Чтение онлайн

Три дня спустя стало ясно — село не отстоять. Нужно было определять главные узлы, и сражаться вокруг них. Обреченные избы раскатали — лучше пустить их на огонь, чем отдать саранче.

Счастье, что саранча не кидалась на людей — видно, из-за тепла, присущего живому, потому что павшую лошадь, из тех, что обмерзла, лишенная ночью крова, они объели подчистую, оставив скелет, да и скелет потихоньку изгрызали.

Костры горели денно и нощно, около них грелись, на них готовили (часть скотины пришлось пустить под нож, договорившись, что хозяевам после возместят из прибытков), некоторые, больше, конечно, ребятишки, даже радовались нежданному приключению. Но Оседко, обошедший село кругом, виденным был потрясен — саранча расплодилась невероятно. Если они и выстоят, то все равно придется перебираться на новое место — к весне лес объедят на многие и многие версты. Уже и сейчас образовались огромные проплешины, язвы.

Вокруг было черно от саранчи. Черно и мерзко — запахом нашатыря пропиталось все, впору, шутили мужики, противогазы надевать. Шутка, даже самая немудреная, помогала выстоять, пережить критическую минуту.

Те покинутые жилища, что не успели раскатать, облепила саранча. Пришлось со всей осторожностью их поджечь — дерево на морозе, в сухом воздухе горит жарко. Ветер мог бы разнести искры и на другие дома, но к счастью, немного снега на крышах все-таки было, а погода стояла тихая.

В огне погибли легионы насекомых и, пока тлели уголья, саранча кружила неподалеку, порой буквально застилая небо.

Шестого февраля подул южный ветер. Погода испортилась, небо стало покрываться тучами, и жечь костры стало почти невмочь — легче перенести минус пятьдесят в безветрии, чем минус двадцать на ветру.

Действительно, термометр пошел вверх! Минус сорок пять, минус сорок, минус тридцать пять! Когда же повалил крупный снег, стало ясно — в Сибирь прорвался циклон! Температура поднялась до минус десяти — саранча не выдержала. Для нее это был нестерпимый, адский зной. Она гибла миллионами, но к счастью, поднявшийся ветер разгонял удушливый газ.

Спустя сутки от саранчи остались только следы — погибший лес, изъеденные строения и долго витавший в воздухе запах нашатыря.

Мужики, посовещавшись, решили никому о случившемся не сообщать — доказательств-то нет, испарилась саранча. Да и помощи от властей они не ждали, еще наедет чужих людей, табашников да сквернословов. Лучше потом, к лету, сказать, что прилетала саранча обыкновенная, и показать следы ее бесчинства.

Но летом сорок первого года на нашу землю налетела совсем другая саранча...

Полярное чудовище

В январе 1934 года водитель-механик Николай Мартынов получил от командования полка странное, но интересное задание — готовиться к участию в арктической экспедиции на Таймыр. И не одному готовиться, а вместе с танком!

Приказ есть приказ, и изумленный Мартынов начал вместе с инженерами из конструкторского бюро переоборудовать экспериментальный танк-амфибию К-29 для работы в условиях Заполярья.

К середине августа ледокольный пароход «А. Сибиряков» подходил к мысу «Челюскин», где располагалась крохотная станция. На борту парохода находился отряд полярников. Экспедиция была оснащена на славу: помимо прочего, она располагала двумя самолетами «У-2», одним бипланом Р-5 и переоборудованным танком К-29 П. Вместе с танком находился, разумеется, и Николай Мартынов.

Что делать танку на мысе «Челюскин», в тысячах и тысячах километрах от любого вероятного противника? Приказ, полученный Мартыновым, был неопределенным: обеспечивать охранение полярной станции.

Охранение — от кого? От белых медведей? Но приказы не обсуждаются, тем более, приказы секретные. Вторая часть приказа — принимать активное участие в хозяйственных работах — была более понятной, хотя использование танка вместо трактора выглядело затеей сомнительной: будучи значительно тяжелее трактора, танк соответственно потреблял и гораздо больше горючего, которого на полярных станциях всегда в обрез. Впрочем, при выгрузке танк зарекомендовал себя хорошо, буксируя по припаю от корабля на берег сани с экспедиционными грузами.

Маленькую, существующую два года станцию «Мыс Челюскин» планировалось преобразовать в крупное поселение. Видно было, что покидающие станцию люди испытывают огромную радость — но что в том удивительного? Уже и сейчас новоприбывшие понемножку скучали о доме. А что будет через год?

На новом месте на танк установили 28-миллиметровую гладкоствольную пушечку и пулемет (транспортировали К-29 П без вооружения).

Мартынов ожидал насмешек и шуточек, но полярники смотрели на танк совершенно серьезно и даже с одобрением, принимая его как нечто само собой разумеющееся и в высшей степени полезное.

В боевое охранение Мартынов вышел в октябре: начальник станции Дмитрий Иванович и магнитолог Женя отправились к большому озеру, что лежало в пятидесяти километрах от станции, Мартынов сопровождал их на танке. Поход обставили со всею тщательностью — постоянно велась воздушная разведка, танк обеспечили боеприпасами. На озере, к тому времени покрытом льдом, Женя проводил магнитные измерения — по крайней мере, так понял Мартынов, который, вместе с Дмитрием Ивановичем на командирском месте, стоял неподалеку наготове с включенным мотором.

Никаких происшествий не случилось. На обратном пути, когда полярники были уже в 15 километрах от станции, рядом с ними приземлился экспедиционный У-2. Командир самолета Воробьев предложил Дмитрию Ивановичу перейти в самолет, взамен оставив бортмеханика Шипова. Дмитрий Иванович отказался, считая, что под прикрытием танка и он, и остальные полярники находятся в полной безопасности, после чего У-2 поднялся в воздух и лег на курс к станции, до которой буквально было несколько минут лета.

Всю ночь несли вахту, Мартынов несколько раз запускал мотор танка, не давая тому остынуть Назавтра, прибыв на станцию, они узнали, что самолет с Воробьевым и Шиповым на станцию так и не вернулся!

Дмитрий Иванович немедленно организовал поиск. У-2 нашли. Он упал неподалеку от озерца, да так, что передняя часть его была полностью размозжена. Летчики погибли.

Как, почему разбился в хорошую погоду сверхнадежный, ведомый опытнейшими пилотами У-2?

Хоронили летчиков на мыле Челюскин.

Спустя несколько дней неподалеку от того озерца была найдена туша белого медведя. Все бы ничего, медведя мог задрать другой медведь, но здесь вышло иначе: никаких серьезных ран на теле не было, но при разделке туши (мясо медведя решили заготовить для собак) выяснилось, что медведь совершенно обескровлен!