Пират
Шрифт:
Ладони Гая лежали на бедрах жены, диктуя ей темп движений. Скорость их все возрастала, набирала обороты, и вскоре Блисс закричала – не скрываясь, не в силах сдержать этот первобытный вопль страсти, рвущийся, казалось, из самых потаенных глубин ее существа. Она все быстрее поднималась на вершину блаженства и когда почувствовала, что ничего прекраснее в этом мире быть не может, в тот же миг ее догнал Гай, в последний раз содрогнувшись всем телом.
Несколько минут они стояли неподвижно, не в силах оторваться друг от друга. Дыхание их было горячечным и хриплым. Наконец Гай осторожно выскользнул из лона Блисс, уложил свою жену на все еще теплый песок и прилег рядом с нею. Он крепко обнял ее и держал в своих объятиях, пока она приходила в себя.
– Я люблю тебя, Блисс, – шепнул он ей на ухо, когда она открыла глаза. – И клянусь, что больше ни на день не оставлю ни тебя, ни наших детей. Я не знаю, как ты относишься к моему богатству, может быть, считаешь его неправедным, но ради детей я все же заберу с острова все, что на нем осталось. Надеюсь, ты не станешь возражать. Кстати, я хочу отдать часть этих денег на детский приют, что ты на это скажешь? После того, что случилось с Брайаном, я не могу спокойно думать о несчастных сиротах.
– На приют? Это замечательная идея! – прошептала Блисс, теснее прижимаясь к мужу.
– Значит, договорились, – улыбнулся Гай. – Ну, а теперь, моя дорогая женушка, не вернуться ли нам на корабль и не заняться ли снова любовью – на сей раз в постели?
– Но тут так хорошо! Теплая ночь, полная луна... И я не хочу ничего откладывать. Люби меня здесь и сейчас, мой неукротимый пират! И для начала – сними-ка с глаза эту повязку. Не нужно прятать от меня лица. Ты прекрасен, любимый мой!
Гай послушно стянул черную ленту со своей пустой глазницы и швырнул на песок. Блисс посмотрела в его лицо – и невольно вздрогнула.
Серебряный свет луны залил лицо Гая и сделал совершенно незаметными его шрамы. Еще минута – и Блисс показалось, что раскрылась пустая глазница, и теперь два чудесных серебристых глаза глядят на нее с любовью и нежностью...
Блисс тряхнула головой и улыбнулась.
«Любовь поистине способна творить чудеса!» – подумала она.
Эпилог
В самый последний момент Гай оттолкнул доктора и подхватил на руки появившегося на свет младенца. Он знал, что доктор не похвалит его за подобный поступок, но не мог совладать с собой. Раз уж он пропустил рождение Брайана, нужно хоть второго ребенка принять в свои руки с первого момента его появления на свет божий.
Гай осторожно прижал крошечный комочек к груди и впервые за много лет почувствовал на щеках слезы.
Да, именно слезы! Они оросили лицо человека, который некогда славился как один из самых жестоких и бессердечных пиратов южных морей...
– Положите ребенка, виконт, – нахмурился доктор. – Мне нужно перевязать ему пуповину и заняться последом. Вообще-то, все это необычно. Как правило, мужей и на аркане не затащишь в комнату к роженице, пока все не будет кончено.
– Значит, я необычный муж, – улыбнулся Гай и осторожно положил новорожденного на живот Блисс.
Она с трудом разлепила веки и слабым голосом спросила:
– Кого бог послал нам на этот раз? Сына? Дочку?
– Сына, любовь моя, сына! Прекрасного мальчишку с волосами цвета расплавленного золота. – В этот миг ребенок издал свой первый крик, так потешно сжимая крошечные кулачки и молотя воздух маленькими пяточками, что Гай не мот не улыбнуться. – Судя по всему, он будет таким же непоседой, как его мама.
– Но он здоровенький? – озабоченно спросила Блисс. – Ты уже посчитал ему пальчики на руках и ногах?
– Он просто прекрасен! Все пальчики на месте, и, судя по тому, как он мощно кричит, легкие у него тоже здоровые. Как мы его назовем?
– М-м-м... – протянула Блисс и прикрыла глаза.
– Я спрашиваю, как мы назовем нашего сына, любовь моя? – повторил Гай.
Темные ресницы затрепетали, и на него взглянули изумрудные смеющиеся глаза.
– Как захочешь, дорогой, – ответила Блисс. – Но только не Охотником! Я полагаю, что для нашей семьи будет достаточно и одного пирата.