Чтение онлайн

– Сделаем.

– Сегодня же.

– Сегодня, - кивнул Катран.

– Что с заправкой?

– Ноль пять заправки в каждом танке.

– Люди готовы?

– Люди… - комбат приумолк на мгновение. – Думаю, что готовы.

– Вы не уверены в своих подчинённых? – комбриг придал своему голосу напущенной строгости.

– Товарищ командир, - Катран поиграл желваками. – Считаю, что я сделал всё, что мог. А бой… бой покажет, что получилось из этих добровольцев.

– Я вас понял, - кивнул Ветер.

– Если надо, - заверил комбат, - сам за рычаги сяду, или в башню, но задачу батальона выполню.

– Я это учту, - кивнул комбриг.

После танкиста к командиру бригады подошёл контрразведчик.

– Товарищ полковник, разрешите… в сторонку.

– Что у тебя? – Ветер отошёл за чекистом в угол палатки.

С первых дней своего пребывания на посту командира бригады, Ветер оценил работоспособность офицеров войсковой оперативной группы военной контрразведки, которая обеспечивала соединение, и будучи посвящённым в некоторые их дела, всегда шёл навстречу предложениям чекистов, тем более, что они были нацелены на повышение боеспособности бригады. Так вышло, что с Чингисом, старшим этой группы, он сразу перешёл на «ты», то ли в силу одинакового возраста и звания, то ли в силу дружеского расположения друг к другу.

– Будем доигрывать радиоигру, - Чингис протянул комбригу несколько листов бумаги. – Я здесь указал, каким подразделениям, на какой частоте, в какое время и какой текст нужно произнести в эфир с помощью радиостанций «Баофенг». Это обязательно должны быть «Баофенги», чтобы была гарантия перехвата противником данных сообщений.

– Сделаем, - кивнул Ветер. – Объекты в Травном и Лисовке практически готовы. Мои «бездушные» сегодня днём там летали, смотрели, как это всё выглядит сверху, получается очень похоже.

– Замечательно, - кивнул Чингис. – А вот двести вторая бригада нас слышать не хочет…

– Ну, - Ветер развёл руками. – Не всем Бог дал разум.

– Это да, - согласился Чингис. – Я заходил к Каскаду, предлагал организовать нечто подобное на уровне армии, генерал кивает, но дело так и не сдвинулось. Работать получается только с вами, Михаил Иванович.

Комбриг не воспринял это за лесть - это действительно была искренняя похвала от человека, который ежедневно пытался пробивать заскорузлое и примитивное мышление некоторых полководцев, не понять, для чего занимающих свои ответственные должности.

– Чингис, - комбриг решил воспользоваться случаем. – У нас во втором батальоне был один боец, на котором держалась вся техника…

– Дизель? – чекист проявил осведомлённость, - да я в курсе.

– Можем как-то его вытащить из «Шторма» обратно в бригаду? Без него у нас по технике будет просто катастрофа.

– Я подумаю, как это сделать, - кивнул Чингис. – Ничего не обещаю, сам понимаешь, дело такое… мы не всесильны.

– Да я всё понимаю, - вздохнул Ветер. – С правилами «игры» ознакомлен…

– Я подумаю, - повторил Чингис. – Разрешите идти?

Офицеры пожали друг другу руки, и контрразведчик покинул помещение пункта управления.

Глянув на сидящего за столом Хасана, Ветер кивнул ему и направился к выходу, начальник разведки последовал за ним. Пройдя по замаскированному коридору, офицеры вышли из крайнего ангара, где их тут же подхватил бронированный «Патриот», подаренный комбригу губернатором области, в которой находился пункт постоянной дислокации семьдесят шестой мотострелковой бригады.

– Куда едем? – спросил комбриг, повернувшись назад, где разместился начальник разведки.

– На комбинат огнеупоров, - Хасан махнул рукой в сторону Знаменки. – «Осназовцы» там обитают.

За «Патриотом» двинулся «Хай-люкс» с бойцами личной охраны.

– Ну, скажи, Хасан, - комбриг снова обернулся к разведчику, - какое у тебя складывается мнение по поводу предстоящего наступления?

Машина быстро шла по разбитой дороге, и водитель на скорости объезжал подозрительные ямки и предметы, отчего всех сидящих внутри машины, кидало из стороны в сторону.

– Товарищ полковник, на глубину задач батальонов, обстановку я вижу всю. Моя группа анализа и обработки информации подготовила доклады по полосам наступления каждого взвода. Мы понимаем, где у противника стоит пулемёт, в каком окопе лежит гранатомёт, в опорниках по головам их всех посчитали, но я не вижу, что делается дальше полётов «мавиков» и нашего единственного «матриса», я не знаю, о чём говорит противник в эфире. Да, штатно у меня есть целый разведывательный батальон, но технически он не способен решать актуальные задачи и вся его ценность только в контексте использования в качестве войсковой разведки. РЭР у нас нет. Аэроразведка в зачаточном состоянии, и хорошо, что армия на период наступления дала нам расчёт «Суперкамов», но хотелось бы такие штучки иметь в собственном распоряжении.

– Хасан, ты всё правильно говоришь, - согласился Ветер. – Вопрос только в обеспечении. У нас этого нет, и не предвидится, как я понимаю. Или есть варианты?

– Есть вариант взять с экспериментального производства пару БпЛА самолётного типа. Официально и формально – для проведения испытаний. По сути – для боевой работы.

– Что мешает?

– Нужен официальный запрос от командира части.

– Готовь, подпишу, - кивнул Ветер.

– Ну, и нужны спонсоры, которые могли бы оплатить выпуск этих самолётиков.

– С этим сложнее, - ответил командир бригады. – У меня таких друзей нет. Могу, конечно, попросить губернатора, может быть он чем-нибудь поможет.

– Попросите пожалуйста, товарищ полковник, - предложил Хасан.

В этот момент сзади раздались выстрелы из автоматов, после чего бухнул близкий взрыв. Водитель метнул испуганный взгляд по сторонам и резко прибавил газу. Машина на высокой скорости прыгнула через яму, где после приземления её понесло юзом и в какой-то момент развернуло на просёлочной дороге.