Шрифт:
«Здравствуй, Ванюша. Пусть ты и просил не называть тебя так, но для меня ты навсегда останешься тем самым маленьким сыночком, хоть тебе почти 50. Тем более, не общались уже давно – раз в год можно. Хотела сказать: у меня всё хорошо. Живу также в деревне.
Хоть твой брат и пытался меня перевезти в город – я не согласилась. Всё-таки, родилась здесь, прожила почти восемьдесят лет, и помру тоже здесь. К этому дому уже душа словно приросла.
На счёт здоровья моего не беспокойтесь. Бегаю также шустро, как и в молодости, разве что за водой, да дровами стало ходить чуть тяжелее. Ещё раз спасибо вам, что каждый год приезжаете помогать мне летом с заготовкой дров – не знаю, что бы без вас делала.
Сейчас одна.
Маша не стала отправлять Колю ко мне на зиму. Говорит, что ему тут скучно, да и заняться нечем. И то верно. В деревне осталось всего тридцать домов, а больше половины жильцов – дачники, что приезжают только летом. И сверстников тут для него даже нет.
А летом отправляйте ко мне своих Мишу и Таню. А то вы постоянно в разъездах, да и оставить их не с кем, а у меня времени много. Можете не беспокоиться об этом.
Кстати, ещё хотелось бы узнать, как там у твоей жены дела. В последний раз мы с ней повздорили сильно, да и много лишнего наговорили. Извинись уж там за меня. Пускай зла не держит.
Конец ознакомительного фрагмента.