Чтение онлайн

Лицо Ситаса окаменело при мысли о вторжении людей на его древнюю землю.

– Нет, – твердо произнес он.

Герматия положила свободную руку ему на локоть:

– В таком случае как же может быть предателем тот, кто положит конец этим беззакониям?

– Я не Звездный Пророк!

Герматия приблизилась к мужу, чтобы поцеловать его, глаза ее отливали темно-синим, словно небо в сумерках.

– Пока нет, – прошептала она, и Ситас ощутил на своем лице ее сладкое, горячее дыхание. – Пока нет.

Макели отсутствовал уже три дня, когда Анайя показала Кит-Канану, где спрятаны меч и кинжал. Теперь стало ясно, что с мальчиком что-то случилось и нужно спешить ему на помощь.

– Вон твои железки, – сказала она. – Возьми их. Они тебе пригодятся.

Кит-Канан смахнул сухие листья с узкого прямого клинка и вытер его масляной тряпкой. С легким свистом меч скользнул в ножны. Когда принц взял в руки оружие, Анайя отошла в сторону и взглянула на клинки с таким отвращением, словно это были зловонные останки давно издохших животных.

– Макели ушел так давно, не знаю, сможем ли мы отыскать его след, – усомнился Кит-Канан, подняв взгляд к вершинам деревьев.

– Пока Макели жив, я всегда смогу его найти, – заявила Анайя. – Мы с ним тесно связаны. Он мой брат.

С этими словами она повернулась и скрылась в доме. Кит-Канан проводил ее взглядом. Что она имела в виду, что значит «брат»? У них были общие родители? Кит-Канан удивился, что между женщиной и мальчиком существовало родство, – он не заметил никакого семейного сходства. Анайя же говорила на эту тему еще меньше, чем Макели.

Подойдя к дереву, принц заглянул внутрь. Анайя раскрашивала лицо, сидя на корточках перед блестящей слюдяной пластиной. Она чисто вытерла щеки – относительно чисто, комком сырых зеленых листьев, – и теперь накладывала на них краску, изготовленную из ягод и ореховой скорлупы. Кистью служила свежая веточка, конец которой Анайя разжевала, чтобы сделать его мягким и податливым. Она двигалась от одной тыквенной бутыли к другой, нанося на лицо красные, коричневые и желтые зигзаги.

– Чем ты там занимаешься? Время идет, – нетерпеливо сказал Кит-Канан.

Анайя нарисовала на подбородке три сходящиеся линии, напоминающие красную стрелу. Тяжело взглянув на него своими темно-карими глазами, она приказала:

– Выйди отсюда и жди меня снаружи.

Кит-Канан почувствовал, как от ее обычного повелительного тона внутри поднимается гнев. Она командовала им, словно слугой, но ему ничего не оставалось, как, скрежеща зубами, подчиняться. Наконец Анайя появилась, и они вместе нырнули в глубокую тень под деревьями. Когда Кит-Канан увидел, как грациозно она идет по лесу, недовольство его куда-то исчезло. Она ни разу не задела ни листка, ни веточки и передвигалась словно дымок, как когда-то сказал Макели.

Наконец они остановились отдохнуть, и Кит-Канан, переводя дыхание, сел на бревно и взглянул на Анайю, которая стояла, опершись одной ногой на ствол поваленного дерева. Дыхание ее оставалось по-прежнему ровным. Она была мускулистой, смуглокожей, раскрашенной женщиной Каганести – дикаркой, по меркам его народа, но эта дикарка так хорошо знала жизнь и обычаи леса. Их миры были слишком разными, даже враждебными, однако в этот момент Кит-Канан почувствовал себя в безопасности. Он оказался не так одинок, как считал когда-то.

– Почему ты на меня так смотришь? – нахмурилась Анайя.

– Я просто подумал, насколько лучше было бы, если бы мы были друзьями, а не врагами, – искренне отвечал Кит-Канан.

Она, в свою очередь, взглянула на него с необычным выражением.

Принц, засмеявшись, спросил:

– А почему ты теперь так на меня смотришь?

– Я слышала это слово, но у меня друга никогда не было, – промолвила Анайя.

Кит-Канан никогда бы не поверил в существование такого густого леса, как тот, по которому его вела Анайя. Деревья вокруг не были такими гигантскими, как в той части леса, где она жила, и выглядели более привычно, однако росли настолько близко друг к другу, что вскоре Кит-Канан вообще не смог двигаться.

Анайя ухватилась голыми руками и ногами за ствол дуба и начала карабкаться вверх, словно белка. Кит-Канан изумленно наблюдал, как она взбирается на дерево. Вскоре женщина скрылась в листве.

– Ты идешь? – крикнула ему Анайя.

– Я не могу так вскарабкаться! – протестующе ответил он.

– Тогда подожди.

Мелькнула выкрашенная алой краской нога, и Анайя перепрыгнула с дуба на растущий рядом вяз. Расстояние между деревьями было больше шести футов, но Анайя, не задумываясь, бросилась вперед. Несколько мгновений спустя она уже летела обратно, легко, словно птица. К ногам принца упала веревка, скрученная из нескольких стеблей плюща, в два раза толще его пальца. Такой способ ему больше понравился. Уцепившись руками за канат, Кит-Канан начал подтягиваться вверх, перебирая ладонями и упираясь ногами в ствол, и скоро уже сидел на суку в тридцати футах от земли.

– Ух ты! – рассмеялся он. – Недурной подъем!

Но на Анайю это явно не произвело впечатления. В конце концов, она взобралась сюда вообще без всякой веревки. Кит-Канан подтянул лозу вверх и бережно обмотал ее вокруг пояса.

– Мы быстрее догоним его, если будем двигаться по деревьям, – сказала Анайя.

– Откуда ты знаешь, что Макели шел именно здесь?

Анайя приготовилась к прыжку.

– Я чувствую его запах. Сюда.

Анайя прыгнула вперед, на вяз. Кит-Канан, менее ловкий, соскользнул вниз по стволу. Анайя подождала, пока он вскарабкался к ней, ухватившись за ветку над головой. Где-то внизу промелькнула трава, и Кит-Канан зацепился одной ногой за ствол вяза. Затем он отпустил дубовую ветку и, упершись другой ногой, постепенно перебрался на вяз.

– Похоже, это займет много времени, – признался Кит-Канан, хватая ртом воздух.

Большую часть дня они продолжали путь по ветвям деревьев. Хотя принц был кем угодно, только не неженкой – руки его привыкли к мечу и поводьям грифона, – однако вскоре, раскачиваясь на грубых ветвях, он ободрал кожу на ладонях, и она начала саднить. Ноги так часто соскальзывали, что, наконец, Кит-Канан снял сандалии на грубых ремнях и продолжал путь босиком, как Анайя. Скоро ступни его заныли, как и ладони, но он больше не падал.