Первое испытание
Шрифт:
Тот отмахнулся.
– Брось. Меня в моем времени починили быстро. А тебе медлить нельзя. Нужно идти. Дорога ждать не будет.
Семецкий нахмурился.
– А мы?
– Сначала он, – твердо сказал отец. – Потом этим путем пойдешь и ты, и остальные…
Эпилог
Оген шлепнулся на живот и заскользил по тщательно натертому полу. Кто-то громко охнул. «Наверняка, мама», – успел недовольно подумать он, но все звуки уже заглушил заливистый смех. Веселилась, конечно, Ленка. Она, аж, кулачками по парте постукивала от восторга. Лешка стоял у Звездных ворот – значит, только что появился – и тоже хмылился. «Ладно, я с вами еще поквитаюсь», – мелькнуло в голове Огена, но эта мысль тут же ускользнула куда-то на задний план. Он вскочил и радостно взмахнул пластмассовой саблей, которую все еще сжимал в руке.
Учитель, не скрывавший довольной улыбки, поднялся из-за стола. И все притихли, троица встала плечом к плечу и с трепетом ожидала приговора.
– Ну, что ж, Марья Ивановна, – не стал испытывать их терпение учитель, – Замечательные у вас дети. Умницы! Всем с чистой совестью ставлю «пятерки».
Счастливая мама была уже рядом. Поправила Леночкины косички, смахнула кусочек грязи со штанишек Женьки, пригладила непокорный вихор на макушке Алексея…
– Вам спасибо, – с чувством сказала она. – Что бы мы без вас, Аполлинарий Фомич, делали?
Семен Курослепов возвращался с работы усталый, но довольный. День прошел удачно – и перед заказчиками удалось себя показать, и зарплату выдали – купил сорванцам-близнецам «сникерсов-марсов». И то сказать, первый экзамен – запомнится этот день ребятишкам.
Дома главу семейства встретили восторженно. Неугомонная троица прыгала вокруг, дергала отца за одежду, без умолку верещала:
– У нас у всех пятерки! – Пятнадцать на троих! – Бабушка нас с иконой встречала! – А мама пирог испекла!
– Мы уж тебя не стали дожидаться, – шепнула жена. – Извини.
– Все правильно, умница, – ласково улыбнулся Курослепов. – Праздники откладывать не стоит.
Наконец, все подарки оказались вручены, и виновников торжества отправили по спальням. В квартире воцарилась тишина.
– Все-таки непонятно мне, – заговорил Семен, откладывая в сторону газету. – Когда я учился, преподавали нам литературу от давнишних времен до наших дней. А сейчас все вперемешку. Какой в этом смысл? Может, ты, Сергей, пояснишь.
– Делать нечего, вот и мудрят, – успела вставить привычные две копейки теща.
– Видишь ли, папа, – старший сын аккуратно закрыл толстый том «Поэзии Серебряного века». – Мне кажется, все правильно. Объем написанного растет, разве все можно изучить? Вот и пошли по единственно логичному пути: от простейшего – к более сложному. Ты ведь тоже поначалу на заводе болванки резал и только потом на детали перешел.
– Может быть, может быть… – не стал спорить Курослепов.
И уж когда решили расходиться, Сергей, потягиваясь, сказал:
– Вы все-таки малышню не очень захваливайте. Ну что это за предмет: «Русская фантастика начала ХХI века»?! Да его любой ПТУшник сдаст. Особенно, если компьютером обзавелся…
ноябрь 2002 – 5 января 2003