Чтение онлайн

«Лизка!»

«Ой. Мы в локации Чернолесье. Это город. Стрёмно! От места выхода из яслей по карте на восток десять километров. На нас охотятся красные, но мы убежали.»

«Хорошо, действуйте по плану, слушайся Пуха, до связи через четыре часа.»

Вот ведь – связался чёрт с младенцем. В голове у неё одни эмоции и пишет сразу всё, что в голову придёт. Ругаю её, но на душе отлегло. Держатся детки.

Всё, теперь можно и нужно в Столицу. Помочь Лизке и Пуху с этого места я не смогу, да и свыше меня направили в главный храм сил Света. Деваться некуда.

На дороге, по-прежнему, никого не видно. Немудрено – рано ещё, но по мне так даже лучше. Вперёд!

….

– Помогите! Убивают!

Крики и шум борьбы я услышал через полчаса приятной и беззаботной пешей прогулки, из ближайших к дороге кустов. До Столицы и стражи у ворот ещё довольно далеко, и вокруг никого. Кричит, судя по голосу, девочка.

Тут возможны два варианта. Наиболее вероятно, что это убийцы игроков. В Столицу часто идут нубы с разными целями, но всегда с большими деньгами. Иначе там делать нечего, ибо всё очень дорого. Деньги у нубов бывают только в одном случае – если они их вводят в игру из реала, для ускорения своего прогресса или оплаты различных удовольствий. Такие донаторы, как правило, мало знают об игре и недостаточно заботятся о своей безопасности.

Именно они и становятся, чаще всего, целью ПКшеров. Убить легко, а добыча большая. Есть у меня один приятель, он в реале музыкант по велению души, и в игру ходит только для удовлетворения этой самой души. Нашёл здесь какой-то странный инструмент – необычный и удивительный, повторить который в реале никто не берётся, и пропал парень.

Всё свободное время здесь, то есть в Столице, с этим инструментом, у которого даже название никто не может определить. Вещь исчезнувшего в древности народа Шуш. Сначала над ним смеялись, но он постепенно освоил инструмент, и теперь от клиентов нет отбоя. Эксклюзив… Так вот, Олег – этот мой хороший знакомый, на этой дороге дважды терял и уровень, и вещи, и денег немало…

Я же сейчас попал в ситуацию неопределённую. Или заманивают меня, или девчонка в самом деле попала в переделку. Хитрый ход. Для меня это ловушка. Пройти мимо, не узнав, что там на самом деле происходит, нельзя. Впрочем, попадаться в руки убийцам и делиться с ними вещами, тоже не хочется. С другой стороны, если меня сейчас убьют, то я должен буду возродиться на выходе из Ущелья Грома в большой мир, то есть рядом с тем местом, где сейчас находятся Лизка и Пух. Так я их быстрее найду, но при этом рискую засветить свой новый ник при возможной встрече с красными… А главное – есть угроза затянуть с выполнение задания и потерять благоволение богини… Что было бы просто глупо. Значит, оба варианта не подходят, но…

Все эти мысли мелькнули у меня в голове, пока я бежал в сторону источника шума. Сойдя с дороги, я крикнул:

– Держись! Я бегу на помощь прямо к тебе.

Тут же свернул направо и уже тихо стал подкрадываться, передвигаясь скрытно, и напряжённо слушая всё вокруг. Засада очень вероятна, и лучше найти её прежде, чем я сам буду обнаружен вероятным противником.

Из сумки дракона вынул несколько крупных камней из тех, что накопились при выработке пустой породы в тоннеле к покоям архимага, и тут же бросил их примерно в то место, где должен был бы находиться, если бы с дороги по-прежнему бежал сквозь заросли по прямой на помощь. Шум падающих камней и сломанных кустов не помешал мне услышать отчётливый звук тетивы лука. Всё прояснилось. Ловушка! Меня, почти точно, увидели издали на дороге и заманили в этот перелесок. Что ж, поиграем…

– Барыга, ты попал в этого лоха?

– Вроде… Что-то там упало и стало тихо… Иди, посмотри! Там, скорее всего, нуб-десятка. Из этого лука я его точно убил, если попал. Раненный он орал бы…

Теперь я уже уверен – первый голос явно принадлежал той, которая звала на помощь. И что делать? Можно уйти и избежать неприятностей, ведь для меня нежелательно, чтобы новый ник как-то засветился. Если это красные, то происходящее может навести умного аналитика в их клане на размышления… Но и оставлять ловушку нетронутой тоже нельзя, ведь тогда в неё попадётся кто-то другой…

Пух бы точно вляпался здесь. Охота на хорошего парня. Подонки!

Странно… Обычно у меня в такой момент уже десяток планов готов, и нужно только выбрать наиболее подходящий. Видно, я морально устал от непростого боя с вампиром. Пришлось попотеть… Ан, нет. Вот он – новый план. Работаем!

Из сумки дракона я достал одного из сотен медведей, которые там накопились за последние месяцы. Мишка находился в сонном состоянии, но, как показал опыт, вскоре должен прийти в себя.

Глава 3.

Глава 3

Вскоре уже совсем рядом стали слышны шаги приближающихся охотников на меня и на справедливость. Идите сюда, люди добрые! Я достал ещё одного зверя – это уже эмоции. Очень уж не нравятся мне такие хитромудрые… Я застонал и энергично с шумом потряс кусты вокруг. Первый мишка уже зашевелился, второй тоже был близок к пробуждению. За всё время моих многочисленных попыток применения медведей против вампира я привык замечать разные стадии их выхода из замороженного состояния.

Оба убийцы изменили направление движения и быстро с шумом приближались.

– Барыга, я его левее слышала, отполз гадёныш.

– Я тоже слышал, Юлька, уж сейчас-то мы точно его завалим. Десятка – это верняк, что донатор. Пару сотен баксов срубим. Повезло-то как. Вон, я уже вижу что-то в тех в кустах.

Я крадучись отошёл чуть в сторону, чтобы меня не увидели участники предстоящих развлечений, и затаился. Можно было бы просто уйти, но тогда почти полупочтенные Юля и Барыга смогут найти здесь своё барахлишко, если рискнут вернуться сюда с респа. Я не жадный до чужого, но справедливый.

Взревели они, по странной случайности, все вчетвером одновременно. Тембр голосов был разный и эмоции у всех участников хора тоже были неодинаковыми. Диссонанс и всё такое, но лично мне исполнение понравилось.

Искренние чувства искупали недостаток мастерства. На мой просвещённый взгляд и слух, они могли бы зарабатывать этим деньги. Квартет сумел быстро улучшить моё и так неплохое настроение. Я бы рекомендовал этих исполнителей для широкой публики, если бы не обилие ненормативной лексики.