Песнь банши

То, что неизбежно, не может быть неразумно.

Из фильма «Звездный путь»

Глава первая

За окном разносились многочисленные женские голоса. Я не понимала, что они говорили, да и не особо этого хотела. Переведя грустный, уставший и заспанный взгляд на свою преподавательницу, я думала, о чем угодно, но только не о деле. Наблюдая за тем, как быстро и четко двигались губы мисс Леноры, и совершенно не обращая внимания на ее слова, я тяжело вздохнула и закусила передними зубами кончик своего пера.

— Гайя… Гайя! — раздался резкий оклик, но я даже не дернулась от такой неожиданности. Ни один мускул не дрогнул в моем уставшем теле. Я медленно, словно издеваясь, над доведенной до исступления женщиной, перевела взгляд своих черных без зрачков глаз на нее и уставилась на банши.

Я заметила, как быстро забилась жилка на шее преподавательницы, как сжались ее маленькие кулачки, а грудь начала ритмично и часто вздыматься, но меня это не заботило. В глазах цвета меди я прочитала желание швырнуть в меня книгой или же ударить, но мисс Ленора не могла себе этого позволить. И в этом был плюс моего положения.

Один из немногих плюсов, которые терялись в неисчислимом количестве минусов.

— Ты меня совершенно не слушаешь! Где твое уважение? — глаза цвета меди без зрачков потемнели. Сейчас они могли соперничать яркими красками с кровавым закатом, что широкими мазками окрасил вечернее небо за окном.

— Я уже все это знаю, — сказала я пренебрежительно. — Вы лишь повторяете пройденный мной материал. Это скучно, — я лениво осмотрела женщину с ног до головы, отмечая хрупкую фигуру и водопад серых, как пепел волос, что были заплетены в одну длинную и тугую косу. Строгое серое платье в пол с черным утягивающим корсетом поверх подчеркивало внешность мисс Леноры, но выглядело слишком глупо.

— Скучно?! — взвилась женщина. Она резко всплеснула руками и быстрым шагом подошла к моей парте. Мисс Ленора оперлась ладонями о деревянную крышку стола и нависла надо мной. Не знаю, чего именно добивалась преподавательница, но ничего кроме насмешки, она от меня не получила. — Я самая уважаемая банши после нашей Старшей, и ты говоришь, что тебе скучно? — у женщины начал дергаться левый глаз, ритмично так, даже завораживающе, и я поняла, что наконец — то начало происходить хоть что-то интересное. Спустя три часа нудной лекции мои действия возымели должный эффект. Хвала Создателю!

— Нудно, сухо, неинтересно. Одним словом — скучно, — я засунула перо себе за ухо и снизу-вверх уставилась прямо в глаза мисс Леноры, отмечая, что терпение у женщины почти закончилось. — Вам бы детей усыплять своим занудством. Это ваш истинный талант. Не хотели бы попробовать себя в роли нянечки?

— Ха… ха… — истеричный, надломленный смех сорвался с узких губ женщины. Я же лишь усмехнулась такому поведению. — Да-а-а-а… как ты смеешь, паршивка?! — окончательно вышла из себя преподавательница. Она замахнулась на меня своей маленькой, но сильной рукой, но прежде, чем достигла своей цели, ее конечность замерла в сантиметре от моей щеки.

Я посмотрела за спину мисс Леноры, которая удивленно и испуганно уставилась на моего спасителя. За правым плечом моей уже бывшей преподавательницы по истории Лакмэ стоял Лаэрт. Этот высокий и жилистый парень, которому на вид было не больше тридцати сильно, но осторожно держал запястье банши, не позволяя женщине шевелиться.

— Ты стал медлительным, — лениво прокомментировала я действия Лаэрта, чем заслужила от парня взгляд полный раздражений и презрения. Но он не расстроил меня, я привыкла к этому. Я видела его уже двадцать пять лет. Поэтому ничего нового не обнаружила. Я бы больше его искренней улыбке удивилась. Возможно, даже бы в обморок манерно рухнула.

— Вы уволены, покиньте этот дом. Свою недельную зарплату получите у заместителя Старшей на выходе. Всех благ, мисс Ленора. И мой вам совет, — я приблизила свои губы к уху банши и прошептала, опаляя своим ледяным дыханием ушную раковину женщины, — Научитесь самоконтролю. Вы так предсказуемы, — довольная усмешка растянула мои полные губы, когда я покинула учебную комнату, пританцовывая. Настроение было просто прекрасным.

Следом за мной пугающей тенью плыл Лаэрт, своим холодным равнодушием и пренебрежением, заставляя меня чуть вздрогнуть и инстинктивно сжать кулаки.

— Ты снова расстроишь Старшую, — услышала я голос Лаэрта позади себя. Этот чувственный голос, который становился липкой патокой, только когда произносил титул Старшей или речь шла исключительно о ней.

Как глупо и обыденно.

— И? — пренебрежительно спросила я, оглянувшись на Лаэрта и отмечая, что сегодня его фиолетовые волосы были завязаны на затылке в хвост, а не заплетены в косу, как обычно. Но я не стала акцентировать на этом свое внимание. Слишком много чести думать об этом ручном псе Старшей. — Мне казалось, что за эти годы все уже привыкли к такому, — фыркнула я, пожав плечами и поворачивая направо.

Я была на домашнем обучении всю свою жизнь. Старшая посчитала, что так будет лучше. Банши жили обособленно, редко с кем контактировали и существовали в основном лишь за свой счет. Нас не любили, опасались, презирали, но это было продиктовано лишь страхом. Наша сила — наше проклятие, которое я никак не могла считать даром Создателя, заставляло окружающих обходить нас десятой дорогой. Наш крик, который предвещал лишь смерть и ничего, кроме нее, он диктовал жителям Лакмэ свои правила.

Наш плач — это предвестник смерти. Наш крик, словно топор палача — безвозвратный, неизбежный и уничтожающий. От своей судьбы не сбежать, ее не изменить и не отсрочить. Мы были предвестниками смерти, мы были ее носителями и, естественно, что из-за этого мы считались одними из самых нежелательных гостей вне своего мирка.

Наш мир был большим, временами опасным, но при всем этом довольно живучим. Три больших континента, на котором жили тифлинги, банши, оборотни, маги, эльфы всех видов и другие магически и немагически одаренные создания. Лакмэ создали более шести тысяч лет назад, и с тех пор многое произошло — многочисленные войны, вечные противостояния и размытие территорий. Последние столетия, конечно, практически везде царил мир, лишь некоторые из рас до сих пор враждовали и постоянно что-то делили.

В общем, занятий на Лакмэ было много, одни только распри чего стоили, или гонения. Просто прелесть.