Чтение онлайн

— Вы не подскажете, где живут Гущины?

— Если Иван, то в тридцатой квартире, а если Василий, так он сидит сейчас, не связывайся ты с ними, сынок, подонки они. Мать у них недавно умерла, мы ходили по всему дому, деньги собирали, чтобы хотя бы гроб сделать. Отдали Ивану, так он их пропил, деньги-то. Так в целлофане и похоронили, а он даже на кладбище не пошел. Не ходи к нему, он сейчас в запое! Послушайся бабку, не ходи.

Иван постоял, пока бабка ушла, и поднялся на третий этаж. Вот и тридцатая квартира. Звонка нет. За дверью тихо. Постучал — тихо.

«И чего это я вдруг с этим подонком буду любезничать!» — обозлился Иван и постучал громко и настойчиво. Что-то зашаркало за дверью, щелкнул замок, и в приоткрывшуюся дверь высунулась пьяная рыжая морда.

— Ну? — промычал. — Че надо?!

Ивана это еще больше взбесило. Он со всей силы ударил в дверь ногой и, повалив Гущина на пол, заскочил в коридор, тут же захлопнув дверь. Гущин довольно резво встал.

— Меня! Гущина! — завопил и замахнулся наполовину пустой бутылкой, но Иван, отбив руку, с такой силой припечатал его к стенке, что тот, закатив глаза, медленно сполз на пол.

Глава двадцать девятая

После завтрака огромная семья, образовавшаяся буквально час назад, сидя за двумя сколоченными из досок и покрытыми ДВП столами на таких же самодельных длинных скамейках, слушала Андрея, который, привлекая всеобщее внимание, сказал:

— Учитывая то, что Анатолий Иванович хотя и подполковник, но отставной, а я капитан, но настоящий, потому я хочу предложить вам следующее: во-первых, все серьезные решения будем принимать вот так, сидя за этими столами; во-вторых, поскольку нам предстоит многоплановая работа, то предлагаю разбиться на следующие группы: первая — сельскохозяйственная. В ней работают, конечно, братья, Петр и Павел, им в помощники поступают Егор, Светлана, Поля и Оля, пока все. Да, еще машина, по-моему, «вольво». Дальше — общее руководство всеми нами будет осуществлять Силин Анатолий Иванович. Вторая группа — строительная. Старшим в группе будет Силин Егор.

— Но я, же не по тому профилю учусь.

— Все мы «не по тому профилю», пока все молчите, когда я закончу, начнем обсуждать. Я всю дорогу думал, а теперь говорю. Так вот строительная группа, — в нее входят: Силин Егор, ему будет придано две бригады каменщиков, одна — плотников и две — штукатуров, итого — человек двадцать пять-тридцать, да плюс техника: экскаватор, автопогрузчик, панелевоз. Третья группа — хозяйственная, в нее вошли те, кто будет заботиться о наших желудках. Это, конечно же, Клавдия Ивановна, Нина Ивановна, Варвара, Оксана, и, по мере прибытия переселенцев, мы будем ее пополнять.

— Каких переселенцев?

— Я сказал: помолчите пока! Дальше — медсанчасть: конечно, наша мамочка, а помогать ей будет Оксанка. Эти две бригады будут располагаться рядом и, соответственно, помогать друг другу. Четвертая группа — снабжение. За это берусь я, помощников мне не надо. Пятая группа — добыча камня и рытье котлованов под дома. Я извиняюсь, Сережа, но это твоя работа, ты — подрывник, сапер, мы тебе все необходимое дадим буквально завтра. Вот теперь у меня все. Пожалуйста, предложения, замечания.

Андрей так мощно все продумал, что замечаний почти не было

— Я немножко не согласен, — сказал Егор, — мы забыли про отдых, про море.

— Какой там отдых! — закричали все. — Работы по горло!

— Ну да, а вы забыли истинно русское: по щучьему велению, по моему хотению.

— Ага, это только в сказках бывает.

— А я что, против? Конечно же, в сказках. Но вы обратили внимание, что сегодня дождь прошел? Вот-вот, а вы видели, сколько сзади постройки кирпича сложено? А сколько блоков фундаментных? Видели?

— Где лежит-то? Никто ничего не видел.

— Ладно, выйдите, поглядите. Поэтому я не согласен, что мне нужно работать только в сельскохозяйственной группе, я попробую всем помогать. А плиты для перекрытия видели?

— Ладно, согласны, посмотрим о каком кирпиче и о каких плитах идет речь.

— Так как же насчет отдыха? Предлагаю каждую пятницу в четырнадцать часов уезжать на море. Транспорт есть, расстояние небольшое, и быть там до понедельника. В понедельник утром выезжать обратно. Тут оставаться будем по графику. Как, согласны?

— Согласны!

Только братья-близнецы сидели молча, улыбались, всем своим видом показывая: давай, давай, скоро ваш пыл поугаснет.

Но когда все вышли на улицу и увидели огромные кучи кирпича и около десяти штабелей красиво уложенных плит для перекрытия и горы блоков, то даже братья-близнецы изумленно переглянулись.

— Ну, дает, брательник! Так и город можно построить!

А когда огромная семья снова вопросительно посмотрела на Егора, то он спокойно сказал:

— А чего? Если наше Российское правительство не думает восстанавливать многострадальное черноземье, кто-то это должен делать, иначе нам — труба. Вот мы и будем делать.

— Притом, любыми путями, кто как может, — добавил Андрей, потом отозвал в сторону близнецов и сказал, — я вам подарок привез, пойдемте к машине — покажу.

— Вот берите, пользуйтесь. Они нигде в розыске не значатся, это память.

— Пистолеты? А зачем они нам?

— Как это — зачем! Вы на рынок что-нибудь вывозили? Чем-нибудь торговали? Берите, точно пригодятся, можете пока спрятать куда-нибудь. Я их из Молдавии привез. Там они свое дело сделали, хотя папка и запрещал. Берите!

Петр с Павлом посомневались, но пистолеты все, же взяли.

— И вот еще, это уже дополнительно, — Андрей протянул увесистую коробку.

— А тут что?

— Там патроны к ним, по четыре магазина, два прибора ПБС, — знаете, что это?

— Конечно, ты что нас за идиотов считаешь, мы хоть и на флоте служили, но о приборах бесшумной стрельбы знаем.

— Ну, вот и хорошо, так будет надежнее.

Ярко-красное солнце, стоявшее высоко над горизонтом, сегодня, как никогда, было сказочно нарядное и красивое, окруженное желто-оранжевым ореолом, оно улыбалось.