Чтение онлайн

— Старший лейтенант Зубатый, — пояснил сержант.

— Старый знакомый что ли? — пристально меня разглядывая, поинтересовался зелёный и от того показательно строгий лейтенант.

— Подозрительный типок, — процедил сержант. — Мы его несколько раз прихватывали. Трётся здесь постоянно. Надо бы портфель проверить. Я гляну?

— Зачем?

— Да, говорю же, подозрительный тип. Лучше перестраховаться, а то мало ли что… Выдавал себя за сотрудника, деньгами сорил…

— Товарищ лейтенант, подчинённый ваш произвол чинит, чувствуете? Зубатый за эти дела получил уже по жбану. Знаете, какие им органы занимаются?

— Чего? — строго и сурово протянул лейтёха и кивнул сержанту. — Ну-ка, Игнатюк, давай, проверь этого ухаря. Я смотрю, он и вправду шустрый, как электровеник!

Игнатюк выпрыгнул из машины, как демон, с мефистофельской улыбкой и инфернальным огнём в глазах. Встал передо мной, как лист перед травой и дёрнул из руки портфель.

— Товарищ лейтенант, представьтесь, пожалуйста, — кивнул я.

— Чего? — снова протянул он и сощурился.

— Жалобу на вас писать буду вышестоящему начальству.

— За**шься писать, — отозвался Игнатюк и пихнул меня локтём. — На Зубатого походу написал уже.

— Точно, — разулыбался лейтенант. — Зубатый твой в розыск работать перешёл. Ладно, на нас тоже можешь написать.

— В розыск? — поднял я брови. — В уголовный что ли?

— Что ли, — хмыкнул лейтенант. — Что ли.

— Куда бегут лучшие кадры патрульно-постовой службы. Это что же делается, люди добрые.

Деньги у меня были, но, разумеется, не вся сумма. Взял я с собой в дорогу только триста рублей на расходы и всё. Тоже немало, но Игнатюк, конечно, надеялся найти что-то другое.

Но что-то другое было спрятано под половицей в квартире. А до этого было спрятано в общаге. В общем, инцидент был, хоть и неприятный, но, по сути, безвредный.

— Игнатюк, — сказал я на прощанье, глядя в его мутные, совершенно бандитские глаза, — боком тебе всё это непотребство выйдет. Обещаю.

Я подмигнул и, развернувшись, пошёл к арке, ведущей к бабушкиному подъезду. Слышал, как машина развернулась и поехала в другую сторону, но не оборачивался. Бабушка знала, что я приеду из Иваново, но не знала когда. Естественно, всполошилась, захлопотала, сразу бросилась на кухню.

— Саня, ну ты почему не позвонил?! Под монастырь бабку подвести хочет.

— Так билетов не было, ба, скакал, не знал до последней минуты, уеду или нет.

— Опять «ба»! Ну, Сашка, попадёт тебе!

— Бабуль, а у тебя есть кто-то в Большом? Мне надо начальницу свою в театр сводить.

— Саш, ты чего дуришь? Есть, конечно. Дядя Эдик. Ты можешь сам ему позвонить и попросить, чего хочешь. Он никогда нам не отказывал. А что за начальница-то? Ты смотри, на работе-то шуры-муры не води, а то наплачешься потом.

— С этой точно никаких шур и мур.

— А с какой тогда? Женьку побоку решил пустить? Смотри, она девушка видная, долго ждать не будет.

— Если она вообще ждёт ещё.

— Ой, да сколько можно! Прицепился к этому однокурснику. Его после первого курса отчислили, и она его считай пять лет не видела. Даже больше вон. А ты, как клещ, честное слово. У них и не было ничего с ним. В кафе разок сходили.

— Да-да, — усмехнулся я, — разок.

— Да перестань, он же алкаш. Ей такой даром не нужен.

— Откуда информация?

— Так она сама мне рассказывала. Совсем, говорит, спился.

— А откуда она знает, если давно его не видела?

— Всё, Саня, прекрати.

— То есть, если я тоже стану алкашом, она и меня бросит?

— Ой-й! Тьфу! Типун тебе на язык, бестолочь!

Так там действительно было что-то такое, не особо приятное… Хм… однокурсник… разок один, всего и делов-то…

— Ну тебя, Санька! Нужно уметь отпускать ситуацию. Отпусти и забудь.

Пока принимал душ, она успела напечь сырников, и я слопал не меньше десяти штук со свежей сметаной и клубничным вареньем. С походом к Кофману решил не тянуть и вышел сразу после завтрака.

Прежде чем спуститься вниз, я поднялся на площадку, с которой начались все эти приключения. Потоптался на краю. Ничего не происходило. Тогда я поднял ногу и поставил на бетон. Нет… Ни гудения, ни звона, ни растворяющейся во временнoм портале плоти.

Осмелев, я сделал шаг. А потом и ещё один. Покрутился, прошёлся и зашагал вниз по лестнице. Видишь, Александр Петрович Жаров, я пытался. Хоть и неохотно. На самом деле сейчас ни о каком возвращении речи быть не могло. Нужно сначала разобраться с бандитами и маньяками, а уж потом можно уступать дорогу молодым.

В молочном отделе была очередь. Брали свежую развесную сметану, сливки в бутылках и глазированные творожные сырки. А в мясном бойко расхватывали молочные сосиски. Гастроном был огромным и еды в нём хватало. По крайней мере, пустых полок точно не было. Колбаса варёная была, консервы разные, тушёнка, крупы, макароны, сыр. Да много чего.

— Куда?! — нахмурилась та же продавщица, что не хотела меня пускать в прошлый раз.

— К Кофману. У себя?

— Занят. Не велено пускать.

— Скажите ему, Жаров пришёл.

Она прищурилась, смерила меня с ног до головы.

— Проходи, — добавила она неприветливо.

Я прошёл по коридору, толкнул дверь и оказался в кабинет завмага.

— Жаров!

— Да, — я улыбнулся. — Есть такое дело, Яков Михайлович. Утро доброе.

— Доброе, — с усмешкой кивнул он. — Проходи, присаживайся, располагайся. Ты завтракал сегодня?

Он встал и протянул мне руку. Я подошёл, и мы обменялись крепким рукопожатием.

— Завтракал, да. Бабушка накормила.