Чтение онлайн

Госпожа Травница поправила на запястьях изящные браслеты с целой россыпью боевых заклятий и улыбнулась. Бездействовать претило её натуре, жаждущей немедленно, а, главное, эффектно разделаться с любыми препятствиями на своём пути к такой желанной власти. Она грациозно убрала ногу, ещё раз проверила крепость верёвок и справно выскользнула за дверь. Для надёжности даже навесила старенький замок, на который только сегодня и обратила внимание, будто его раньше не было вовсе. Иринма неторопливо направилась к купальне, где сейчас должны были отмокать потрёпанные походом девицы. Что может быть естественнее утопления на незнакомом водоёме? Скользкие борта, подводные источники, коряги, старые не рассеявшиеся заклятья, дикая нечисть да и банальная судорога, в конце концов! Мало ли способов инсценировать два маленьких убийства двух маленьких девочек, что оставив Важича одного, выдали своё отношение к телохранителям?

— Это точно соль! — ехидным голосом передразнила подругу Алаендр, едва удерживаясь от нового приступа чихания: от кружащейся в воздухе пыли нещадно свербело в носу и слезились глаза. — Это точно соль!

— Н — да… — протянула неожиданно севшим голосом духовник, до конца не решив удивляться ей или расстраиваться.

Было чудесное солнечное утро. По небу неторопливо тянулись вереницы пухлых облаков. Ветерок качал высокую траву, осторожно отряхивая со стебельков облетевшие лепестки жасмина. Сами кусты стояли непривычно голыми и лишь зябко потряхивали тонкими ветками. В воздухе клубилась взвесь из песка и трухи, больше походящая на густой осенний туман. Поскрипывая черепицей, крыша вальяжно и неторопливо лёгкими кругами опускалась на остатки фундамента…

Зрелище было поистине завораживающим и длилось уже почти минуту. Единственные его счастливые зрительницы пришибленно жались друг к другу в уютном окопе, самостоятельно образовавшемся возле небольшого холма от пня срубленной давным — давно яблони. Их распластавшиеся по земле фигурки покрывал слой каменной крошки, щепы и пепла удачно маскируя на фоне вывернутого нутра глубокой воронки, оставшейся от миленького домика Госпожи Травницы. Высунув нос из-за мусорного заноса, Яританна совершенно глупо захихикала, отчего в спешке прихваченная из кухни большущая кастрюля, которой духовник прикрывала голову от шальных осколков, начала дребезжать на темечке. От этого звука девушка разразилась новым потоком нервных смешков, так и не разжимая пальцев на больших изогнутых ручках своего импровизированного шлема. Крыша ещё слегка задержалась в полуметре от дна и, наконец, с глухим шлепком припечатала несколько расколовшихся плит пола.

— Мать честна, что делать… — ошарашенно зашептала травница, прижимая ко рту ладошку и совершенно забыв, что в ней так и осталась неопознанная бутылка с предполагаемой солью.

— Только не нюхать! — в истеричном смехе Танки начали прорываться совершенно нелепые всхрюкивания.

Алеандр слегка заторможено посмотрела на коварный реактив и едва удержалась от того, чтоб действительно не понюхать. Всё произошедшее совершенно не хотело укладываться в её больную голову и выглядело окончательно бредовой ненормальной иллюзией. Только неприятный специфичный запашок и звон в ушах подтверждали её самые ужасные опасения. Они взорвали дом!

— Это всё ты виновата! — в сердцах прихлопнув сосуд рыхлой пробкой, напустилась на подругу Валент, готовая придушить бледную змеюку на месте. — Я же говорила, что не могу определить состав, а ты: «Точно соль! Точно соль!» Я же говорила, что это какая-то хрень неведомая, а ты невкусно же будет! Теперь вкусно? Теперь тебе соли достаточно? Я тебя спрашиваю!?!

Не отошедшая до конца от охватившей истерики Чаронит тщетно пыталась взять себя в руки, перемежёвывая странные покашливания с иканием. Разумная часть её прекрасно понимала, что частное жилище высокопоставленной особы, это не бесхозное урочище и подобру — поздорову следовало бы что-то предпринять, чтобы не обзавестись неподъёмными долгами. Зато не вышедшая из детства половина так и подмывала подскочить и с воплями «Фейерверк! Фейерверк!» попрыгать вокруг такой замечательной дырищи.

