Пёс
Шрифт:
— Привал! Час отдыха и продолжаем спуск! Для полноценного отдыха нужно найти ровную площадку. Не лежать же на ступенях?
— А если не найдем, герр группенфюрер? — поинтересовался Волли.
— Может случиться и такое, — согласился Вейстхор. Тогда через пять часов придется остановиться на ступенях. А сейчас подкрепитесь и в путь!
Через час слегка повеселевшие эсэсовцы, перекусившие сухим пайком, продолжили спуск.
— Интересно, сколько времени заняла постройка этого тоннеля? — спросил Волли идущего впереди группенфюрера.
— На мой взгляд, — ответил Виллигут, — это бывшее русло подводной реки. Воду отвели, а в освободившемся тоннеле прорубили ступени. И судя по уже пройденному пути, над ними трудились не один год, а, возможно, и не одно десятилетие. Но я не исключаю и того, что все это возникло лишь по мановению руки «Высших Неизвестных».
— «Высшие Неизвестные» — это Атланты? — старательно поддерживал беседу Волли. Она помогала ему справиться с врожденным страхом темноты и неизвестности.
— Атланты ли, Лемурийцы, или Древние Божественные Сущности, никто не знает ответа. Существует масса легенд и слухов, будто бы в недрах Гималайских гор нашла убежище некая древняя могучая раса… Некоторые считают, что это высокотехнологичная раса, некоторые — что она давно перешла на биоэнергетическую основу… Предположений много… Будем надеяться, что нашей экспедиции удастся поставить большую жирную точку в этом вопросе. По прошествии еще четырех часов пути лестница неожиданно закончилась в громадной пещере, явно природного происхождения. Истинные её размеры оставались для путешественников тайной за семью печатями, ибо свет подсевших фонарей терялся в непроглядном мраке.
— Скорее всего, это бывшее подземное озеро, — предположил группенфюрер. — Когда реку отвели в сторону, озеро высохло и превратилось в эту пещеру. Ночуем здесь. На отдых — восемь часов. Валеннштайн, разбросайте часы дежурств на всех, не исключая меня.
— Но, герр группенфюрер…
— Это приказ, Валеннштайн! — стоял на своем Виллигут. — Я буду нести вахту вместе со всеми!
— Есть! Тогда заступайте первым, герр группенфюрер! Через два часа вас сменят!
— Вот это другой разговор, штандартенфюрер! — улыбнулся в темноте Виллигут. Мы все — одна команда! Не взирая на чины и звания!
Следующий день не принес никаких новых открытий: отряд двигался до самого ночного привала в недрах огромной пещеры, бывшей некогда подземным озером. Лишь к исходу третьих суток произошло нечто необычное — путешественники увидели вдалеке тусклый свет.
— Там вдалеке что-то светиться! — возбужденно произнес переводчик Шварцвальд, первым заметивший странное явление.
Тусклый свет струился из высокого арочного прохода, явно обработанного человеческими руками. Арка была украшена искусной резьбой, а внутренняя поверхность отполирована до блеска.
— Над аркой выбиты какие-то иероглифы, — обратил внимание спутников Шварцвальд, когда они подошли поближе к проходу. — Посветите, а то я не могу разобрать надпись.
Путешественники сгрудились возле арки. Волли прикоснулся рукой к полированной поверхности. Едва его пальцы ощутили прохладную свежесть обработанного камня, выбитые над аркой символы засветилась бледно-голубым светом.
— Вот тебе и подсветка! — произнес не ожидавший такого эффекта Волли. — Ну, и чего там нацарапано?
— Это какой-то архаичный язык. Я не могу разобрать некоторых символов… Но общий смысл понятен…
— И чего? — нетерпеливо погонял переводчика Волли.
— Как же это… В общем, за этой аркой расположено чистилище…
— Какое еще чистилище? — удивленно приподнял одну бровь Волли.
— Чистилище, приемник-распределитель, зал сортировки… В общем, в этом зале происходит… Через него пройдут лишь близкие по крови, либо создания повелителей… Остальные недостойны лицезрения… Дальше не понятно… В общем, это место только для избранных.
— Герр группенфюрер, что дальше делать будем? — спросил Волли.
— Вперед! — не задумываясь, ответил Виллигут. — А там пусть сортируют, кого пускать, а кого нет!
Группенфюрер первым прошел под аркой и оказался в большом зале наполненным тусклым светом. Виллигут огляделся, но не обнаружил его источника. Казалось, что тусклое свечение излучают сами стены.
— Доннерветер! — выругался Виллигут. — Уж не радиация ли? Волли! Достань счетчик Гейгера! Ну?
— Ничего, герр группенфюрер, обычный фон. Это не радиационное свечение… Это нечто иное!
— Возможно, на стены нанесен какой-то светящийся состав, — предположил Виллигут. — Но эффект потрясающий! После трех суток темноты перед тобой встает во всем великолепии этот зал…
— Да, красиво, — произнес Волли. — Только куда дальше? Я не вижу выхода.
— Черт побери! — выругался Шварцвальд. — Вход тоже исчез!
Солдаты заволновались, кинулись осматривать стену, где еще недавно был проход, от которого не осталось и следа.
— Без паники! — рявкнул Виллигут, и эхо его голоса разнеслось по пустому залу. — Выход всегда найдется!
Отодвинув в сторону солдат, он подошел к стене и прикоснулся руками к гладкой поверхности:
— Значит, древний механизм работает. Вот это я понимаю, даже щелки не осталось!
— Герр группенфюрер, Карл! — завопил Волли. — Смотрите…
Серый каменный пол неожиданно поменял цвет и стал молочно белым. Сквозь белизну проступили ярко-красные круги.
— Их девять! — выдохнул Волли, сосчитав круги. — Нас тоже девять!
— Хитро! Я так понимаю, — невозмутимо произнес Виллигут, — что каждому из нас нужно встать в центр круга. Давайте, парни, не будем заставлять ждать наших неизвестных хозяев!
Он первым переступил красную черту ближайшего круга. Едва он это сделал, как перед ним выросла прямо из пола прозрачная хрустальная колонна с маленькой чашей на торце. Из чаши торчал острый хрустальный шип.
— А вот и проверка! — произнес Виллигут, протыкая шипом палец. — Это аналог наших медицинских лабораторий — клинический анализ крови.
Рубиновая капля скатилась по шипу в чашу, хрустальная колонна съежилась и втянулась в пол. Ничего страшного с Виллигутом не произошло. Следом за группенфюрером в круги вступили Волли и Валеннштайн. Увидев, что ничего страшного с ними не произошло, свои места заняли остальные члены экспедиции.