Чтение онлайн

Илла стояла с выставленным вперёд клинком, ещё не до конца осознавая, что осталась один на один с мелким серым коротышкой. Нет… Не один. Вот с лестницы спустился ещё другой, и ещё. Девушка оглядываясь искала выход и нашла его. Она приставила лезвие к шее и в этот миг получила стрелу в грудь. Весь воздух мгновенно вышел из лёгких, руки выронили оружие, ноги её не удержали. Посмотрев туда, куда попала стрела, она не нашла ни следа крови. Видимо, уже плохо соображала. Вздохнуть получилось только с пятого раза. Боль была просто невыносимой, из глаз брызнули слёзы. А потом сверху на неё накинули сеть. Серокожий уродец медленно наклонился к лицу девушки, схватив за светлые волосы, он что-то провизжал на своём языке и стукнул головой об каменный пол. Девушка потеряла сознание. Пи Лун снова воздал хвалу Великому Амону за то, что тысячи лет назад им было ниспослано знание о затупленных стрелах для захвата таких вот упрямых белокожих выродков.

Глоток свежего воздуха придал ему сил, но его снова бросило о камни. Удар был на столько силён, что из глаз посыпались искры. Форст отчаянно цеплялся за скалу в надежде перебраться за гряду, но у него не получалось. Снова и снова его сбрасывал вниз бушующий водяной вал. Бороться уже не было сил, и он изменил тактику, когда волна начала откатываться, он прыгнул за ней следом. Ухватившись за обломок корабельного шпангоута, Форст двинулся в открытое море, но гребень волны начал сносить его назад и поднимать, а он всё держался за доску и помогал себе ногами. Бросив быстрый взгляд, он понял: пора. Резко развернувшись, он запрыгнул на кусок бывшего корабля, и начал грести в сторону скал. Волна подхватила Форста, он был уже почти на гребне, когда бушующая стихия его бросила на камни. Оттолкнувшись от доски, Форст сделал отчаянный прыжок и не прогадал. Приземлился он уже по ту сторону скальной гряды, точнее приводнился. Волны здесь были не такими сильными, их тормозили рифы, и Форст устремился к берегу. Каменистая отмель встретила его неприветливо. Порывы ветра швыряли из стороны в сторону, Форст, несколько раз упав, всё же добрался до земли. Опустившись на колени, он отключился.

Проснулся Форст от того, что кто-то настойчиво дёргал его за пальцы, как оказалось, это был какой-то крупный грызун, похожий на хорька. Решив, что человек мёртв, он захотел поживиться падалью, но из этого ничего не вышло. Бывший труп «ожил» и, поднимаясь, ругался на всю округу, отлепляя своё тело от холодной гальки. Он отлежал абсолютно всё, вплоть до мизинца левой ноги. Затекшее тело двигалось не ровно и, казалось, под кожу вгоняли тысячи маленьких игл. Сколько времени он тут провёл? Мокрым и на холоде. — а ещё говорят: южные острова — южные острова… М-да уж. Вот тебе и тропический рай.

Солнце пряталось за облаками, явно не собираясь сегодня радовать своих подданных ясноликим присутствием. Непогода, скорее всего, затянется на весь день, море тоже ведёт себя не спокойно. Отлив угнал за собой воду от берега, волны обрушивали свою силу на скалы, но рокот стихии слышен далеко за пределами пляжа. Хотя, каменистую отмель меж скал трудно назвать пляжем. Обойдя весь берег, Форст так и не нашёл удобного подъёма наверх. На скалах кое-где селились чайки, в двух местах спускались плети ползучих деревьев, то ли корни, то ли стебли, Форст таких никогда не видел, и прочность у них сомнительная. Но даже дотянуться до них будет изрядной проблемой, концы свисают в пяти метрах от земли, добраться до них будет тяжело.

Охотник, вспомнив, что он охотник, приступил к поискам еды, собираясь разорять ближайшие птичьи гнёзда. Первое он обнаружил в трёх метрах над берегом. С выступа на выступ он всё же добрался до него, и обнаружил его пустым, с разочарованием полез искать следующее. Во втором и третьем его встретили злобные родители, и казалось, созвали всех родственников со всей округи. Чайки только и делали, что кружили и атаковали парня. Наконец ему повезло, и он обнаружил яйца, собрав их в рубашку, он принялся спускаться, что было не легче подъёма. Чайки пикировали на разорителя, а он, отмахиваясь руками, собирал мусор и обломки корабля для розжига костра. Форст поджарил на нём пару обнаглевших чаек, подбитых черенком швабры, а после заточил её куском острой породы, что в обилии валяется у дальней скалы, это стало его оружием.

