Чтение онлайн

— Какого чёрта ты тут забыла?! — практически ору ей в макушку.

Вздрагивает всем телом и разворачивается, глядя мне в грудь. Даже на каблуках ниже.

— Я только… — начинает говорить, но я перебиваю, даже не дослушав, и передразниваю:

— Я только… Пошла вон из моего кабинета! И чтобы без стука больше не входила! — стоит, молчит, грудь ходуном ходит, а я вспоминаю о чёрном бюстгальтере. — И будь осмотрительна в выборе одежды на переговоры, — добавляю резко, — не на панель собираешься!

— Тимур Александрович, — говорит медленно, поднимая голову, — я только хотела вернуть Вам часы, — тыкает мне ими в живот, а я машинально забираю. — Прошу прощения, что без стука, этого больше не повторится.

Обходит меня и выходит, мягко прикрыв за собой дверь, а я смотрю на часы отца в своей руке. Я даже не помнил, что надевал их. И уж тем более был не в курсе, что потерял.

Открытый бар резанул взгляд, я подлетел к нему и с силой ударил по бутылке водки, разлетевшейся вдребезги на кафеле.

В воздухе запахло безумием.

Зазвонил рабочий телефон.

— Да! — рявкнул в трубку.

— Через пятнадцать минут конференц-связь с Ибрагимом, — услышал язвительный голос матери и тут же отключился, набрав секретарю.

— Уборщицу ко мне, — бросил сухо и пошёл к ноутбуку.

Встреча была отмечена в рабочем календаре и вместо переговорной указан мой офис. Я проверил, кто ещё должен присутствовать, и слабо поморщился. Гордеева Диана и Пименов Аркадий. Вряд ли у нас есть ещё одна переводчица Диана. А перед этой я выставил себя мудаком уже трижды. И каков предел? В какой момент пора осознать, что неплохо было бы, как минимум, извиниться? Точно не сейчас…

За две минуты до назначенного времени в дверь постучали.

— Входите! — сказал громко, восседая за огромным столом, во главе его.

— Здравствуйте, Тимур Александрович, — сказала переводчица, проходя первой. Как будто это кто-то другой орал на неё пятнадцать минут назад.

Села по левую руку вне зоны видимости веб-камеры и уставилась в стол.

— Тимур Александрович, — залебезил юрист, протягивая руку. Я пожал её, слегка поморщившись: потная. — Приношу свои извинения…

Я не слушал. Смотрел на переводчицу и думал — извиниться ведь так просто. Почему язык не поворачивается? Почему хочется вытащить все шпильки из её пучка, медленно, одну за одной, распустить роскошные длинные волосы и… чёрт возьми, намотать их уже на свой кулак?!

Раздался звонок, а через несколько секунд я услышала голос Ибрагима, едва сдержав улыбку.

— Уважаемый Тимур Вячеславович, нам очень жаль, что возникла эта нелепая опечатка в договоре, которую пропустили оба юриста, — перевёл его Али.

Пименов побагровел под суровым взглядом Тимура и на этот раз начальник был справедлив. Опечатка в слове договор! На первой странице! Жирным шрифтом! «Догавор»! Совершенная нелепица.

— Согласен, ситуация в самом деле абсурдная, — сказал Тимур, слабо улыбнувшись. — Ваши предложения?

Я перевела и заговорил Ибрагим.

— Мой клиент настаивает на ответном визите. Он же, в свою очередь, прилететь в ближайшем будущем просто не имеет возможности. Хотя, он так же уверяет, что все договорённости в силе и он готов повторно подписать контракт на тех же условиях.

Ибрагим столько не наговорил, сколько перевёл Али. Он вообще говорил совершенно другое.

— Душа моя! Я счастлив слышать твой голос! Жаль, что не могу увидеть, но всё же надеюсь на скорую встречу. Возьми купальник и шляпку.

— Ибрагим, когда Вы готовы принять меня? — спросил Тимур, я перевела, а Ибрагим ответил:

— Душа моя, я мечтаю увидеть тебя как можно скорее!

— Мой клиент рассчитывает принять вас на этой неделе, — говорит Али, — а так же выражает желание проводить переговоры тем же составом, что и вчера.

— Что ж, — подытожил Тимур, — я сообщу по электронной почте, когда мы забронируем билеты и отель.

— Ни в коем случае! — повысил голос Ибрагим, а Тимур слегка отпрянул от монитора, посмотрев на него с недоумением.

— Мой клиент выражает желание принимать вас на своей вилле, — поясняет Али невозмутимо, — это будет удобнее и сэкономит время обеим сторонам.

Тимур завис, явно обдумывая предложение, но отказаться значило бы поставить крест на сотрудничестве, турки весьма обидчивы.

— Буду рад принять приглашение, — сказал после паузы и на горизонте замаячила командировка.

Тут же перевела, Ибрагим рассыпался в комплиментах, а Али подытожил:

— Мой клиент ожидает письма с деталями прилёта. В аэропорту вас будет ждать машина.

Короткое прощание и Тимур с силой захлопывает крышку ноутбука.

— Свободны, — говорит сквозь зубы и я тут же встаю, торопясь покинуть его кабинет.

Каких же неимоверных усилий мне стоило сохранять спокойствие и самообладание! Если так пойдёт и дальше, лучше уж уволиться. Опыт есть, я без труда устроюсь в другую компанию… наверное. Надо посмотреть на всякий случай, есть ли на рынке труда вакансии. А пока займусь тем, что действительно важно.

— Таня! — позвала подругу, заглянув в её закуток, а она подняла вверх указательный палец, не отрывая рук от клавиатуры и продолжая увлечённо печатать.

— Да, — ответила, подняв взгляд через пару минут. На работе Татьяна работает. Как ишак, таща на себе перевод всей иностранной документации.

— Нужен гематолог, Тань, — сказала кисло, а она нахмурилась:

— В чём дело?

— Мама… — я почти прошептала, поджав губы, а она прикрыла глаза и опустила голову. Когда год назад мама слегла с инфарктом, она единственная оказала реальную поддержку.

— Гематолог? — переспросила деловито, а я кивнула. — У меня нет, ты же знаешь, без рода, без племени, но к вечеру найдём, не переживай.