Чтение онлайн

Аманда, отраженная на экранах в разных ракурсах и размерах, медленно и неуверенно шагала вперед. До парапета оставалось с десяток шагов, как кто-то из гостей женским голосом воскликнул, перебивая монолог Вольского:

– Смотрите! Что это?! – И поднятая вверх рука указала в небо. Там действительно творилось что-то необычное.

В дымке рассеивающихся огней от фонарей и фонариков, освещавших лужайку, опускалось извивающееся тело гигантской рептилии с невообразимым размахом перепончатых крыльев. По мере того, как она опускалась все ниже, у наблюдавших это действо людей, все больше перехватывало дух от грандиозности и неестественности происходящего. Под взмахами крыльев ящера не сдвинулась ни одна молекула воздуха, хотя подразумевались его нешуточные завихрения.

Благодаря этому обстоятельству, люди, которые находились на банкете, в силу своей образованности и привычке современного мира давать вразумительное объяснение всем необычным вещам, не увидели ничего мистического и в этом явлении.

По мере развития всевозможных технологий, большинство людей научилось не доверять тому, что видит и слышит, будь то источником информации назойливое СМИ, или приятель, решивший поделиться ею из первых уст. Предполагалось критическое рассмотрение всех аспектов, и в первую очередь доверять уже своим ощущениям от преподнесенного акта действительности.

Поэтому гости и остальные участники этого вечера не сразу осознали опасность появления дракона над лужайкой. Все восприняли его как часть игры, с помощью которой, олигарх решил развлечь публику, отводя внимание от своей не вполне здоровой дочери.

Толпа с усиливающимся любопытством наблюдала, как рептилия, поджав под себя когтистые лапы, нацелилась своей внушительной мордой именно на Аманду.

Девушка же стояла посреди балкона и хлопала длинными и пушистыми ресницами, не подозревая о якобы надвигающейся опасности.

Пасть дракона приоткрылась, обнажив два ряда острых зубов, и поглотила дочь Вольского.

Гости притворно охнули.

Когда рептилия так же плавно и медленно воспарила, постепенно исчезая из поля зрения людей, они дружно вонзили взгляды на олигарха. Тот стоял в центре эстрады, напряженно вглядываясь ввысь, крепко сжимая кулаки, и как бы мысленно пытаясь вернуть свою дочь обратно. Затем Вольский опустил голову, закрыл лицо ладонями и быстро сбежал с помоста. Толпа недоуменно загудела.

– Что это было? – Вслух задал вопрос Дин Рой, который и так знал, что так сразу на него никто не ответит.

Гости все так же стояли в надежде на продолжение игры или дальнейшего разъяснения этой, казалось бы, шутки. Но на протяжении десяти минут ничего не происходило. Экраны показывали лишь пустую террасу и безлюдную эстраду. Казалось, что события решили сделать паузу, давая людям возможность самим решить их дальнейшее развитие.

Дин Рой в это время, опустив перед глазами сегменты видеохупа в виде очков, просматривал запись, одновременно давая команду в наушник-передатчик своему боту Джо, чтобы тот поделился своими наблюдениями.

Через пару минут он приподнял щитки и растерянно посмотрел на Ирен. Та, надев свои вирт-очки, тоже просматривала записи, сделанные ее ботом.

– Ничего не понимаю, – проговорила она, в свою очередь, уставившись на Дина.

– Если это была голография, которая поглотила другую голограмму, почему она не отразилась на цифровой записи? У тебя то же самое? – спросила Мюри в надежде на отрицательный ответ.

Дин покрутил головой в этом же контексте. Они продолжали смотреть друг на друга, понимая, что здесь их всех оставили в дураках, применив какую-то неведомую технологию. Немой диалог журналистов, прервали динамики, озвучившие голос какого-то человека, взошедшего на эстраду. Это был пресс-секретарь Вольского.

– Прошу всех внимания. Добрый вечер, хотя, он был добрым не для всех. Я от лица Владимира Вольского хочу извиниться за его внезапное исчезновение. Он хотел произвести впечатление воспроизведенной шуткой, но его дочери стало плохо, и пришлось прервать этот перформанс. На данный момент господин Вольский покинул Дартон-хаус вместе со своей дочерью для оказания ей соответствующих медицинских услуг. Еще раз приношу извинения за прерванный праздник. Желающие могут продолжить банкет. С вами говорил пресс-секретарь Эдуард Миллер.

– Как ты думаешь, он на ходу все это придумал, или была договоренность? – Спросил Рой свою коллегу.

Та пожала плечами:

– Скорее, заранее приготовленный шаблон.

– Сможешь раскрутить этого хлыща на более откровенное и подробное интервью?

– Подразумеваешь, чтобы я легла к нему в постель? Однако, ты хам Дин Рой.

– Да я и не надеялся на положительный ответ. Прилизанный он какой-то. И вообще, по-моему, он не по твоему профилю.

– И все-таки, ты хамишь. Нет, он нормальный парень. Всего лишь, метросексуал. На таких должностях раздолбаев не держат. А для чего ты хочешь его раскрутить?

– Да все по тому же поводу. Не нравится мне вся эта история. Ну что, заключим пари?

Ирен закатила глаза и покачала головой, затем закрутила ею в поисках своего героя репортажа – музыкальную звезду рока. Тот уже в экстравагантных одеждах вместе со своей группой уныло собирал реквизиты. Праздник был сорван, и ему не удалось закрепить свой триумф на этом торжестве. Хотя, наверняка получит за не выполнение условий со стороны заказчика, приличную неустойку.

У Ирен тоже из-за сорванного банкета весь собранный материал шел на смарку. Приходилось что-то быстро придумывать. Она отмахнулась от Дина и поспешила к звезде.

Дин Рой задумчиво проследил за ней взглядом и с опозданием вспомнил, что сам прибыл сюда с определенной целью.

Гости понемногу расходились, так как было верхом неприличия продолжать праздник, когда виновница торжества находилась в не лучшей форме.

Экраны погасли, черными пятнами провожая исчезающую в ночном небе разъезжающуюся на флайерах публику.

Рой все-таки обнаружил свой объект, который прислонив пятую точку к столу, что-то уминал, держа тарелочку перед собой. Его невозмутимости можно было только позавидовать. Дин Рой двинулся к нему, призвав в подкрепление верного Джо.