Чтение онлайн

Когда же, наконец, запал у мальчишки стал выдыхаться, то Олея лишь пожала плечами.

– Спасибо за вдохновенную речь. Теперь хотя бы знаю, в чем меня обвиняют. Если это все, то, как говорится, до свидания.

– Что?!
– мальчишка едва не лишился слов от возмущения.
– Вы… Вы еще хуже, чем мне говорили!

– Бывает… - пожав плечами, Олея двинулась с места, но мальчишка и не думал отставать от нее. Он то шел вслед, то забегал вперед, и от возмущения распалялся все больше и больше. Судя по его словам, трудно было найти на свете человека хуже, чем его невольная собеседница. Какое-то время подобное казалось Олее забавным, но вскоре все это стало ее раздражать. В конце концов у нее кончилось терпение, и она остановилась.

– Мальчик, тебе не кажется, что наше общение слишком затянулось? Тебе домой не пора?
– и тут Олея заметила, что из темного переулка показались три темные фигуры и направились по направлению к ним. Конечно, это могла быть обычная загулявшая компания, но Олея насторожилась, хотя и сама не знала что было тому причиной. Возможно, тут сработало нечто из тех непонятных предчувствий, что сохранили жизнь им с Белом во время их долгого пути по дальним странам.

Женщина кинула взгляд по сторонам: в это позднее, да еще и темное время народу на улицах было совсем немного, да и что разглядишь в темноте? Вот и сейчас вдали маячило всего лишь несколько фигур, но Олея и не думала звать кого-то на помощь - в случае чего справится сама. Оставалось надеяться только на то, что она ошибается в своих предположениях, и этой троице нет до нее никакого дела. Однако на всякий случай Олея нащупала в рукаве шубы свой хлыст: возможно, кому-то это может показаться смешным, но теперь, выходя на улицу, молодая женщина каждый раз брала его с собой. Совсем как некоторые мужчины не ходят по улицам без ножа…

А ведь она не ошиблась: эта троица идет к ним. Подошли уже совсем близко, окружают с трех сторон, а этот мальчишка все еще не смотрит вокруг, и не собирается замолкать со своими обличениями. Стоит рядом, загораживает от нее мужчин, мешает как обзору, так и замаху. Хм, а по внешнему виду каждого мужичка из этой троице можно сказать, что они относятся если не к числу городского отребья, то уже вплотную приближаются к этой неуважаемой прослойке населения. Грязная потрепанная одежда, злой взгляд, да еще и явный запах спиртного… А вот насчет последнего мужикам не стоило злоупотреблять - кто ж идет на дело подвыпившим?! Но самое неприятное состояло в том, что, как минимум, у двоих из этой троицы в руках тускло отсвечивают лезвия ножей. Это плохо: у людей подобного сорта может быть драная одежда и дырявые сапоги, но вот нож у каждого из них хороший, или же просто остро наточенный… Оставалось надеяться только на то, что выпитое вино снизит у этих людей быстроту и ловкость.

– Отойди в сторону!
– бросила Олея мальчишке, то тот лишь ощетинился:

– Еще чего! Да как вы смеете так разговаривать с мной и в таком тоне… - но больше парень ничего не успел сказать, потому как Олея сильно толкнула его, и растерянный мальчишка просто-таки отлетел в сторону и, поскользнувшись, упал в большой сугроб. Ну и хорошо, есть несколько секунд до того, как он сумеет выбраться из снега и вновь сунуться под руку. Тем временем один из этой троицы, тот, что подошел ближе всех к Олее, неприятно усмехнувшись, прогнусавил:

– Что ж ты, сука, хорошим людям жизнь портишь… - но больше он ничего не успел произнести, потому что грохнулся на землю вместо со свом приятелем, стоящим неподалеку: Олея обоим подсекла ноги под колени. А чего там тянуть, и так понятно, что эти типы подошли к ним не для богословской беседы! Но вот третий мужчина выставил вперед нож, и заорал:

– Не подходи, убью!
– однако больше он ничего сказать не успел, потому что и сам некрасиво упал, правда, при этом поранив свою руку. Ну, тут он сам виноват - на собственный нож напоролся. Впрочем, если идешь на дело подвыпившим, то можно ожидать чего-то подобного. Однако к этому времени стали подниматься с земли те двое, которым Олея подсекла ноги в первую очередь, да еще и мальчишка, выбравшись из сугроба, вновь оказался подле молодой женщины.

