Первый линзмен
Шрифт:
– Вполне возможно. Досаждать Гельмуту - главная цель моей жизни.
– Хотел бы я видеть лицо Гельмута, когда он прочитает доклад о том, что произошло на базе. Я уже говорил об этом раньше, но сейчас мне хотелось бы этого особенно сильно.
– Я тоже думаю о Гельмуте, но мне приходит в голову совсем иное, - сказал пилот, поворачиваясь от экранов к Блейксли и линзмену и с любопытством переводя глаза с одного на другого.
– Должен сообщить вам, что Гельмут гонится за нами по пятам. Взгляните на экраны!
– Ого! Четыре корабля!
– воскликнул Блейксли.
– Вот еще один! А у нас на борту нет даже излучателя, от которого можно было бы зажечь сигарету, или защитного экрана, способного остановить хотя бы щелкунчика. У нас только ноги, да и то меньше, чем нужно. Вы обо всем знали заранее еще до того, как все началось, и раз мы дошли до этой стадии, значит, у вас есть что-то в запасе. Что именно?
– По тем или иным причинам наши преследователи не могут детектировать нас. Все, что вам необходимо делать, это держаться за пределами радиуса действия их электромагнитных приборов и следовать курсом на Землю.
– Так вы говорите, по тем или иным причинам? Девять кораблей на экране, все, как один, босконские, все, как один, ищут нас, и ни один нас не видит - по тем или иным причинам! Я не задаю вам вопросов…
– Пока лучше обойдемся без вопросов. Позвольте, лучше я задам вам вопрос. Кто такой Боскония?
– Этого не знает никто. Гельмут говорит от имени Бос-копии, но никто другой себе этого не позволяет, даже сам Боскония, если такое лицо в действительности существует. Доказать это не может никто, но все знают, что Гельмут и Боскония - просто два имени одного и того же человека. Гельмут, как вы знаете, это всего лишь голос. До сегодняшнего дня никто не видел его лица.
– Я и сам начинаю так думать, - согласился Киннисон и отправился туда, где находилось царство старшей сестры Мак-Дугалл.
– Мак, ног маленькая, но очень важная коробочка, - сказал Киннисон, извлекая из кармана нейтрализатор и вручая его медсестре.
– Заприте его в свой сейф и не доставайте-, пока не прибудете на Землю. По прибытии на Землю вы лично должны передать нейтрализатор адмиралу Хейнесу в собственные руки, и никому другому. Передайте адмиралу Хейнесу, что нейтрализатор прислал ему я, остальное он знает.
– А почему бы вам не передать нейтрализатор самому? Ведь вы же летите с нами?
– Не совсем. Думаю, мне вскоре придется покинуть вас.
– Но мне так хочется поговорить с вами!
– огорчилась сестра.
– У меня к вам миллион вопросов.
– Чтобы ответить на них, мне понадобилось бы много времени, - улыбнулся Киннисон, - а его у нас нет, ни у меня, ни у вас.
И линзмен снова направился к пульту управления. Там, на центральном посту, он несколько часов проработал с компыотером и с космическим танком - своего рода объемной картой космического пространства. Наконец, он потянулся и, глядя на два острых, как иглы, луча света в танке, принялся негромко насвистывать. Две светящиеся линии, хотя и лежали в одной плоскости, не пересекались в пределах танка! Определив как можно точнее координаты точки пересечения двух пеленгов, Киннисон нажал на кнопку, стер все следы работы над танком и отправился в штурманскую, где хранились карты. Там он основательно поработал штурманской линейкой, циркулем и транспортиром и, наконец, пометил на одной из карт точку-она совпала с одной из точек, около которых на карте значился номер.
Увидев это, Киннисон присвистнул.
Проверив все вычисления, он еще раз построил расчетную точку и убедился, что она совпала с прежней. С минуту Киннисон вглядывался в карту, изучая окрестность помеченной точки.
– Звездное скопление АС 257-4736, - размышлял он.
– Самое небольшое и самое незначительное звездное скопление, какое только можно найти. Но возможная ошибка вычислений слишком мала, чтобы расчетная точка могла находиться где-то еще… Может быть, она расположена где-то внутри звездного скопления, но туда я никогда раньше не заглядывал. Неудивительно, что запеленговать Гельмута было так трудно. Этот орешек на четыре градуса шкалы Бриннеля тверже, чем алмаз!
И насвистывая себе под нос, Киннисон свернул в рулон карту с которой работал, и, сунув ее под мышку, разложил остальные карты по местам и вернулся в центральный пост.
– Что новенького?
– спросил он.
– Вас понял, переходите на прием, - ответил Блейксли.
Мы прошли сквозь боевые порядок пиратов и сейчас летим в чистом космосе. На экране ни одного корабля! Они просто нас не заметили.
– Прекрасно! Дальнейший полет до Главной Базы пройдет без всяких осложнений. Я очень рад этому, так как я вас покинуть. Вы вполне самостоятельные люди и обойдетесь без моей помощи и без моего присмотра.
Что касается последнего, то он совершенно излишен.
– Но мы вовсе не против, чтобы вы за нами присматривали.
– Не беспокойтесь. Набранной команде можно верить, всем до единого человека. Никто из вас не стал пиратом по своей доброй воле, и никто из вас никогда не принимал активного участия в…
– Да вы кто, ясновидец или читаете мысли?
– не выдержал Крендел.
– Вроде этого, - улыбнулся Киннисон, а Блейксли добавил:
– Вы хотите сказать больше, чем это. Нечто вроде гипноза, только гораздо сильнее. Вы думаете, я имею хотя бы какое-то отношение к тому, что произошло на базе? Ничего подобног. Это линзмен сделал сам!
– Гм!
– Кренделл уставился на Киннисона с еще более почтительным выражением.
– Я знал, что вольные линзмены могут многое, но я и не подозревал, что они могут так много! Неудивительно, что Гельмут так охотится за вами. Я готов идти за каждым, кто может в одиночку захватить целую базу изадать основательную трепку такому надутому, индюку как Гельмут. Но меня бросает в дрожь при мысли о том, что произойдет, когда мы окажемся на Главной Базе Галактического Патруля без вас. Ведь на нас начнут вешать всех собак и, чего доброго, без суда и следствия отправят в камеру смертников! Разумеется, мисс Мак-Дуталл замолвит, но хватит ли этого, чтобы изменить отношение к нам.
– У нее хватит и сил и авторитета, но, чтобы избежать всяких споров, я обо всем договорился заранее. Вот здесь отчетом о том, что произошло на базе. Отчет заканчивается моей рекомендацией предоставить каждому из вас полную амнистию и работу по специальности. Вместо подписи там стоит отпечаток моего большого пальца. Передайте или перешлите мой отчет Командиру Порта Хейнесу, как только совершите посадку. Думаю, я приложил достаточно усилий. Все должно получиться, как задумано.
– Если вы приложили свои усилия, то этого более чем достаточно. Ведь вы могли бы с вашей энергией доставить четырнадцать грузовых кораблей с полными трюмами с северного полюса Валерии. Что еще?