Шрифт:
Глава 1
История, которую я хочу вам рассказать, долго держала в оцепенении весь Лондон. Никогда еще люди не испытывали такого страха за свою жизнь.
Когда репортеру «Криминального курьера» Джеку Девину сообщили о пернатой змее, он громко расхохотался. Такие басни, считал он, возможны только в театре.
…Когда Элла Кред снова вышла на сцену, ее встретил оглушительный гром рукоплесканий. Изящный, отделанный искусственными бриллиантами, костюм, плотно облегал ее стройную фигуру. Она очаровала своих поклонников пленительной улыбкой, подарила воздушные поцелуи и, едва поклонившись, упорхнула за кулисы, но тут же появилась снова.
Актриса кивнула дирижеру, и оркестр заиграл первые аккорды шлягера — «Люблю все то, что так чарует сердце». Под звуки этой банальной мелодии, Элла заняла свое место на сцене, за ней выпорхнули девочки. Словно в вихре эксцентричного танца, кружилась гибкая фигура примадонны. Наградой ей был ураган аплодисментов.
Когда все закончилось, Элла подошла к дирижеру.
— Третья девушка в правом ряду не чувствует пьесу и работает только на зрителя. Она должна быть уволена. Зачем вы поставили блондинку в ряду? Я вам уже сто раз говорила, что фоном могут служить только брюнетки!
— Простите, мисс Кред! Я сегодня же уволю девушку.
— Что значит уволите? Вышвырнете! — зло взвыла Элла. — Выдайте ей месячное жалованье, и духу чтоб ее здесь не было! Все!
Элла Кред слыла неотразимой красавицей, для некоторых мужчин — недосягаемым идеалом девочки-душечки, но когда она выясняла отношения с дирижером, это была уже не обворожительная фея сцены. Под густым слоем грима отчетливо выделялись ее тонкие жесткие губы. Для Эллы рамок приличия в таких случаях не существовало. Она также считала зазорным уходить за кулисы вместе с труппой. Слишком велика была разница между нею и просто артистками, которые здесь служили. Да, да! Мисс Кред была хозяйкой театра, где сама и выступала. Она была жестокой повелительницей этой сцены, где каждый вечер блистала неувядаемой красотой.
Примадонна прошла между девушками, которые боязливо расступились перед ней. Некоторые кланялись и подобострастно улыбались, но мисс Кред игнорировала эти приветствия.
Маленькое, роскошно обставленное помещение, обитое шелковыми обоями, служило актрисе гардеробом. Камеристки помогли раздеться, она облачилась в шелковое кимоно и велела снять с себя грим.
В дверь постучали.
— Что там еще, узнайте! — нетерпеливо воскликнула Элла. — Я никого не принимаю.
Камеристка вернулась и тихо сказала:
— Вас желает видеть мистер Крюв.
— Хорошо. Пусть войдет. Быстрее снимите грим и отправляйтесь.
Крюв вошел, улыбаясь. Это был высокий, стройный мужчина с жесткими, морщинистыми чертами лица. Видно было, что он подкрашивал свою редкую шевелюру, в которой уже проглядывала седина. Он был во фраке и рубашке, застегнутой на три бриллиантовые пуговицы.
— Подожди меня, я скоро, — попросила Элла. — Можешь курить. — Дайте мистеру Крюву сигарету и поторопитесь, — обратилась она к камеристкам.
Гость расположился в кресле и наблюдал, как звезда сцены освобождалась от грима и покрывала лицо душистой пудрой. Но, похоже, это его мало интересовало. Элла встала и скрылась за шелковой портьерой. Он слышал, как она резко отчитывала камеристок. Было ясно, что актриса сегодня не в лучшем настроении, но Крюв не обратил на это внимания. Мало что могло вывести из равновесия преуспевающего биржевого спекулянта, и все же сегодня утром произошло нечто из ряда вон выходящее.
Наконец появилась Элла — в красном вечернем туалете, жемчужном колье, на груди красовалась брошь с пятью смарагдами. Эти украшения стоили бы целого состояния, если б не были искусной подделкой.
— Я все устроил так, как мы условились, — любезно проговорил мистер Крюв, когда камеристки оставили их наедине. — Но ты сошла с ума, если носишь с собой все драгоценности.
— Имитация! — небрежно бросила она. — Неужели ты думаешь, Билли, что я такая дура и стану рисковать двадцатью тысячами фунтов стерлингов! Что тебе нужно? Я сегодня приглашена на ужин.
Последние слова актриса произнесла резким, ледяным тоном, но гость был холодно невозмутим.
— Кто же станет сегодня твоей невинной жертвой? — спросил он, улыбнувшись.
— Молодой джентльмен. Англичанин. У его отца десять миллионов или около того. Эти люди так богаты, что не знают, в какие дыры запихивать свои капиталы. Он сейчас будет здесь. Что ты, собственно, хотел?
Мистер Крюв достал из бумажника аккуратную маленькую карточку, чем-то походившую на дамские визитки, но, в, отличие от них, на ней отсутствовало имя владельца, а в центре располагалась загадочная фигурка — изображение пернатой змеи. Под ней выделялись слова:
«Чтобы вы не забыли».
— Что это? Оригинальная загадка — пернатая змея?
Крюв утвердительно кивнул.
— Первую карточку мне прислали по почте неделю тому назад, а эту я нашел сегодня утром на своем туалетном столе.
Она пристально посмотрела на него.
— Что это может быть? Реклама?
Крюв неопределенно покачал головой и еще раз прочел:
«Чтобы вы не забыли».
— Что-то подсказывает мне, что это предостережение. Надеюсь, это не ты подшучиваешь надо мной?
— Я?! Неужели мне больше нечем заняться? Или я сошла с ума? Или ты считаешь, что меня хватает только на такую дурость? Почему ты думаешь, что это предостережение?
Крюв озабоченно потер лоб.
— Пока ничего определенного не могу сказать.
Элла громко рассмеялась.
— И поэтому ты пришел ко мне? Информацию получил, прощупал… А теперь можешь отправляться дальше, у меня сейчас нет времени. Ко мне должен прийти человек, ты же знаешь. Я не хочу, чтобы он видел тебя здесь.
Она открыла свою маленькую золотую сумочку и потянулась за носовым платком. Крюв увидел, как выражение ее лица мгновенно изменилось. Сумочка упала на пол. Элла держала в руках точно такую же карточку, как у него.