– Что тут происходит?
– а у юнца пополам возмущения и непонимания.

– Не лезь под руку!
– рявкнула Олея, вновь сбивая с ног мужиков, у которых первоначальная наглость сменилась злостью и желанием в любом случае добраться до обидчицы.
– Мешаешь!

– Но… - мальчишка, тем не менее, сам попытался, было, сунуться в схватку, и тут Олея больше тянуть не стала - хлестким ударом вновь отправила мальчишку в тот же большой сугроб, из которого он только что вылез. Нечего ему путаться под ногами, к тому же эти обозленные мужики вполне могут ненароком задеть парня ножами - разбирайся потом, кто прав, кто виноват…

Когда же возмущенный мальчишка вновь сумел выбраться из снега, то перед его глазами предстала несколько необычная картина: трое мужиков, кряхтя и ругаясь, валяются на земле, у одного под рукой расплывается красное пятно, а неподалеку стоит Олея, держа в руках хлыст…

– Мужики, кто вас послал?
– этот вопрос больше всего интересовал женщину.

– Да пошла ты!..
– зло огрызнулся один из мужиков.
– Встану - небо тебе с овчинку покажется… - и тут он едва ли не заорал в полный голос, потому что кончик хлыста ударил его по шее, и по телу волной прошла боль: в свое время дядюшка Генар учил племянницу, как ударять по болевым точкам.

– Надо звать стражу!
– подскочил мальчишка.
– Это же нападение!

– Никого звать не надо!
– остановила его Олея.
– Мы и так разберемся.

– То есть как это - сами? Есть закон, а они его нарушили, и их должны арестовать…

– Помолчи, а?
– женщина не сводила глаз с лежащих мужчин.
– Ответят мне на пару вопросов - и пусть себе убираются подобру-поздорову!

– Как можно такое говорить?! Эти люди грозили нам оружием…

– Если ты сейчас не замолчишь, то снова окажешься в снегу… - Олея и в самом деле подумывала о том, не отправить ли вновь в сугроб надоедливого мальчишку.
– Дай мне спокойно поговорить с людьми, тем более что они и сами хотели это сделать. Так ведь? К тому же им тоже надо поторапливаться…

Мужики упирались недолго. Быстро сообразив, что эта непонятная баба не собирается орать дурным голосом и звать стражу на подмогу, они неохотно признали: да, их наняли для того, чтоб хорошенько припугнуть указанного человека, то бишь Олею, или же поступить с ней так, как получиться, или как сочтут нужным… Ну, что скрывается под этой малопонятной фразой, было понятно - не зря же мужики прихватили с собой ножи. Кто их нанял? Девка белобрысая, пообещала каждому по две золотые монеты…

Значит, и тут доченька Серио постаралась. Понятно, значит отец уже сказал ей, что его разговор с бывшей женой никак не назвать удачным, и девица решила действовать сама, уже привычными ей методами. Впрочем, молодая женщина была почти уверена в том, что бывший муж не имеет к этой троице никакого отношения: он может подкупить, солгать под присягой, или же обмануть, но вот посылать кого-то, чтоб покалечили или (не приведи того Боги!) убили - нет, это не в характере Серио.

– Ну, вот что… - Олея усмехнулась.
– Я вас, парни, отпускаю, как и обещала, но при одном условии: пойдите сейчас к той девке… Только не говорите мне, что вы не знаете, как ее найти: ведь деньги за работу она должна была вам где-то отдать!.. Так вот, пойдите к ней, сообщите, что вы сумели меня хорошо припугнуть, и потребуйте от нее свою плату.

– Не понял… - буркнул один из мужиков.

– А чего там не понимать?
– пожала плечами Олея.
– Мы с вами душевно поговорили, вы мне ножами погрозили, так что работу свою вы, можно сказать, исполнили. Правда, не думаю, что у этой белобрысой деньги для вас найдутся.