Чтение онлайн

Я маг и лекарь Ирридар тан Аббаи из рода Гремучей змеи, представился я и в подтверждение своих слов показал тотем висевший на груди. Не понимавший как это может быть, орк растерянно проговорил: — там уже есть лекари и шаманы.

— И что Великий хан выздоровел? — Я в упор смотрел на орка и ждал от него ответа, а тот смотрел на мой тотем и силился понять каким образом он ко мне попал. Если тот кто не принадлежал к роду надевал его тотем, то его просто и не затейливо убивали. А тут сам хуман пришел к ним и хвалится тотемом.

Откуда он у тебя спросил орк понемногу приходя в себя и подозрительно на меня посматривая.

— Это я скажу не тебе. Иди доложи начальству, пусть позовут Быр Карама.

От моего требования у орков полезли глаза на лоб. — Хуман ты понимаешь что ты просишь?

— Конечно начальник, я зову своего сородича, — я знал что Правая рука тоже из рода Гремучей змеи. Упоминание Быр Карама в качестве моего сородича привело воинов в ярость, но я просто наложил на них оцепенение и прошел мимо. Поднялся на верх холма никем не остановленный и только потом снизу, раздался яростный вопль.

— Держи его! И вся троица бросилась на верх за мной. На их шум выскочили другие воины и окружили меня.

— Стоять хуман! — Прозвучал приказ.

— Ну стою, — спокойно ответил я, — дальше что? — мой вопрос ввел их в замешательство. Действительно что дальше? Это очень явственно читалось на их лицах, да чем там лицах, мордах. И снова сакраментальное, — "Тыкто"?

Я оглянулся и показал на троицу уже поднявшуюся к нам. — У них спросите они меня знают. Взоры всех обратились к подошедшим.

— Это Кто? Указал видимо еще один начальник на меня пальцем. Те посмотрели на меня и ответили как я и ожидал. — Это лекарь и маг из рода Гремучей змеи, пришел лечить Великого Хана. — Моргая и понимая что он говорит что-то не то, а вот что он понять не мог, ответил прежний начальник. Что делать простые кочевники бесхитростные души. Он ответил точно то же, что я сказал ему, только по видимому забыл мое человеческое имя.

— Услышал? — спросил я его и не дожидаясь ответа прикрикнул, — веди меня к Быр Караму и приврал, — он меня ждет.

Правая рука Великого хана смотрел на меня волком, он молча буравил меня взглядом пытаясь просверлить дырку, но у него это ни как не получалось, и поэтому он злился еще больше. Я не стал ждать его вопроса Ты кто? А сразу перешел к делу.

— Быр Карам, все вопросы потом, сейчас надо спасать Великого хана. Если еще промедлим, то уже будет поздно, все ваши шаманы-раманы ему не помогут. Давай веди! — надавил я

Надо отдать должное этому орку, покатав желваками, он молча развернулся и пошел, меня под конвоем повели следом за ним.

На подушках лежал умирающий хан, бледный, лоб в испарине, дыхание прерывистое, сам без сознание. Вокруг него толпились шаманы и курили травы. держа в руках пучки и изгоняли злых духов. О чем-то спорили и по видимому на больного махнули рукой. Типа умрет ну и хрен с ним. Так по крайней мере показалось мне.

— Так неучи и шарлатаны разошлись! — я протаранил щуплых заправил народа кочевий, не обращая внимание на их возмущенные крики и сел у изголовья больного. Посмотрел ауру ну так и есть порча — похищение жизни, она утекает куда-то медленно, но верно.

Я влил ему по капле свой эликсир улучшенный с помощью магии крови и хан пришел в себя. Тут же местные эскулапы загалдели на перебой перекрикивая друг друга. — Получилось мы изгнали злого духа! Отец орков благоволит к муразе.

Убери этих недотеп, обернулся я к Караму, они мешают. Хану только полегчало и его смерть просто отсрочилась. Мне работать надо в тишине. Но вместо него слово сказал другой шаман стоявший до этого в сторонке и не участвующий в ритуале изгнания духов. — Братья оставьте нас, — тихо, но твердо сказал он и те послушались, скривились так словно им снизу воткнули что-то острое, или по меньшей мере прострелил радикулит, одарили меня презрительным взглядом и вышли.

— Ты не очень почтителен к старшим, сказал как бы между прочим этот шаман. Верховный верно, подумал я. А вслух сказал.

— А за что их почитать? За то что они хотят сместить нынешнего хана и поставить на его место Барама Обака из племени Чахоя, потому что весь интерес того состоит в том чтобы курить побольше дурман травы. За это что ли?

В шатре где и так стало тихо, после ухода своры шаманов, установилась просто мертвая тишина. Но я не стал развивать эту тему и опять сказал: — не мешайте я лечить буду.

Больной смотрел на меня широко открытыми глазами, а я вдруг ощутил себя доктором из поликлиники. Пальцами опустил нижнее веко хана, на одном глазу потом на другом, глубокомысленно проговорил — так, так, — нажал на живот и спросил: — болит? Хан послушно ответил нет. — А тут? — я нажал с другой стороны живота.

— И тут не болит.

— Ясно, — сказал я. Что там дальше доктор делает я не знал и сказал как говорили мне в детстве: — открой рот покажи горло. Заглянул в его пасть, продолжил, — скажи Аа.

— Аа, — протянул хан.

— Понятно. Я был краток и сосредоточен. Ну теперь можно ловить проклятие. Имея опыт исцеления Вироны, я не стал пытаться ухватить черное пятно расплывающееся по ауре, а широко развел щупальца малышей, создал замкнутый круг и стал медленно сжимать черноту, она убегала и сжималась, сжималась все плотнее, становилось чернее и меньше. Наконец собрав в круг диаметром сантиметров пятнадцать эту черноту, я остановился. Была у меня задумка как справиться с проблемой усвоения этой гадости. После последнего поедания у меня выработалось стойкое неприятия такого способа удаления проклятий. Но у меня был свой всеядный симбиот. Но о нем я подумал, как говориться "опосля" дела. После того как полечил орчанку.