Чтение онлайн

Она неуверенно рассмеялась, пытаясь заговорить обычным голосом:

— Вы на Милсом-стрит, сэр, полностью загораживаете проход в отличную библиотеку Даффилда. И зрелище джентльмена с воинской выправкой, который стоит, словно окаменев, со шляпой в руке, привлекает внимание, позвольте напомнить вам об этом. Не уйти ли нам в менее оживленное место?

Он, бросив испуганный взгляд через плечо, покраснел, засмеялся и снова надел свою касторовую шляпу с высокой тульей.

— О Господи, вы правы! Но я был так поражен! Могу ли я сопровождать вас? Ваша горничная… Ваш лакей…

— Я одна. Вы можете предложить мне руку, но разве вы не собирались зайти в библиотеку?

— Нет — да! Какое это имеет значение? Но вы одна? Как же так? А вы уверены…

— Дорогой мой Гектор, в следующий день рождения — а до него, между прочим, не так уж и далеко — мне будет двадцать шесть! — сказала Серена, кладя руку на сгиб его руки и мягко увлекая в сторону от входа в библиотеку. — Как же давно, кажется, все это было. Мне тогда едва исполнилось девятнадцать лет, а вы так гордились своим первым чином. К каким заоблачным высотам вы поднялись на этот раз? Скажите мне, как я должна к вам обращаться?

Его свободная рука поднялась, чтобы легко пожать ее пальцы в перчатке, что так нежно касались сгиба его левой руки.

— Как вам будет угодно. Но то, как музыкально ваши губки произносят имя Гектор, напоминает мне, что я и не надеялся когда-нибудь это услышать. Увы, заоблачных высот нет: я не достиг ничего более внушительного, чем чин майора.

— Уверяю вас, это звучит очень мило! Вы сейчас в отпуске? Вы ведь не в военной форме.

— Я продал чин в конце прошлого года. Возможно, вам это неизвестно — мой брат скончался вот уже три года назад. Я вступил во владение наследством в то время, когда Бонапарт бежал с Эльбы, и, если бы не это обстоятельство, мог бы выйти в отставку еще два года назад.

— Я не знала. Прошу вас, простите меня.

— Да и откуда вам было знать? — просто ответил Киркби. — Я никогда не мечтал, что займу хоть какое-нибудь место в вашем сердце.

Она поняла, как же действительно мало думала о нем, и с запинкой сказала:

— Или я… Я не знала, что вы будете хранить память обо мне так долго… после… стольких лет.

— Серена, вы никогда не покидали моих мыслей. Ваше лицо, ваши улыбающиеся глаза, они сопровождали меня в каждой кампании.

— О нет, как вы можете быть таким романтиком! — воскликнула она, ошеломленная и тронутая таким признанием.

— Но это правда! Когда я прочитал о вашей помолвке с лордом Ротерхэмом… как мне описать все, что я тогда пережил!

— Так вы прочитали объявление!

— Да, прочитал. — Он горестно улыбнулся. — У меня вошло в привычку всякий раз, когда мы получали лондонские газеты, читать колонки светской хроники, желая найти хотя бы упоминание о вас. Я смешон, не правда ли? Номер «Морнинг пост», в которой было напечатано то объявление, мне прислала сестра. Она знала, что я был знаком с вами, и решила, что мне будет интересно прочитать о вашей помолвке. Едва ли она догадывалась, какие страсти бушевали в моей душе! Я подготовил себя к мысли о том, что вы выйдете за другого. Надеюсь, я мог бы перенести это гораздо легче, если бы вашим избранником был кто угодно, только не Ротерхэм!

Серена удивленно посмотрела на него.

— Вы так его не любите? Мне казалось, что вы едва знакомы.

— Это верно. Возможно, я встречался с ним всего раза три. — Он помолчал, и Серена увидела, как сжались его красиво очерченные губы. — Я всегда был убежден, что это именно он разлучил нас.

Она была ошеломлена.

— О нет! Уверяю вас, это было не так. Нет, это было просто невозможно!

— Я думал о том, какое влияние он имел на вашего отца и с самого начала понял, Серена, что нам с ним суждено стать врагами.

— Вовсе нет! Вы только вспомните, как вы были молоды. Конечно, Ротерхэм не из тех людей, которые сразу бросаются вам на шею, его сдержанные манеры и вечно нахмуренный вид — все это заставило поверить, что вы ему не по душе. Мой отец не стал бы очень поощрять наш с вами возможный брак по чисто светским причинам. Кроме того, отец полагал, что мы были слишком молоды — да! И мне кажется, что он уже тогда подумывал, что мне надо бы выйти замуж за Ротерхэма!

— Если бы только он не позволил Ротерхэму убедить себя, что мы друг другу не подходим, тогда он не был бы так непреклонен. Он был слишком привязан к вам, чтобы позволить пожертвовать вашим счастьем из чисто светских соображений.

— Возможно, так он и думал, но чтобы Иво вбил это ему в голову!.. Нет, я не позволю вам так говорить и думать. Бог ты мой, Гектор, да зачем бы ему так себя вести?

— Когда прочитал объявление о вашей помолвке, я получил ответ на эту загадку.

— Что за ерунда! Ведь это было уже через три года. Иво и в мыслях не держал жениться на мне тогда! — Серена вспыхнула и добавила — Я ведь вскружила ему голову и бросила его, знаете ли вы об этом?

— Я знал это. Должно быть, для вас это было развлечение, а для меня — о, если бы я мог сказать, какое облегчение я тогда почувствовал! Я понял, что сердце ваше свободно и что этот брак был организован вашим отцом по расчету.

Мгновение она молчала, но тут же заговорила вновь:

— Я даже не знаю, что сказать. Отец искренне желал этого брака. Он никогда не давил и не принуждал меня… Гектор, если вам неприятно это слушать, мне очень жаль, но мне было бы очень неприятно, если бы я обманывала вас. Я очень желала этого брака, даже вообразила, что влюблена в Иво! Вот видите! Теперь вы знаете, что я была совсем не так постоянна, как вы.

— Я всегда любил в вас вашу честность. Ваш открытый взгляд, чудесную откровенность. Но ведь вы же не любите Ротерхэма?!

— Нет — это было лишь мимолетное увлечение, оно быстро прошло, и наша помолвка была расторгнута. Конечно, я вела себя не самым лучшим образом, но можете мне поверить, он был так же рад избавиться от меня, как и я от него.

Он снова сжал ее руку.

— Я не могу в это поверить! Один его характер, такой властный и высокомерный…

— О да, но мой собственный характер, вы же знаете… он тоже не сахар, — сокрушенно сказала она.

— Как это похоже на вас — так говорить, но это же неправда, Серена!