Чтение онлайн

– Вы извините его, пожалуйста, - со слезами на глазах крикнула она, обернувшись.
– Он больше не будет вас беспокоить.

– Надеюсь, - жестко парировала Ольга, с неодобрением глядя девочке вслед.
– Никита, - обернулась она к помертвевшему сыну.
– Что это... кто такая эта девица? Ты, кажется, с ней знаком?

Но подоспевший Овечкин быстро отвлек её внимание.

– Оль, там внизу все без присмотра. Может, ты во дворике посидишь?

– Нет, это сделает Никита, - с тем же неуклонным выражением в голосе ответила Ольга.
– Сережа, сколько нужно твоим ребятам дать?

– Не беспокойся, с ними я сам разберусь.

Он взял Ольгу под руку и увлек в квартиру. На ходу обернулся к Никите и, делая страшное лицо, кивком указал в сторону лестницы, куда ушла Ева: мол, догоняй!

Парень не стал долго думать - бросился следом за ней. А Ева - она пыталась поднять рухнувшего на пороге отца - и плакала, плакала... Он подбежал к ней, но она зарыдала ещё пуще.

– Уходи отсюда!
– крикнула она сквозь слезы.
– Пузырь надутый!

Неизвестно, чем бы все это кончилось, если бы не вездесущий Овечкин. Он уже спешил к ним по лестнице и, мгновенно оценив ситуацию, подхватил под мышки Евиного отца, быстро оттащил его в комнату, захлопнул дверь и шагнул к Никите, который не решался ни приблизится к Еве, ни уйти прочь...

– Так, что тут у нас?
– бодрым и деловитым тоном вопросил Овечкин, без лишних слов забирая у парня из рук коробку, которую тот так и не выпускал из рук.
– Можно мне посмотреть? Понимаете, любопытный я страшно - это у меня с детства порок такой!

Его улыбка была такой открытой и столь неподдельно искренней, что девочка чуть-чуть успокоилась, перестала сверлить Никиту гневным взором и молча кивнула в ответ.

– Тут... это вертепчик. На Рождество.

Сергей осторожно снял крышку с коробки и ахнул. Там, на слое из ваты помещалась крошечная скульптурная группа, сделанная из глины: под навесом Иосиф и Дева Мария с младенцем, перед ними - волхвы в остроконечных шапках, а возле - куры, овечки, собаки... Это был Рождественский вертеп, изображающий рождение младенца Иисуса. Над головкой его на тонкой пружинке покачивалась, сияя, Вифлеемская звезда. Она была сделана из перламутровой пуговицы...

– Да это просто чудо какое-то!
– покачал головой Овечкин.
– И ты сама это сделала?

– Ну да, - всхлипнув, ответила Ева.

– Послушай-ка... так!
– Сергей Александрович поглядел на обоих подростков, как видно, принимая решение.
– У меня через две недели вернисаж будет - выставка. Картины, художники... так вот, это можно выставить там. У тебя талант, настоящий. Поверь мне! Это сделано с такой любовью и с таким мастерством, что... в общем, я покажу твой вертепчик на выставке. Не возражаешь?

Ева от нежданной радости онемела и снова кивнула. Сергей Александрович достал из кармана блокнот и ручку, выдрал листок, написал на нем свой телефон и протянул девочке.

– Мы с тобой так и не познакомились, - улыбнулся он.
– Твой друг не слишком-то обучен светским манерам. Но мы его простим на первый раз, ты как думаешь?

Ева опять кивнула. На губах её оживала улыбка. Противиться обаянию Овечкина было попросту невозможно!

– Меня зовут Ева, - очень тихо сказала она и вытерла слезы. Вообще-то мое полное имя Евгения, но я...

– Вот и буду звать тебя так. Мне табличку нужно к сроку красивую заказать, а на ней будет твое имя. Евгения Волошина, если не ошибаюсь?

– Угу, - она уже вовсю улыбалась - теплела и хорошела на глазах как цветок, распустившийся после дождя.

– Какая фамилия у тебя знаменитая! Ладно, Никита, забирай свой подарок. Пускай он пока у тебя побудет, потом я его заберу... на время. А после снова верну. Договорились?

Оба согласно кивнули. Сергей Александрович было простился с Евой, но на ходу обернулся, точно забыл что-то важное.

– Да, чуть не забыл. Их бы нужно обжечь - у тебя глина-то просто сама по себе высохла, а это штука недолговечная. Чтоб было по-настоящему, тебе нужна печь для обжига. Пусть небольшая. Сделаем вот как. Вот вам адрес это за городом, в Абрамцево. Там работает мой друг Нил Алексеевич. Вы поезжайте к нему... скажем, послезавтра. Я его предупрежу, что вы будете. Он подберет для вас все, что нужно. Надеюсь, ты позволишь Никите тебя сопровождать?

Поистине, это был день согласия! Ева не уставала кивать, улыбаясь Никите, который, кажется, готов был носить Овечкина на руках... если бы поднял, конечно!

Сверху раздался клич, призывавший Никиту - его искала мама. Он быстро подошел к Еве, остановился, точно налетел на незримую стену.

– Ты не обращай внимания на все... слышишь? На отца там, на моих... А твой подарок... у меня никогда в жизни такого не было... В общем, ты понимаешь! И я...
– он махнул рукой, склонился к ней и неловко поцеловал. Повернулся и кинулся прочь, как будто за ним собаки гнались.

– Я зайду вечером. Хорошо?

– Хорошо, - одними губами прошептала Евгения, несмело касаясь пальцами подбородка, куда пришелся его поцелуй...

Глава 5

ЗМЕИНА СНЕГУ

Вещи закончили перевозить ближе к вечеру - пришлось сделать ещё два рейса на "Курскую" с "Белорусской". Узлы и ящики, столы и стулья были свалены по комнатам где попало, так что в квартире пятачка свободного не было. Мама, бледная от волнения и усталости, просто валилась с ног. Отец с победным видом восседал на коробке с книгами и попивал коньячок, закусывая лимончиком - есть от усталости он просто не мог.

– Сейчас чуть отойду - пиццу разогреем. Ну что, орел, кушать хочешь?

– Не-а, - вяло ответствовал сын, чьи мысли витали далеко-далеко...

– Нет, ребята, так не годится!
– запротестовала Ольга.
– Целый день не ели и таскали весь день - надо поесть как следует.

Она скрылась на кухне, о Санчо, опрокинув рюмочку, с ироническим интересом воззрился на сына.

– Это что ж за явление утром было такое, а? Давай-ка рассказывай!

– Какое явление?
– Никита сделал вид, что не понял, на что намекает отец.

– Тень отца Гамлета!
– расхохотался Санчо.
– Ну, про соседа я не упоминаю - все и так ясно, а вот что из себя представляет его Корделия? То бишь Офелия... Тьфу ты, с этой вашей классикой - все перепутал! Корделия она где?