Чтение онлайн

– Подруга из этого района? – Доминик приподнял уголок губ, немного обнажая белоснежные зубы. Не поверил в то, что я дружу с кем-то из гетто, но, видно, пока что даже не предполагал, что я тут теперь живу.

Я вжалась в стену. Будучи настолько близко к полуобнаженному парню чувствовала себя как-то странно. Да и меня пугал Доминик. Сразу вспоминала слова Абель о том, что он пробыл в колонии три года. Поскольку парень не отступил, я сделала глубокий вдох и, извернувшись, выбралась на тротуар, отстраняясь от парня.

– Пожалуйста. Я тебя прошу, оставь меня в покое, - пробормотала. Потом запнулась и, опустив взгляд, спросила: - Я тебе понравилась и ты злишься на меня за то, что я тебе отказала? Но я не могла иначе. Я правда не хотела знакомиться.

Доминик сразу ничего не ответил и между нами повисла тишина. Я подняла голову и посмотрела на него. Парень стоял ровно, но держал ладони в карманах, а взгляд был таким, что по спине побежал холодок.

– Понравилась… - повторил он это слово так, словно оно было какой-то глупостью. – Мне выебать тебя захотелось. Стало интересно, как будет стонать такая правильная и скромная девочка.

– Ты… - у меня щеки обожгло и сознание опалило чем-то бурлящим. Но, в основном, там был стыд и ощущение собственной глупости от того, что решила, что действительно понравилась Доминику. Несмотря на жизнь в гетто, он точно привлекал внимание девушек. Местных или нет – не важно. У Моно очень влекущая внешность. Поэтому, скорее всего, он перенасытился девушками и чувства для него пустой звук. Существовало лишь удовлетворение физических потребностей.

Это я такая наивная, что думала про чувства и симпатию, из-за чего непонятному незнакомцу в жизни бы не дала свой номер. В моих первых отношениях волновалась и не могла понять точку зрения Доминика, хоть и осознавала, что подобное существует.

– Понятно, - кивнула. – Но я с тобой тем более таких отношений не желаю.

Считая, что разговор закончен и надеясь на то, что парень оставит меня в покое, раз я ясно дала понять, что не желаю с ним иметь вообще ничего общего, я развернулась и пошла дальше. Вот только, хоть и не слышала шагов, но почувствовала, что Доминик пошел за мной. Когда он был рядом, кожу покалывало холодом и болью.

– У тебя есть нормальное нижнее белье? Или на него денег не хватило?

От этого вопроса щеки вновь запылали и в груди распалилось негодование смешанное со злостью. Я вспомнила о том, как Моно задрал мне юбку в университете и вновь начала злиться.

Меня строго воспитывали и в конфликты я не вступала, но в данном случае Доминик задевал меня как девушку. Мою гордость и добропорядочность, поэтому я не смогла промолчать. Обернулась и сказала:

– Даже один комплект моего нижнего белья стоит дороже всей твоей одежды вместе взятой, - я сжала ладони в кулаки.
– Оно слишком дорогое, чтобы такой, как ты не то что прикасался к нему, а даже просто смотрел. И, тем более, я ни в коем случае не желаю, чтобы ты трогал меня. Возвращайся к себе, а меня, пожалуйста, уже оставь в покое.

Сердце стучало быстрее, чем обычно и мысленно я говорила себе, что стоит замолчать, но силой воли заставила договорить фразу. Защитила себя, как девушку.

Глаза у Доминика были черными, но иногда они темнели еще сильнее. Например, как в этот момент. И, несмотря на то, что на его лице не проскользнуло ни одной эмоции, мне стало не по себе.

Больше ничего не говоря, я развернулась и очень быстро пошла прочь. Иногда оборачивалась и видела, что Доминик все еще стоял на месте, но неотрывно смотрел на меня. И в этот момент мне казалось, что его взгляд выворачивает мою душу наизнанку, а я сама смотрела на него с ненавистью.

К дому, в котором я снимала квартиру, было еще минимум двадцать минут пути, но казалось, что я добралась к нему за считанные мгновения. Бегом взобралась по лестнице на второй этаж и буквально влетела в свою квартиру. Закрыла дверь на замок и сняла туфли.

После этого сделала глубокий вдох и пальцами пригладила волосы. В груди все бурлило и я никак не могла успокоиться. Вот бывают же настолько бестактные парни. Ужас.

Успокаивало лишь то, что мы, наверное, больше не встретимся. Во всяком случае, я на это надеялась, так как этот наш разговор расставил все точки.

Переодевшись, я села за конспекты, но на них сосредоточиться не смогла, поэтому решила чем-нибудь занять руки. Все равно было много дел. Например, поубирать и приготовить поесть. Пока было светло, я занялась мытьем окон. Стекла казались жутко грязными, поэтому в ведро с водой я добавила чуть ли не тонну моющего средства.

Когда я закончила с окнами, было уже почти десять вечера. Я приняла душ, переоделась и пошла готовить есть. Достала все продукты и прочитала сотню рецептов. С горем пополам приготовила Гратен из пене. Простое блюдо и, наверное, оно получилось у меня не идеально, но я была горда собой. Даже захотела часть положить в лоточек и отнести завтра в университет, чтобы Бенуа попробовал.

Время близилось к полуночи и в это время соседи устроили вечеринку. Звукоизоляция тут была очень плохая, поэтому весь шум, музыку, смех и матерные слова, от которых мне становилось не по себе, слышала так, будто это у меня в квартире бушевала толпа людей.

Пообещав себе, что завтра куплю беруши, я начала готовиться ко сну. Разве что решила открыть окна, чтобы ночью квартира проветрилась, но, как только в своей спальне открыла одну створку, застыла в ужасе.

На улице около дома, в котором я снимала квартиру, собралась целая толпа. Кто-то из парней просто собрались в группки и разговаривали, кто-то из них очень нагло лапал развязно одетых девушек, а те хохотали.

Но больше мое внимание привлек Доминик. Я никак не ожидала его тут увидеть, но Моно сидел на крыше машины, поставив ноги на капот и разговаривал с каким-то парнем, который так же обнимал девушку, держа свою ладонь на ее попе. И машина, на которой он сидел, явно была не его. У Моно она другого цвета.

Будто почувствовав мой взгляд, Доминик поднял голову и посмотрел прямо на меня, а я сильно вздрогнула и с трудом сдержалась, чтобы не сделать шаг назад.

В этот момент парень поднял ладонь и указательным пальцем поманил меня. Этот жест показался жутко угрожающим и я тут же отрицательно покачала головой. Доминик лишь одними губами произнес, нет, приказал: «Спустись», а я еще сильнее помотала головой.