Разжечь огонь оказалось не просто, но он всё шептал заклинание, как учили, и складывал руки в «знак огня». То ли мокрый мусор не хотел гореть, то ли волшебник был никудышным, но мусор загорелся только через половину часа — руками было бы проще. Форст быстро ощипал свою «дичь» и, насадив первую на ветку, стал вертеть над костром, раздумывая над ситуацией.

А что ещё делать? Это архипелаг блэков, по рассказам деда — яростных и умелых воинов, а ещё работорговцев и каннибалов! Если первым не гнушаются многие народы, то последнее присутствует только у них. Возможно, что дым от мокрых досок уже привлёк внимание этих дикарей, и они оравой спешат к берегу. А возможно и нет. В любом случае нужно выбираться из этого места, знать бы еще, где ближайший город и как туда попасть? От раздумий и поедания не хитрого завтрака (может обеда?) его отвлёк тот самый зверёк. Теперь Форст рассмотрел его получше, на хорька он был очень похож, только побольше и бока мохнатые, будто в складках. Та же любопытная мордочка, глазки — бусины, тонкие цепкие лапки и длиннющий пушистый хвост, чуть ли не размером со всего зверя. Он осторожно крутился за спиной человека, жадно ловя своим чутким носом запахи еды. Такая вожделенная и такая недоступная…

— Держи, — подкинул лапку оголодавшему грызуну, — кушай на здоровье.

Хорек, на лету схватив ножку, принялся тут же её грызть. Не прошло и двух минут, как он снова крутился у ног сидящего человека.

— Угощайся, голодающий, я не жадный. — Вторая чайка была доедена, а лапки, крылья и внутренности достались зверю.

Форст выпив оба яйца, бросил скорлупу «голодающему», а сам принялся связывать несколько обрывков веревок в одну. Он долго ходил по берегу, ища подходящую скалу для подъёма, за этим занятием его и застал хорёк.

— Что, добавки хочешь? — Понимающе спросил его Форст. — Нет у меня больше еды, да и хватит тебе кушать, гляди какое брюхо отел.

Хорёк будто понял о чём идёт речь и зафыркал, отвергая наглые доводы человека, и озорно пискнув, побежал в сторону воды.

— Ну что ты хочешь? Чтобы я за тобой пошёл?

— Иии! — Подтвердил догадку Хорёк.

— Ты серьёзно думаешь, что я за тобой пойду? Мне выбираться от сюда нужно.

— Ги-ги! — Настаивал зверь.

Парень проследил за грызуном, тот взобравшись на скальный пик у самой воды, резко подпрыгнул и, раскинув лапы в стороны, исчез за выступом. Он не оставил ему выбора.

Форст подойдя к самому краю скалы, увидел хорька. Тот, забравшись ещё на одну скалу, спрыгнул, и, расставив лапы в стороны начал парить. Выбрав жертву, он метнулся к ней и, схватив её когтями, принялся рвать. Жертвой был большущий краб, который пытался зацепить напавшего на него клешнями, но при малейшей попытке его бросали в стороны и стучали об камни. Наконец добыча сдалась, хорек, победно пискнув, оторвал клешню и начал тщательно её пережевывать.

Новый берег, открывшийся Форсту, был больше и богаче. Скалы были ещё выше, но с них спускались вниз огромное количество корней, растущих наверху деревьев. В ложбине у самого утёса, в песке росли пальмы, небольшие кусты, видимо, это место является домом для зверька. Тут охотника ждала удача, добыча сама шла в руки. У вала, где бушевали волны, качались на воде свежие трупы пары матросов, охранника и боцмана, как он помнил. Крабы до них ещё не добрались, но мелкие рыбёшки уже кружили вокруг, объедая голые части тел. Трофеи были просто отличными: кожаная куртка и штаны с одного из охранников, стороживших рабов в трюме, туда подбирали самых здоровенных блэков, и его размер был много больше Форста, лёгкая одежда и обувь матросов и самое ценное нашлось у боцмана — офицерский кортик и портупея с ножнами и мечом. Намного лучше, чем старая швабра.

Немного обдумав, парень решил задержаться здесь, почистить находки, просушить и наловить возле трупов крабов для еды, ведь задержаться придётся минимум на ночь. Морская вода — лучшее средство от заразы, соль вытягивает гниль, даже из глубоких ран, поэтому Форст не боялся надеть трофеи. Разведя костёр под пальмой, он жарил на ветке панцирь и смотрел вслед за уходящим солнцем, море почти успокоилось, облака ушли. Шрам был точно над головой и закрывал половину неба, от того светило еле-еле просматривалось сквозь мутную непонятную пелену. Как они здесь живут без света Солнца? Решительно непонятно. Вдалеке над морем начали появляться первые звёзды, тускло мигая неровным светом. Костёр он затушил, дабы не привлекать внимания с моря, а среди ночного неба появились росчерки падающих звёзд.