединился Паллис.
– Значит, вот как все закончилось, рудокоп, - хрипло сказал он. Извини.
Рис посмотрел на пилота с некоторым удивлением. На лице Паллиса пылали шрамы
– Паллис, тебе не за что извиняться.
– Я оказал бы тебе добрую услугу, если бы сбросил тебя тогда с дерева. Там внизу тебе придется трудновато, парень.
Рис пожал плечами.
– Но не так трудно, как остальным.
– Он показал на Ученых.
– И вспомни, что у меня был выбор. Я мог присоединиться к революции и остаться на Плоту.
Паллис поскреб бороду.
– Не уверен, что понимаю, почему ты этого не сделал. Клянусь Костями, у меня нет никакой симпатии к старой системе. А ух то, как обращались с твоим народом, должно было возмущать тебя.
– Конечно, это все так. Но... Я прилетел на Плот не для того, чтобы бросать зажигательные бомбы, пилот. Я хотел узнать, что происходит с этим миром.
– Рис улыбнулся.
– Скромное желание, правда?
– И ты чертовски прав, что попытался сделать это, парень. Все эти проблемы никуда не делись.
Рис окинул взглядом красное небо.
– Никуда.
– Не теряй надежды, - твердо сказал Паллис.
– Старый Холлербах все еще работает.
Рис рассмеялся.
– Холлербах? Его они не могут убрать. Им все равно нужен кто-то, кто находил бы им руководства по ремонту продовольственных машин, возможно, попытался бы отодвинуть Плот с пути падающей звезды. И, кроме того, я даже думаю, что Деккер его боится...
Теперь они засмеялись вместе. Потом долго смотрели на приближающийся Пояс.
– Паллис, сделай для меня одну вещь.
– Что?
– Скажи Джаен, что я о ней спрашивал.
Пилот положил свою тяжелую руку Рису на плечо.
– Ладно, парень. Сейчас она в безопасности. Холлербах дал ей место в команде своих помощников. Я сделаю все, что смогу, чтобы она там осталась.
– Спасибо. Я...
– И я скажу Джаен, что ты спрашивал о ней.
Веревка свисала со ствола дерева и задевала за крыши хижин Пояса. Рис спустился первым. Рудокоп, пол-лица которого было изуродовано багровым ожогом, с любопытством смотрел на него. Вращение Пояса относило Риса от дерева. Он ухватился за веревку и помог второму Ученому попасть на крышу.
Вскоре Ученые уже неуклюже копошились по всему Поясу. За ними, с выпученными от изумления глазами, следила кучка местных ребятишек.
Рис увидел Шин. Его бывшая начальница смены висела у хижины, уцепившись за веревку загорелой ногой, и с широкой улыбкой наблюдала за этой процессией.
Рис оставил неуклюже передвигающуюся цепочку. Он подобрался к Шин, закрепился, выпрямился и в упор посмотрел на нее.
– Ну и ну, - тихо сказала она.
– А мы думали, ты мертв.
Рис рассматривал ее. Вид ее обнаженных рук и ног все еще вызывал в нем старые чувства, но лицо Шин исхудало, глаза запали.
– Ты изменилась. Шин.
Она сухо рассмеялась.
– Как и сам Пояс, Рис. У нас были трудные времена.
Молодой человек прищурился. Голос Шин звучал почти жестоко, на грани срыва.
– Если ты так умна, как мне некогда казалось, - отрезал Рис, - ты позволишь мне помочь вам. Дай мне рассказать кое-что из того, что я узнал.
Женщина покачала головой.
– Сейчас не время для знаний, парень. Сейчас нужно выжить.
– Она оглядела его с ног до головы.
– И поверь мне, ты и твои мягкотелые приятели должны понять, что это будет нелегко.
Рис закрыл глаза. Если бы только этот кошмар мог исчезнуть если бы ему позволили вернуться к работе...
– Рис!
– Это был тонкий голос Ципса.
– Ты должен помочь нам. Расскажи этим людям, кто мы такие...
Рис стряхнул оцепенение и начал пробираться по крышам.
8
Кресло опускалось на ядро звезды. Рис закрыл глаза, расслабился и попытался ни о чем не думать.
Пережить еще одну смену - это было для него сейчас самое главное. Каждый раз хотя бы одну...