Чтение онлайн

— Вы ее подруга, вместе парите за облаками, — начал он со словесных пассажей. — Должно быть, она делилась с вами. У нее были конфликты с кем-нибудь?

— Светлана принципиальный человек, но конфликты… извините, не ее стиль.

— А с пассажирами? Может, попался крутой парень из этих… денег — мешок, хамства — вагон? Приставал, например, а Светлана дала ему по рукам — образно говоря, тем самым обидела. Есть очень мстительные личности.

— Пассажиры, конечно, попадаются… Иной раз в морду плюнуть хочется, а мы должны улыбаться. Недаром профессия бортпроводницы входит в тройку самых опасных, и не только потому, что мы проводим много времени в полетах, для женского организма это огромная нагрузка. Свои граждане бывают хуже террористов. А когда пить начинают? Пьют, орут, кулаками машут, как будто одни на борту, и забывают, что от земли находятся далеко-далеко. В общем, быдло, но они считают: раз при деньгах — все можно. Ей-богу, свинья и то милее покажется. На таких мы Светлячка бросали, она с ними, как с больными, короче, находила общий язык, хотя это неверное выражение, общего с придурками у нее никогда не было. Некоторые потом находили ее, извинялись, цветы дарили… Нет, лично я исключаю конфликт, после которого какому-нибудь ублюдку придет в его тупую голову отомстить так подло.

— А родные у нее кто? Может, из-за них выкрали Светлану? Ну, чтоб потом шантажировать?

— Какие родные? Одна бабушка! Она давным-давно пенсионерка, с бандитами и олигархами ничего не делит, вы ведь это имели в виду?

— Не только.

— Выкуп, да? У кого требовать выкуп? Смешно.

— А родители? Они живут в этом городе?

— Отец погиб, давно, лет десять назад. Он моряком был, по-моему, механиком, где-то в океане остался. А о матери Светлана не рассказывала, не любила эту тему, мать их бросила.

— Еще вопрос… Вы никогда не видели рядом с ней внедорожник цвета металлик, большой внедорожник, семиместный.

— Автобус, что ли? — усмехнулась она. — Нет, не видела. Ну, что приуныли? Задавайте ваши вопросы, я готова до самого отлета с вами здесь сидеть, лишь бы помочь Светлячку.

— К сожалению… — развел руками Стриж.

— Может, привести кого-нибудь из нашего экипажа? Они все здесь.

— Да нет, пока не стоит. Я, пожалуй, пойду.

Она поднялась, протянула руку со словами:

— Если что — заходите. Рассчитывайте на нашу помощь, мы все переживаем из-за Светлячка.

— Спасибо, всего вам доброго…

А Светлана для себя определила четкую задачу: только бы не кинуться на Роди, не вцепиться ногтями в его рожу, потому опустила глаза и сжала пальцами край дивана. Раньше агрессивности за собой она не замечала, новое состояние ее пугало, ибо спонтанно возникало непреодолимое желание уничтожить их, чтобы защитить себя. Ведь эти люди не являются людьми, они — биомасса с античеловеческими установками, им запросто и ее, как врача и того мужчину…

— Как ты себя чувствуешь? — поинтересовался Родион.

Светлана попыталась сказать — очень плохо, но в горле такой дискомфорт ощутила вместе с болью, что пальцы непроизвольно обхватили шею и мгновенно исчезли из памяти образы убитых ночью мужчин. Она полностью осознала весь ужас своего положения, агрессивность сменилась отчаянием, которое усугубилось бессилием что-либо изменить. кто-то… ну, вот он стоит, этот кто-то… решил распорядиться ее жизнью, здоровьем, будущим и настоящим! Да кто он такой? Чрезвычайно трудно было держать себя на диване, но внутренний голос увещевал: молчи, ты только сделаешь хуже. А она и молчала, тогда как Родион понял, что с ней творится, посему дал объяснение своему варварству:

— Прости, Лиза, но так будет надежней. Понимаешь, твой голос абсолютно не похож на тот, который мне нужен, как только ты открыла бы рот, то первым же произнесенным звуком выдала бы нас всех. Если б было по-другому… но голоса — как отпечатки пальцев, индивидуальны. А как ты хотела получить миллион долларов? За что? Такая сумма предполагает некоторые жертвы с твоей стороны. Да и так ли уж велика жертва? Когда ты получишь деньги, съездишь за границу и вернешь себе голос. Главное, помни: нужно молчать до новой операции, категорически не пытайся говорить.

Судя по той легкости, с какой они застрелили двух человек, его обещания следует принимать за стопроцентный обман, который Роди затеял изначально еще до того, как Светлану увезли. Несмотря на свое состояние, она понимала, что свидетелей не оставляют, тому пример доктор: он им услугу — они его прикончили. Тут не надо быть умной через край, догадка сама напрашивается: замысел Родиона преступный, если предприятие закончится для него со знаком плюс, он уберет Светлану, а все его разговоры про миллион и будущую операцию рассчитаны на дурочку.

— Вот, держи, — протянул Родион ей блокнот с авторучкой. — Если у тебя есть просьбы, напиши, я готов их исполнить.

Как ни настраивала себя Светлана на относительно мирный лад (хотя бы внешне), а сорвалась. Выхватив блокнот с авторучкой, написала и протянула ему, он прочел вслух:

— «Убирайся». Хм… Грубо. Но я прощаю тебя, понимая твое состояние. Ничего, пройдет, а пока отдыхай. Я скажу Кире Львовне, чтоб принесла тебе завтрак.

Светлана забрала блокнот, снова сделала запись, показала ему, он слегка наклонился, читая:

— «Не хочу видеть твою ведьму». Ну, знаешь… — выпрямился недовольный Родион. — Ты предвзято к ней относишься. Уверяю, Кира Львовна хороший человек…

Светлана резко встала и отошла к окну, показав ему спину, тем самым дав понять, что ей невыносимо его присутствие. Не проронив больше ни слова, он вышел, кстати сказать, и Родион едва сдержался, чтоб не напомнить, кто здесь хозяин, и не поставить нахалку на место. Оставшись одна, Светлана вернулась к дивану и упала на него лицом в подушку, незваные слезы скатились туда же — в подушку и утонули в перьях, если ими она набита.

Родион пришел в комнату наблюдений, Тараса сменил Марат, который не преминул заметить:

— Характер показывает, Роди. Может, внушение сделать?

— Рано. Если не образумится, тогда. Сейчас у нее стресс, она страдает… Короче, пусть пострадает вволю, пораскинет мозгами, чем чревата ее строптивость, а через три дня устрою ей экзамен. Он все решит.

— Что за экзамен?

— Позже посвящу вас. Смотри внимательно, у нее сейчас не все дома, как бы наша Лиза не взбунтовалась, когда придет Кира Львовна.