Перевоплощение
Шрифт:
«Тайги? – сердце Дэниела застучало как ненормальное. – Неужели это ты? Не может быть! Нет! Нет!» – Дэниел с недоверием смотрел на изломанные ногти, царапины и ссадины на руках. Сердце его обливалось кровью каждый раз, как он замечал новую царапину или синяк на коже.
«Тайги, что же ты сделал с моим телом?»
Тихий как писк мыши и жалобный как скулеж волчонка, попавшего в капкан, стон вырвался из груди Дэниела и потревожил сонное поместье.
Дэниел приблизился к знакомому незнакомцу и вгляделся тому в лицо. Ни борода, ни усы, ни застрявшие в бороде комки грязи, – ничто не могло скрыть от кошачьих глаз Дэниела очертаний его родного лица. Сомнений у Дэниела больше не осталось. Перед ним был Тайги.
Тайги, как только заметил поблизости кошачье тело, прекратил бессмысленные попытки протиснуться на территорию поместья Нэвилов, замер и устремил взгляд на кота.
«Черт бы тебя побрал, Тайги. Что ты здесь делаешь?» – Дэниел с легкостью протиснулся через прутья ограды и оказался на тротуаре по ту сторону поместья Нэвилов, оглянулся по сторонам и вздохнул с облегчением, никого не заметив. Уж очень ему не хотелось, чтобы кто-нибудь видел его человеческое тело в таком состоянии.
«Как хорошо, что Джесси не видит этого кошмара. Как хорошо, что она спит. Если бы она это видела, я бы умер от стыда», – подумал Дэниел и бросил испуганный взгляд на балкон девушки. Нет ли ее там? Не наблюдает ли за котом и этим странным человеком с повадками неразумного животного? Но нет, балкон был пуст.
Дэниел посмотрел на притихшего Тайги.
«И все же, что он тут делает? Тайги, что ты делаешь у поместья Нэ…? – догадка стрижем пронеслась в сознании Дэниела. – Джессика говорила, что потеряла Мьюриэля, когда была в Стерлинге. Это произошло в то же время, когда у нас появился Тайги. Теперь Тайги пришел сюда, к поместью Нэвилов, пришел домой, туда, где его любили и не обижали. О, Тайги! Вернее, Мьюриэль», – Дэниел воззрился на Тайги с таким видом, будто впервые его видел.
«Что же мне теперь с тобой делать, Тайги? Не брать же тебя с собой в… Стоп! Почему не брать? Конечно же, брать. Без Тайги я не смогу вернуть свое тело… Надо бы увести тебя отсюда», – Дэниел взглянул на Тайги. Тот казался немного растерянным. Глаза пристально смотрели на кота рядом, крылья человеческого носа двигались.
Тайги припал к земле, осторожно придвинулся к коту и потянул носом.
«Что? Знакомое тело? – Дэниел фыркнул, улыбка так и просилась на морду.
– Знаешь, друг, я совершенно не против тебе его вернуть. Готов хоть сейчас. Ты мне должен еще спасибо сказать за его сохранность. Глянь, – Дэниел повернулся к Тайги боком, – твое тело даже в лучшем состоянии, чем было раньше. Не то что мое, – Дэниел вновь взгрустнул. – Ну да ладно. Изменить я пока ничего не могу… Как же тебя повести за собой? Не привязывать же бумажку к нитке?»
Дэниел сел на асфальт и задумался. Тайги сидел рядом и продолжал обнюхивать родное тело. Растерянность на его человеческом лице сменилась неким подобием удовлетворения. Это не укрылось от внимания Дэниела.
«А если бумажкой на веревке будет твое тело, побежишь за ним?» Дэниелу пришла в голову идея. Он взглянул на Тайги, перевел взгляд на свое кошачье тело, затем поднялся на лапы, отбежал в сторону, остановился и принялся ждать действий со стороны Тайги. Какое-то время Тайги смотрел на Дэниела, затем посмотрел за забор, на дом Нэвилов, вновь устремил взгляд на Дэниела. Дэниел отбежал еще на несколько метров и остановился.
