Чтение онлайн

Глава 2

Утреннее солнце золотило крыши деревенских домов, а воздух был пропитан запахом свежескошенной травы и полевых цветов. Элиана шла по узкой тропинке к домику старой Агафьи, сжимая в руках мешочек с сушёными травами. У порога её встретила сама Агафья — сгорбленная старушка с морщинистым лицом, но живыми, умными глазами.

— А, Элиана, дитя моё, — хрипло проговорила она, кашляя. — Пришла навестить старую каргу?

— Не говорите так, тётушка Агафья, — улыбнулась Элиана, входя в дом. — Я принесла вам отвар из мать-и-мачехи и душицы. Мама сказала, что он поможет от кашля.

— Твоя мать — мудрая женщина, — Агафья опустилась на лавку у печи. — И дочь у неё такая же.

Элиана развела огонь, поставила на него котелок с водой. Пока вода закипала, она аккуратно отмеряла травы, вспоминая наставления матери.

— Вот, пейте маленькими глотками, — Элиана подала старушке чашку ароматного отвара. — И постарайтесь сегодня отдохнуть.

Агафья послушно сделала глоток, потом вздохнула:

— Спасибо, милая. Ты всегда такая заботливая. Не то что мои внуки — всё им некогда, всё заняты. А ты… ты как лучик солнца в этом старом доме.

— Ну что вы, — смутилась Элиана. — Я просто рада помочь. Вы всегда были добры ко мне.

— Доброта — она не в словах, а в делах, — покачала головой Агафья. — Помнишь, как ты в прошлом году весь июнь мне огород полола? Я тогда еле ходила, а ты не бросила старуху.

— Да что там, — отмахнулась Элиана. — Мне было не сложно.

— Для кого-то сложно, для кого-то нет, — хитро прищурилась Агафья. — А знаешь, что я тебе скажу? Такая доброта не останется незамеченной. Судьба это ценит.

— Судьба — штука непредсказуемая, — улыбнулась Элиана.

— Зато доброта — надёжная, — настаивала Агафья. — Она как маяк в тёмную ночь. Видишь ли, когда всё плохо, именно доброта других людей помогает не потеряться.

— Вы говорите так, будто многое повидали, — заметила Элиана.

— О, ещё бы! — Агафья отпила ещё отвара и прикрыла глаза. — Я ведь в молодости далеко отсюда жила, в городе у моря. Там и замуж вышла, и детей растила. А потом война… Муж погиб, дети разъехались кто куда. Вот и вернулась сюда, к корням. Но знаешь что? Даже в самые тёмные времена находились люди, которые делились последним куском хлеба.

— И вы тоже так поступаете, — сказала Элиана.

— Стараюсь, дитя. Стараюсь. Потому и говорю тебе: не теряй этого света в себе. Он тебе ещё пригодится.

— А как вы научились разбираться в травах? — поинтересовалась Элиана, подбрасывая полено в печь. — Вы ведь знаете, какие от кашля, какие от боли в суставах…

— О, этому я училась у своей бабушки, — оживилась Агафья. — Она была травницей на всю округу. Помню, как в детстве бегала за ней по лугам, запоминала, где какие цветы растут. “Агафья, — говорила она, — природа — это аптека под открытым небом. Главное — уметь слушать её”.

— Слушать природу? — улыбнулась Элиана.

— Именно! — подняла палец Агафья. — Травы шепчут тем, кто умеет слышать. Вот мать-и-мачеха, например. Видишь, у неё одна сторона листа тёплая, мягкая — это мать. А другая — холодная, жёсткая — мачеха. Так и в жизни: одно и то же может быть и добрым, и суровым.

— Как люди, — задумчиво произнесла Элиана.

— Верно, дитя, верно! — кивнула Агафья. — Взять хотя бы твоего соседа, кузнеца Гилберта. Добрый парень, но в работе строг. Или лорд Виктор, о котором слухи до нас доходят. Говорят, суров, но справедлив.

— Я никогда не встречала лорда Виктора, — призналась Элиана.

— И не надо, пока можешь, — вздохнула Агафья. — Власть меняет людей. Хотя… может, и не всех. В каждом есть и мать, и мачеха, как в этом листе. Главное — чтобы материнская сторона побеждала.

— Надеюсь, так и есть, — тихо сказала Элиана.

— Верь в лучшее, но глаза не закрывай, — наставляла Агафья. — Знаешь, когда я была молода, я думала, что мир чёрно-белый. Либо добрый, либо злой. А жизнь показала: всё сложнее. Но доброта, настоящая, искренняя — она как этот отвар: согревает, лечит, даёт силы.

— Поэтому я и принесла его вам, — улыбнулась Элиана.

— И за это я тебе благодарна, — тепло ответила Агафья. — Ты не просто принесла лекарство, ты принесла заботу. А это порой важнее любых трав.

— Тётушка Агафья, — осторожно начала Элиана, — а правда, что вы можете предсказывать будущее по звёздам и травам? В деревне об этом шепчутся…

— Ха-ха! — рассмеялась старушка, и кашель её на мгновение отступил. — Шепчутся, значит? Ну, будущее я предсказывать не умею, дитя. Но вот что скажу: по тому, как цветёт полынь, можно угадать, будет ли осень дождливой. А по полёту ласточек — скоро ли гроза. Это не магия, а опыт, годами накопленный.

— А сны? — заинтересовалась Элиана. — Мама говорит, вы умеете толковать сны.

— Сны — это разговор души с самой собой, — понизила голос Агафья. — Однажды мне снилось, будто я иду по тёмному лесу, а за мной кто-то следит. На следующий день заболела внучка. Я поняла: сон предупреждал об опасности. Но не все сны вещие, Элиана. Многие — просто отголоски наших тревог.

— У меня недавно был странный сон, — призналась девушка. — Будто я стою на краю обрыва, а внизу бушует море. И я не знаю — прыгнуть ли вниз или повернуть назад.

— Хм… — Агафья задумчиво погладила край чашки. — Море во сне — это жизнь, дитя. Обрыв — выбор. Твой сон говорит: скоро тебе придётся решать что-то важное. Но запомни: даже если шагнёшь в неизвестность, вода может оказаться не такой уж и страшной. Главное — не бойся сделать шаг.

— Звучит… тревожно, — поeжилась Элиана.

— Не бойся, — потрепала её по руке Агафья. — Тревога — это предупреждение, а не приговор. Ты сильная, у тебя доброе сердце. Оно подскажет верный путь.

— Спасибо, тётушка, — улыбнулась Элиана. — От ваших слов на душе сразу легче.