Пламенный привет

Пристальный взгляд остановился на туче, что выползла над изломом седой горы, словно волшебный замок. Верхняя губа девушки вдруг вздернулась в удивлении, брови образовали крутую дугу над бездонными, как осеннее небо, синими глазами, когда из-за зубчатого края показалась крылатая тень.

Гнедая лошадь громко заржала и взвилась на дыбы. Вианна с силой дернула поводья, едва не упав, и снова подняла голову.

– Тш-ш, Милка. Кажется, к нам гости, – тихо прошипела она, добавив: – Поскакали в лес пока не поздно.

Дракон пролетел почти над самой поляной, подняв ветер.

Вианна пригнула голову, наблюдая за грациозным полетом мощного существа. Давно к ним никто не прибывал на драконах. Она видела на нем черного всадника – точно он летел за ней, – и уже знала, чем грозит лично ей этот визит. Захотелось просто скрыться.

Но тут в конце поляны появилась служанка в черном переднике и белой косынке, она бежала в сторону молодой всадницы.

– Милка, скорее. Нам пора сматываться! – прикрикнула на лошадь Вианна и натянула уздечку.

Пока служанка добежала до места, лишь подковы сверкнули отблеском солнца,

– Леди Вианна, – жалобно протянула толстушка, – ваш папенька, Его Светлость, отправил меня за вами. Куда же вы?

Но Вианна ее слов уже не расслышала.

– Завтра мне исполнится восемнадцать, вот и прислали за мной. Будто мне охота отсюда уезжать, хоть и к принцу. Милка, вот ты бы хотела выйти замуж за принца? – бурчала себе под нос Вианна, улепетывая по лесной тропинке.

Лошадь кивнула головой, как будто поняла слова хозяйки.

– Предательница! А давай на ту сторону леса, к старому Эрриду. Отсидимся там.

На побег юная дочь герцога Леофрайна и не рассчитывала, ведь понятно, что рано или поздно ее все равно найдут – отец давно изучил все возможные места, где могла прятаться строптивая дочь. Но характер показать хотелось.

Старик Эррид жил по соседству, на самой окраине поместья Леофрайнов. В его сто с лишним лет он превосходно сохранился и еще мог дать фору юношам, но не слишком-то желал высовывать нос из своего убежища. Поговаривали, что старикашка приходился дальним родственником самому герцогу – то ли бастардом его прадеда, то ли еще кем, но об этом история умалчивала. Известно лишь то, что он владел даром стихий. А еще развлекал местную молодежь байками, и дети со всей округи собирались здесь, чтобы послушать очередную вымышленную историю о покорении земель Иллариса. И о том, что за туманными просторами лежит великая Империя Нориум. Хотя в этих сказках, конечно же, имелась своя доля правды.

– Дедушка Эррид! – показалось в дверном проеме юное личико Вианны. – Вы дома?

Дверь никогда не закрывалась – не имелось на то необходимости. Вряд ли кто посмел бы связаться с Эрридом. Да и брать здесь было нечего.

– Вианна, опять сбежала от родителей? Снова мне придется выслушивать от твоей мамочки упреки.

– Я у вас посижу, пока тот улетит, – кивнула она в сторону неба, – на драконе.

– Гонец из королевского дворца? – поинтересовался старый маг с длинными седыми волосами и пронзительными темно-фиолетовыми глазами. – Ты уже уезжаешь?

– И вы туда же, Эррид, – смутилась Вианна. – Я не знаю, смогу ли выйти замуж за того, кого никогда в жизни не видела. Это ведь не моя прихоть. Я свободы хочу. А мне с самого детства только и твердят, что я стану супругой младшего принца Бедивира. Да меня одно его имя ввергает в уныние. Бе-ди-вир, – протянула она. – Ну зачем я ему? Что во мне может привлечь? Даже титула нет – он достанется Диггору.

– Твой папенька, герцог Леофрайн, заключил сделку со своим кузеном, Его Величеством, еще в день твоего рождения. В тот день закончилась война между Илларисом и Сумеречным Приграничьем, и они ознаменовали это заочной помолвкой своих детей. Разве тебе это неизвестно, Вианна?

– Тем более! – яростно сверкнула глазами девушка. – Этот Беди-Меди-Вир – мой дальний родственник. Я не хочу выходить за него замуж. Вы его хоть раз видели?

Старик отрицательно покачал головой в ответ.

– Ты же знаешь – я двадцать лет с лишним не покидал герцогства. Не имею представления, как он выглядит.

– Вот и я о том же. – Она резко подняла голову, взмахнув длинными взлохмаченными волосами.

Кажется, к ним кто-то приближался. Топот как минимум трех лошадей раздавался эхом на дороге, что вела к спрятанному на опушке леса домику Эррида.

– Вианна Беатрис! Я знаю, что ты здесь. Выходи по-хорошему! – раздался густой бас герцога. – Хватит прятаться.

– Не унывай. Все будет хорошо. Помни, чему я тебя учил, – шепотом произнес Эррид. – Вряд ли ты сюда вернешься. Разве после свадьбы, если муж позволит.

Вианна топнула ногой от злости на отца, который обеспечил ей это замужество. Хотелось плакать, но она гордо вздернула нос. Потом обняла старика Эррида.

– Я побежала, – всхлипнула, но тут же взяла себя в руки.

Замужество – не казнь и не тюрьма. Вероятно, в столице найдется что-то интересное. Если только ее не упрячут в королевском дворце. А еще придется строить из себя примерную леди, посещать балы, торжественные мероприятия. Соблюдать правила этикета, вежливо разговаривать с окружающими ее чванливыми аристократами. Делать все, чему столько лет учила присланная из столицы гувернантка Клорисса.

Но вот никто почему-то не мог ей сказать, что собой представляет тот самый принц. Словно это было тайной за семью печатями.

Карета ритмично подпрыгивала на ухабистой дороге, что вела в Аль-Веримор – столицу королевства Илларис. Путь оказался неблизким. Можно было, конечно, отправиться и по воздуху. Но на драконе невозможно перевезти всю утварь, которую собрала для единственной дочери герцогиня-мать. Да и самих драконов Вианна пока побаивалась – подобного существа в хозяйстве у них никогда не бывало.

За каретой ехал целый обоз с вещами. Папенька-герцог скакал рядом верхом, объезжая нового рысака. Герцогиня наставляла юную дочь перед знакомством с женихом.

Дочь не слушала. Она отвернулась к небольшому окошку кареты и наблюдала, как по воздуху проносились крылатые ящеры – грациозные, опасные, прирученные жителями Иллариса несколько веков тому назад.

Поговаривали, за туманом, где находилась Империя Нориум, знать не знали, что драконов можно использовать не только в качестве страшилок для непослушных детей или объектов охоты отважных рыцарей. И хоть юная дочь герцога не питала особой любви к некогда таинственным животным, она принимала их как неотъемлемую часть жизни королевства, не задумываясь о причинах явления.