«Давай, малыш, если у нас все получится, обещаю, ты окажешься в том доме, в котором хочешь оказаться».
Тайги приподнялся, бросил взгляд за забор, повернул голову к Дэниелу, жалобно мяукнул и медленно поплелся к нему. Дэниел снова отбежал, обернулся, Тайги двигался следом.
«Ну что, малыш, теперь мы готовы с тобой идти в Стерлинг», – Дэниел улыбнулся и повел Тайги прочь от поместья Нэвилов.
Глава 30. Дом, милый дом
Дэниел лежал в тени падуба, прячась от лучей вечернего солнца, и смотрел на холм Эбби-Крэйг с венчавшим его монументом Уоллеса вдалеке. В груди у него творилось что-то странное. На морде блуждала глупая улыбка, глаза что-то выискивали вдали.
Прошли дни, и вот они с Тайги недалеко от Стерлинга, недалеко от дома, родного для Дэниела и неродного для Тайги, а точнее Мюриэля. Но Тайги-Мюриэля это обстоятельство, казалось, нисколько не заботило. Сейчас он лежал недалеко от Дэниела и спал. Последний ночной и часть дневного перехода выдались тяжелыми, тяжелыми в плане расстояния, которое им пришлось преодолеть, чтобы наконец-то добраться до Стерлинга.
Большей частью Дэниел и Тайги двигалась ночью, днем же они отдыхали, собираясь с силами перед очередным долгим ночным переходом.
Предпочитая дневному передвижению ночное, Дэниел стремился избежать встречи с людьми. Сам он вряд ли был бы им интересен, но Тайги – совсем другое дело. Тот обязательно привлек бы к себе лишнее внимание своими странными, совсем не человеческими манерами. Поэтому, чтобы избежать встречи с людьми, Дэниелу приходилось не только двигаться ночью, но и избегать шумных трасс, одиноких ферм и стороной обходить города и деревни. Благодаря таким предосторожностям, людей Дэниел и Тайги видели редко. Да и местность благоприятствовала сокрытию странной парочки: вереницы холмов с зарослями вереска часто сменялись зелеными долинами, поросшими ильмом, падубом, дикой яблоней и березой. Так что Дэниелу и Тайги всегда было, где спрятаться в случае опасности.
Как говорилось, двигались Дэниел и Тайги ночью, днем же отсыпались, правда, отсыпался больше Тайги, а вот Дэниелу, бывало, никак не удавалось заснуть. Мысли о скором возвращении домой часто сменялись мыслями и воспоминаниями о Джессике. Иногда Дэниел спрашивал себя, не совершил ли он ошибку, оставив Джессику и пустившись в столь непредсказуемую авантюру. Но стоило ему посмотреть на мирно спавшего рядом Тайги – оборванного, заросшего и грязного – как тут же сожаления и сомнения сменялись безумным желанием как можно скорее добраться домой. Для Дэниела было невыносимой мукой видеть родное тело в столь ужасном состоянии. И сейчас Дэниел в который раз смотрел на Тайги, сопевшего рядышком, и лелеял мечты о том, что мир сжалится над ним и вернет родное тело.
Дэниел отвернулся от спящего Тайги и снова устремил взгляд к монументу Уоллеса.
«Как только ночь опустится на Стерлинг, мы пойдем с Тайги домой, а пока что… – Дэниел посмотрел на сереющее небо, – пока что собирается дождь. Неплохо было бы найти какое-то укрытие получше этого дерева, – Дэниел косо глянул на зиявшую многочисленными просветами крону падуба и прислушался. В вышине заворчал старик гром. – Но тогда придется приближаться к людям, а вот этого мне как раз и не хочется. Ну да ладно, может, дождь маленьким будет, что тревожиться раньше времени».