Чтение онлайн

Злость во мне сейчас бурлит, требуя мгновенных действий, а это очень опасно. Надо успокоиться.

– Ты можешь рассказать правду, - небрежно роняет Бессонов, пристально глядя мне в глаза.
– И тогда украшение даже не придется активировать.

– В каком смысле?
– округляю глаза. Скашиваю взгляд на то, как мужик чего-то там колдует над моей ногой.

– В простом, Варвара - выйдешь за калитку, и все. Бабах. Нет у тебя ноги. Будешь одноногой собачкой.

Резко вскидываю взгляд на Марата. Он смотрит абсолютно безразлично и невозмутимо. Будто не он только что угрожал мне физической расправой.

– Это… это же… Да вы с ума сошли!
– психую, не понимая, шутка это, или сейчас реально мне на ногу нацепили мини-взрывчатку.

– У тебя всегда есть альтернатива, - довольно скалится Бессонов, вновь показывая часть эмоций.
– Готово, Сань?

Тот молча кивает, снова не произнеся ни слова.

– Тогда на выход.

Встаю и, зло взглянув на обоих, с гордо поднятой головой дефилирую к двери. Пусть слюной закапают хоть весь пол! Козлы! Я знаю, что фигура у меня отличная, так что пусть пялятся на мою задницу. Хоть так напакостничаю.

На эмоциях пролетаю через весь коридор и торможу уже возле двери той комнаты, куда меня определили в первый раз. Опускаю взгляд на ногу. Мигающий огонек нервирует. Наверное, впервые я настолько близка к тому, чтобы поплатиться за свою идею.

– Попробуешь снять, и тоже жди бабах, - раздается позади предупреждение.

Стискиваю зубы, мысленно обещая себе обязательно отыграться.

– Вы в курсе, что это противозаконно?
– оборачиваюсь к Бессонову, который стоит поодаль и с явной ленцой наблюдает за мной.
– Удерживать меня, угрожать физической расправой.

– Какие умные формулировки, - хмыкает он.
– Еще есть что сказать? Пока я добрый.

– Добрый?
– возмущенно фыркаю.
– А что будет, когда разозлитесь?

– Лучше тебе не знать. Иди и поспи. Но еще подумай, что на кону. Узнаю все первым - не пощажу.

Ах ты ж! Угрожает он мне! Да я… Я… Обрываю себя на мысли пожаловаться отцу. Нет. Я должна сама.

Складываю руки на груди, стараясь выглядеть более взрослой и самодостаточной.

– Еще одна угроза. Что, с девушками только так? Иначе вам не дают?

Я, дурочка, даже не замечаю, как этот огромный пугающе опасный мужик перемещается в пространстве. Просто раз, и он уже нависает надо мной, а я - прижата спиной к стене.

Марат неторопливо ставит руки по обе стороны от моей головы, беря в капкан.

– Любишь играть с огнем, царевна?
– спрашивает он. На автомате отмечаю, что голос у него стал чуть ниже, появилась хрипотца, которая… Ох, мамочки. Я же видела, как отец не раз вот так же маму зажимал. В этот момент я всегда сбегала - такие между ними искры летели, что можно было обжечься, просто посмотрев на них.

– Хватит обзываться, - выдаю совсем не то, то хотела. Откровенно говоря, мне заходит эта его “царевна”. И это жутко бесит. Он вообще-то тот, кого мы с Олесей собираемся прижать и заставить отвечать за преступления. Я не имею права растекаться лужицей перед ним.

Марат ухмыляется, наклоняется ниже и проводит кончиком носа вдоль моей щеки, а я даже дыхание задерживаю на эти секунды.

Он близко. Он сильнее. Он может со мной сделать все, что захочет.

– Сама еще попросишь, - бросает он, резко отстраняется и уходит.

Просто идет по коридору, а затем и вовсе скрывается за поворотом.

Я же рвано хватаю воздух и на ватных ногах залетаю в комнату, громко хлопнув дверью. Даже пару раз по щекам себя бью.

Это что такое вообще было, Вика? А ну, приди в себя! Он - потенциальный убийца! Слышишь? Он виноват в стольких темных делишках, а ты что? Уже готова на лопатки перед ним?

Дура. Идиотка. Прав мой брат - у девчонок в голове есть кнопка, которую надо ампутировать при рождении, чтобы не реагировали на всяких!

Удивительно, но после такой встряски я засыпаю почти мгновенно. Впрочем, время уже за полночь.

Утро начинается с того, что мне в лицо ярко светит солнце. Недовольно морщусь и пытаюсь сдвинуться, но найти удобное положение не выходит, и я в итоге просыпаюсь. А следом приходит понимание, что я не дома.

Черт! Сон слетает мгновенно. Проверяю ногу - браслет все еще там. Вот и как понять, где граница допустимого? Калитка - это было фигуральное выражение, или как?

Новый день - новая волна злости. Но сегодня я мыслю уже более спокойно и адекватно. Вчера многое сделала на эмоциях, да и Бессонов - гад такой - умело провоцировал. Теперь надо как следует продумать план действий и выбираться.

Желудок дает понять, что вообще-то для начала неплохо и поесть.

Умывшись и кое-как приведя себя в порядок, спускаюсь вниз. Однако обойдя весь первый этаж, хозяина дома я не нахожу. После выхожу на улицу, собираясь выяснить, куда он подевался. Дверь открывается бесшумно, и я едва успеваю притормозить, услышав голос Бессонова:

– Илья крысой оказался. Но ничего, больше он никому ничего не расскажет.

Холодею от этих слов, накладывая их на вчерашние события. Уже собираюсь тихо отступить назад, как ноги буквально примерзают к месту от следующих слов:

– И пробей мне девчонку. Да, зацепка есть…

Несмотря на то, что ноги становятся ватными, в голове при этом мысли крутятся очень быстро.

Девочка. Зацепка. Это про меня. Значит, копает. Вопрос - какова прочность у моих документов? Человек, которого я посоветовала Олесе, надежный. Спасибо связям моей семьи. Но вопрос - насколько хороши люди Бессонова?

– Долго будешь греть уши?