Плохой
Шрифт:
Возможности, возможности.
— Ты мне не нужна, Камилла. Хесус оставил тебя, чтобы трахать. Я же держу тебя просто для развлечения… — он машет сигарой в воздухе. — По крайней мере, на данный момент.
Без предупреждения он хватает меня за волосы и притягивает моё лицо к себе на колени. Кожа головы горит, когда я борюсь с ним. Он слишком силён для меня, чтобы сопротивляться, и легко удерживает меня, душа меня в пряном аромате его одеколона, когда он сильнее прижимает моё лицо к своей промежности.
— Предупреждаю тебя, я кусаюсь. — Я обнажаю зубы.
Он приподнимает бёдра, его член набухает у моей щеки.
— Я даже отсюда чувствую запах твоей киски, — произносит он. — Как же нам с тобой будет весело!
Мой темперамент борется с первобытным желанием, стремительно пронизывающим меня насквозь. Я ненавижу его, но сексуальное напряжение между нами — обещание насилия — это как головокружительная форма прелюдии, от участия в которой я не могу отказаться.
Грёбаный мудак.
— Не думала, что ты насильник.
Он дёргает мою голову в сторону, заставляя посмотреть на него. Одна бровь слегка приподнимается, и внезапно он становится похож на тёмного ангела, прекрасного и холодного.
— Ох, мы знаем, что это не было бы изнасилованием. Не так ли?
— Пошёл ты, — выплёвываю я. — Я бы предпочла трахнуть гниющий труп.
Он отталкивает мою голову от своих колен и встаёт, свирепо глядя на меня сверху вниз.
— Я ожидал, что у тебя будут гораздо более сильные инстинкты выживания, чем это.
— О, тебе грустно, потому что я не буду сосать твой член, как хорошая маленькая пленница? — я вскакиваю на ноги, мгновенно оказываясь с ним грудь к груди. Жар его тела проникает сквозь ткань моего платья. Воздух потрескивает от напряжения, и адреналин бурлит в моих венах. Не помню, когда в последний раз чувствовала себя такой живой. Ронан Коул, может, и ублюдок, но его власть почти заразительна, и война с ним… была бы ни на что не похожа.
— Ты недооцениваешь меня, — отвечает он. Его рука скользит по моей талии. — На всех уровнях. — Его пальцы задерживаются на моей пояснице. Дрожь пробегает по моему позвоночнику, прежде чем он прижимает меня вплотную к себе и на дюйм приближается к моей шее. — Было бы жаль портить такое восхитительное лицо, — говорит он, прежде чем его зубы впиваются в моё горло и кусают кожу так сильно, что я задыхаюсь. А потом, просто так, он отпускает меня и снова садится на диван.
Он опасен и силён, и меня тянет к нему так же, как адреналинового наркомана тянет к опасным для жизни высотам. Скорее всего, я упаду и умру, но спуск вниз был бы стремительным, не похожим ни на какой другой, так что я взвешиваю свои варианты. Я могла бы бороться с ним зубами и ногтями, сколько бы я здесь ни пробыла, а это может быть бесконечно. Или… Я могла бы воспользоваться этой возможностью, чтобы сблизиться с Ронаном Коулом, понаблюдать за ним, соблазнить его, поработать с ним. И когда придёт время, я смогу либо использовать его, либо убить. Я могу использовать это в своих интересах.
Глава 8
РОНАН
«Puppeteer» — MAX (трек)
Камилла свирепо смотрит на меня.
О, знаю, она, должно быть, ненавидит меня. Её легко завести — как маленькую игрушку. У меня вызывает такой трепет, когда она испытывает меня, потому что я правда не знаю, как я отреагирую. Всё в моей жизни так предсказуемо, и пока это именно то, что мне нужно… это становится утомительным. И самый большой вред, который она может причинить? Что ж, она действительно ничего не может сделать, пока она здесь, не так ли? Так что, поиграю с ней я…
— Станцуй для меня, Камилла, — говорю я с улыбкой.
В её глазах загорается огонь, а ноздри раздуваются.
— Я похожа на твою личную стриптизёршу?
— Ты будешь похожа на того, кем я захочу тебя видеть.
— Иди. Нахуй! — она складывает руки на своей пышной груди. Я решил, что она красивее, когда злится.
— Я сказал, танцуй.
Она подходит ближе.
— Я прирежу тебя, Русский.
— Я очень люблю ножи. — Я сдерживаю стон, вспоминая, как плавно лезвие скользнуло по её бедру. На её щеках появляется мягкий румянец, и я могу лишь надеяться, что она тоже думает об этом. Вздохнув, я встаю, и она делает осторожный шаг назад. — Ты делаешь всё намного сложнее, чем это должно быть, — говорю я, хватая её за талию и притягивая к себе. — Ты сделаешь то, о чём я прошу, либо по собственному выбору, либо через силу.
Её челюсть сжимается, когда саркастическая улыбка касается её губ.
— Я оторвусь сегодня, представляя твоё мёртвое, окровавленное тело.
— Как восхитительно. — Я заставляю её двигаться вместе со мной, танцуя. Она подчиняется, прижимаясь своим телом к моему и следуя моему примеру. Аромат её кожи, то, как она двигается, с убийственными изгибами, её ощутимая ярость… она соблазнительное создание. Я разворачиваю её, прежде чем снова притянуть к себе.
— Я кончу так сильно, погрузив пальцы в свою киску и думая о тебе, — обещает она, её зубы скользят по моей шее.
Она порочная, и это творит со мной то, что мне скорее нравится.
— И как именно ты предлагаешь убить меня, Камилла Эстрада? — я опускаю её, наклоняясь, чтобы провести губами по её шее, прежде чем укусить. — Я правда надеюсь, что это будет жестоко.
— Ну, раз уж ты так любишь ножи… И стоит ли вообще затрачивать усилия на убийство, если не прольётся обильное количество крови? — она просовывает своё бедро между моими, прижимаясь им к моей промежности.
О, она играет грязно.
— Ты бы выглядела такой хорошенькой, купаясь в крови, Красивая. — Я сжимаю в кулаке её волосы. — Такой красивой, вся в красном. — Во мне бурлит адреналин, и я хочу проверить её границы, потому что чувствую, что их у неё очень мало.
— Красный — мой любимый цвет. — Она улыбается и поворачивается на каблуках, становясь спиной ко мне. Её бёдра прижимаются к моему твердеющему члену. Она так сильно хочет соблазнить меня, посмотреть, как я рассыпаюсь в прах. Но я этого не сделаю…