— Я всегда повторяла, что алхимик из меня никудышный! — сняв с головы кастрюлю, духовник деловито стряхнула со дна ошмёток какой-то части отделки. — Да и кто мог подумать, что она реактивы на кухне хранит! Это же бред какой-то.

— Бред… — Алеандр кривовато улыбнулась и принялась ощупывать голову на предмет сотрясения или сквозного ранения, — да… точно! Бред!

Сама она с трудом могла воспроизвести события после сакраментальной фразы про соль и собственного неловкого движения над небольшой кастрюлькой для отваривания куска какого-то замороженного мяса. Дальше всё казалось позывными приближающегося сумасшествия. Когда вода в кастрюле неожиданно вскипела и, позеленев, стала стремительно увеличиваться в размерах, заливая плиту и пол студенистой плёнкой, она ещё успела удивиться. Но, когда из щели у раковины, куда успела затечь таинственная субстанция начал валить голубоватый едкий дым и доноситься совершенно ненормальное потрескивание, алхимического анти — гения факультета травоведенья охватил глубокий ступор. Если бы не заоравшая что-то Танка, насильно выволокшая её из кухни, а потом и из дома, жизненный путь молодого подмастерья так и окончился бы вопросом, чьим катализатором служит обычная вода и в сочетании с чем происходит такое странное газообразование.

— Что же за дрянь должно была быть в тех ящиках? — отвлёк её от шокирующих воспоминаний голос Танки.

— Каких ящиках?

— Да я вчера, когда за продуктами в погреб спускалась, заметила: там у неё целый склад подозрительных контейнеров… был.

Духовник до половины запылённая с кастрюлей в руках и сосредоточенным выражением на синюшной мордашке выглядела настолько забавно, что Эл мимо воли улыбнулась, стараясь не думать, как выглядит сама. Дома было жалко, вещей тоже, но помереть в расцвете лет было бы всё же печальнее.

— Что делать будем? — слегка приободрилась травница, с кряхтением поднимаясь с земли и растирая побитую ошмётками спину.

— А ничего не будем! — безапелляционно заявила Чаронит и, зажав под мышкой единственный выживший инвентарь, принялась приводить себя в порядок. — Сейчас сумки заберём и линяем отсюда в спешном порядке. Можем двинуться по старой дороге, она длиннее главного тракта, да и возле карьеров петляет. Зато точно искать не станут: по ней только к сторожевой башне ездят. Так что нас и не хватятся.

— Как это!?! — Алеандр оторопело уставилась на совершенно сбрендившую подругу: очевидно от шока умом тронулась, если на этих руинах ещё что-то целое мерещится.

— Так это! — сердито фыркнула блондинка. — Вот только не говори, что планируешь отчитываться за это происшествие. Я, конечно, очень высоко ценю твою честность и порядочность, но лишь до тех пор, пока она не угрожает моей свободе и благосостоянию. Ты же видишь масштабы разрушений! Ещё неизвестно, что в тех ящиках за срамь хранилась и что нам за её уничтожение будет. Кстати, по вине исключительно не соблюдения техники безопасности самой хозяйкой недвижимости! Нельзя же совмещать кухню и лабораторию даже не подписывая реактивы. Так что у нас, мой самоотверженный боевой товарищ, есть два варианта решения проблемы: бахнуло, пока мы купались, или бахнуло, когда мы уже отбыли. Лично я очень настаиваю на втором варианте. Потому как, полагаю, что вернувшись с проводов племянника, госпожа Шкудрук не слишком обрадуется изменению в пейзаже и снимет с нас скальпы до выяснения обстоятельств.

— Постой, я не об этом, — тряхнула головой Алеандр. — Как ты собралась наши сумки воскрешать? Тут же всё в пыль ушло!

Девушка в сердцах продемонстрировала пригоршню пепла, предлагая сфокусировать из него хотя бы носок. Ей и самой идея со столь именитым куратором диплома перестала казаться заманчивой после осмотра полок на кухне. Большего беспорядка и запустения в ингредиентах она не видела даже у последней двоечницы в группе, а это как-то отталкивало. Не верилось, что травница, способная бросить на полке недоваренное зелье пока оно не покроется плесенью или держать неподписанные смеси рядом с обычным сушёным луком, сможет стать внимательным и предусмотрительным наставником, щепетильно ведущим молодняк к научным достижениям. А без приятных перспектив очарование Госпожи Травницы в глазах Валент заметно снижалось.