Пират
Шрифт:
Сухов с удовольствием прислушивался и принюхивался — пахло йодом и солью, прелыми водорослями и орхидеями. Или что там растёт в ближнем лесу?
Олег успел переодеться по местной моде, дефилируя в коротких штанах, белых, словно выгоревших на солнце, и в просторной рубахе-гуайябере того же цвета.
Голову его покрывала шляпа из рафии «Шейди-Брейди», обвисая широкими полями, а на ногах были сандалии, плетённые из кожаных ремешков. Опростился.
Антон с Владимиром заговорили громче и оживлённей, затопали по гулким доскам.
— Дядя Антон! — прорезался высокий Наташин голосок. — Дядя Антон! Вас мама зовёт!
— Не могут совсем без дяди Антона… — проворчал учёный, впрочем, довольно-таки добродушно. — Что у них там опять?
— Мама штопор не может найти!
— Найдём! — с воодушевлением сказал Антоха, ускоряя шаг.
Наташа, напевая незамысловатое «Ля-ля-ля!», протопала на плот. Учёные не гоняли дочку Самого, и не только из почтения — девочка была очень аккуратным ребёнком и в меру легкомысленным.
Без спросу нажимать разные кнопочки не станет.
Кряхтя, передвигаясь на корточках, Наташа начертила на плоту решётку мелом и стала играть в классики на самом светлом месте во всём лагере.
«Не напрыгалась ещё», — улыбнулся Олег, втягивая тёплый воздух. Неожиданно по спине у него сквозанул холодок — Сухов учуял запах озона.
Чуток после он разглядел слабое сиреневое мерцание над плотом, пригашенное светом прожекторов.
«Наташка!» Не дай бог…
Олег взял с места. У причала топтались Ярик и Шурка. Похохатывая, они обсуждали нечто животрепещущее, но Сухову было не до них.
Оттолкнув с дороги Быкова, он пронёсся мимо, в два прыжка одолел мостки и очутился на плоту в тот самый момент, когда сиреневым полыхнуло в полную силу, затмевая жалкие прожектора.
От кончиков пальцев до шеи закололи незримые иголочки, из воздуха, из полутьмы соткался странный голубой туман.
Наташка стояла, сжавшись в испуге, и глядела, как расходятся перед нею сиреневые сполохи, открывая колеблющуюся гиперплоскость портала.
Страшно было до оцепенения — перед Суховым распахивалась самая настоящая вечность. Попробуй только сделай неверный шаг — и зашвырнёт тебя в бездну веков.
Очутишься ты в пещере охотников на мамонтов или вовсе в мезозое, в роще гинкго, где разлёгся тираннозавр, решив подремать в тенёчке. Или выбросит тебя под копыта коней Аттилы…
Вот только некогда было бояться и думать о безднах.
Одним слитным движением Олег схватил девочку в охапку, развернулся и отбросил её к мосткам.
— Беги! — крикнул он.
Но девочка уже вряд ли слышала его.
Упав, она поднялась с коленок, оборачиваясь к Сухову, вытягивая руку:
— Папочка!
А «папочка» уже исчезал из этого мира.
Ему показалось, что он совершил отчаянный рывок обратно, к своим, но пала тьма…
— Папочка! — завизжала Наташа. — Папочка! Не-ет!
Ярослав живо сообразил, что это за «цветомузыка» разыгралась на плоту, и бросился на помощь.
За ним ринулся Пончев.
Замешкавшись на мостках, пока с рук на руки передавали девчонку, они увидели страшное — Олег будто уплощился, превратился в силуэт, пошёл волнами и пропал.
— Врёшь — не возьмёшь! — прорычал Яр, кидаясь к развёрстому порталу, но сиреневая круговерть пугливо утухла, а гиперплоскость протаяла, возвращая миру обычную арку-грот.
И только острый запах озона, словно после сильной грозы, держался целую минуту, пока его не развеял ветерок.
— Это совершенно невозможно! — бушевал Антон, надсаживаясь и бурея от злости. — Хроностабилизаторы были выключены!
— Да хоть бы и включены, что толку?! — заорал Владимир. — Активатора на плоту не было и нет! А сориентировать канал как? А удержать?
— Тихо! — гаркнул Быков-старший, хлопая ладонью по столу.
Все как по команде замолчали, и стало слышно, как всхлипывает Наташа, как ей вторит Гелла.
Алёна сидела будто пришибленная. Приложив пальцы к губам, она смотрела куда-то в пространство.
И уж какие ужасы она себе рисовала, Бог весть…
— Виктор, — резко сказал Сергей Михайлович, — тебе слово.
Акимов кивнул, не отрываясь от бука.
— Мы, конечно же, не могли отправить Олега в прошлое… — начал он.
— А я что говорил? — воскликнул Антоха.
— Помолчи! — цыкнул на него Ярослав и обернулся к Виктору: — Ну?
Тот задумчиво посмотрел на него.
— Поля хроностабилизаторов, конечно же, — проговорил он, — усиливают телегенность портала, который, по сути своей, аномалия временного потока. Её можно представить себе как воронку, как вихрь. Но! Никаких ЧП произойти не могло, ни в коем случае. Мало сориентировать и стабилизировать темпоральный канал, надо ещё и приложить энергию…
— А её не было! — сорвался Вован.
— Была!
— Что?! Да откуда ей взяться?
— Из будущего, конечно же. В ту самую секунду, когда здесь вдруг открылся портал, кто-то из будущего перемещался в прошлое! Понимаете? Ну совпало так!
— И Олега утянуло, подхватило, как лист ветром, и унесло… — медленно проговорила Елена.
Тут прибежал Ахмет и рухнул на жалобно скрипнувший стул.
— Всё точно! — выдохнул он. — Очень чёткая хронотрасса! Если верить расчётам — из двадцать третьего века. Уф-ф!
Акимов кивнул.
— Шикарно… — медленно проговорил он. Встретясь с умоляющим взглядом Гли-Гли, глазами показывавшей на Елену, Виктор ободряюще улыбнулся. — Алёна, мы обязательно вернём Олега. Слышишь? О-бя-за-тель-но! Тут всё для этого есть. Он нас столько раз спасал, поэтому… Господи, что за чушь я несу! Мы можем спасти его, мы должны это сделать, конечно же, и мы обязательно это сделаем!
Алёна улыбнулась.
— Я ещё не отчаялась, Витя, — молвила она. — Просто… Всё произошло так неожиданно… Вдруг, ни с того ни с сего…