Плоть
Шрифт:
Кимми?
Он мог видеть только спину.
Как она могла попасть сюда на трехколесном велосипеде? Возможно, там жила ее подруга. Барбара сказала, что обзвонила всех...
Правая передняя часть патрульной машины подскочила вверх. Джейк заставил себя отвести взгляд от девочки. Он нажал на педаль тормоза, но не своевременно, и машина врезалась в ствол дуба. Удар швырнул его вперед. Ремень безопасности щелкнул, придерживая его за плечо и грудь, и отбросил обратно на сиденье.
Девочка, услышав грохот, обернулась.
Это была не Кимми.
Из-под капота повалил дым или пар. Джейк выключил двигатель. Расстегнул ремень безопасности. Дрожа, он открыл дверцу и вышел посмотреть на повреждения. Он покачал головой. Он не мог в это поверить.
Наблюдая за девочкой, он позволил машине свернуть. Его правая передняя шина забралась на бордюр, и он въехал в дерево на травянистом участке между дорогой и тротуаром.
Пошатываясь, он подошел к передней части машины. Машина шипела. Белое облако, струившееся сквозь вдавленную решетку радиатора, отдавало запахом сырости и резины. Ему не нужно было открывать капот, чтобы понять, что произошло: он повредил радиатор.
Плюхнувшись на водительское сиденье, он потянулся к микрофону радиостанции.
* * *
– Спасибо, что подвез, - пробормотал он и вылез из машины.
– Отдохни немного, прежде чем возобновишь поиски, - предложил Дэнни.
– Конечно, - oн захлопнул дверь.
Патрульная машина тронулась с места.
Джейк пошел по дорожке к дому, где была припаркована его личная машина, роясь в кармане в поисках ключей. Он чувствовал усталость и тошноту. Голова гудела. Ему очень хотелось отлить. На дрожащих ногах он свернул с подъездной дорожки и пересек лужайку, направляясь к входной двери.
Он вошел в дом. Хотя на улице задерживались последние огни заката, дом был погружен в темноту. Он включил свет в гостиной.
Воспользовавшись туалетом, он проглотил три таблетки аспирина. Потер затекшую шею. В зеркале аптечки он выглядел так же плохо, как и чувствовал себя. Его волосы были взъерошены, а налитые кровью глаза выглядели странно отсутствующими. Его лицо приобрело сероватую бледность. В области подмышек его форменная рубашка была в пятнах пота.
Он умыл лицо, затем пошел в свою спальню и начал снимать с себя потную одежду.
Ты считал, что вчера был плохой день. Ты думал, что обыскивать "Дубраву" - это плохо.
Ты даже не знал, что значит плохо на самом деле.
Он стянул с себя мокрые носки и нижнее белье и оставил их на полу. Достал свежие из комода, знал, что, вероятно, упадет, если попытался надеть их стоя, сел на кровать, надел свежее белье, затем носки. Застонав, он снова встал. Он подошел к шкафу за чистой рубашкой. Скользнул в нее, попытался застегнуть пуговицу и сдался. Он снял с вешалки коричневые вельветовые брюки и отнес их на кровать. Сев, положил их на колени.
Вчера ничего не было,– подумал он.
– Вчера твое проклятое воображение работало сверхурочно.
Он вспомнил, как заглянул под кровать в поисках змееподобного существа и чуть не стрельнул в Куки-Монстра.
Я хочу Куки!
Ему жгло глаза, и слезы застилали видимость.
Он повернул голову к тумбочке, куда положил Куки после того, как чуть не всадил пулю между его выпуклых глаз.
Кукла исчезла.
Джейк знал, что оставил ее там.
Он осмотрел пол у тумбочки. Затем он вскочил, вся усталость и боль смылись очищающей волной надежды, стоя на ногах, натянул штаны, выбежал из своей комнаты, пересек холл, щелкнул выключателем и обнаружил Куки-Монстра на кровати Кимми, прижатую к ее шее и удерживаемую там ее крошечной ручонкой.
Потом Джейк опустился на колени, обнял ее горячую спину и уткнулся лицом в ее плечо.
* * *
– Барбара, она здесь. С ней все в порядке.
– О, боже мой!
– в течение длительного времени Барбара больше ничего не говорила. Джейк услышал, что она плачет. Наконец, она нашла в себе достаточно самообладания, чтобы спросить.
– Где она?
– Тут. У меня дома.
– Где ты нашел ее?
– Прямо здесь, я вернулся за машиной, и...
– Это невозможно. Это же целые мили.
– Думаю, чуть больше трех.
– О, черт бы тебя побрал! Почему ты не заглянул туда в первую очередь?
– Я думал об этом, я просто... мне показалось... это так далеко. Я даже не думал, что она знает эту дорогу, не говоря уже о том, чтобы уйти в такую даль. Я все еще с трудом в это верю. Но она здесь.
– Ты хоть представляешь, через какой ад мне пришлось пройти?
– Теперь все закончилось. Она в безопасности.
– Дай мне с ней поговорить.
– Она спит.
– Так разбуди ее, черт возьми!
– Позже.
– Сейчас же!
– Успокойся. Я должен позвонить в участок и отменить поиски. Потом я ее разбужу. Она, наверное, ужасно проголодалась. Я принесу ей что-нибудь поесть и привезу к тебе через час или около того. Выпей что-нибудь. Возьми себя в руки. Я не хочу, чтобы ты была вся в истерике, когда она появится.
– Истерика? У кого истерика? Я думала, что она мертвая, где-нибудь в канаве, а она в это время решила сделать сюрприз своим гребаным визитом к своему гребаному папочке!
– Я должен позвонить в участок, - повторил он.
– Мы скоро приедем.
Потом он повесил трубку.
Покончив со вторым звонком, он вернулся в комнату Кимми. Она все еще спала.
Джейк опустился рядом с ней на колени и погладил по голове. Ее волосы были влажными. Он положил руку ей на спину. Ее кожа была очень горячей под тканью блузки. Он чувствовал, как поднимается и опускается ее грудная клетка. Она тихонько посапывала.