Перехват
Шрифт:
Эйва долго молчала и с задумчивым видом скребла подбородок. Потом наконец кивнула:
— Точно! Твои планы… Короче, у меня тут с расшифровкой какая-то странная штука выходит.
— А-а-а! — дошло до меня. — Так это ты материалы Танта пытаешься расшифровать?
— А на что это еще может быть похоже? — удивилась подруга, кивая на изображение с таким видом, словно ответ был очевиден. — Ты дала мне задание, вот я его и выполняю.
— И что, — осторожно уточнила я, — не получается?
Суккуба тяжко вздохнула, на мгновение прикусила острым верхним клыком пухлую губу и ответила:
— Вот это как раз и странно: получается. Но с каким-то подозрительно нелепым результатом.
Я нахмурилась:
— Это как?
— Ну вот, смотри. — Эйва на секунду прикрыла глаза, как она всегда делала, когда управляла системой «изнутри», и на панели появился небольшой кусок текста. Я шагнула вперед и жадно впилась в него взглядом. Прочитала, почти не моргая. Немного подумала. Прошлась по тексту еще раз, теперь медленнее. В надежде, что в первый раз что-то упустила. Потом все же спросила:
— Я правильно понимаю, что это — оперативная сводка по рынку поставок и монтажу медицинского оборудования за прошлый год?
Эйва пожала плечами:
— Понятия не имею! Но текст мы с тобой видим одинаковый.
— И он действительно был в материалах Танта?
— Ну да, — кивнула подруга. — Я тоже удивилась, когда почти неделю расшифровывала кусок отчета по обзору рынка трубопроводов для медицинских газов.
Я задумчиво хмыкнула и уселась на край заваленного какими-то железками рабочего стола суккубы:
— Какая связь между Кирой, новейшим космическим крейсером и этим трубопроводом?
Эйва ухмыльнулась и, небрежно подвинув нагромождение плат, большая часть которых еще в прошлом веке попрощалась со своими лучшими деньками, села рядом:
— И тут мы плавно подходим к вопросу о том, зачем я тебя пригласила. Мне кажется, это — обманка.
Я с недоверием покосилась на расшифрованный кусочек текста:
— В смысле?
— Существует особая практика кодирования, — объяснила суккуба. — Ее смысл в том, что, если подобрать неверный ключ к зашифрованному тексту, система выдает заранее подготовленную обманку. Какую-то нелепицу вроде того, что ты здесь видишь. Это дает ложное впечатление, что текст расшифрован, и дальше уже никто не копается.
— Хитро, — подумав, оценила я. — Нет, правда: интересный метод. И секрет сохранен, и врагу «утку» подбрасываешь… А можно расшифровать уже расшифрованный текст? В смысле проигнорировать обманку и попытаться все-таки отыскать правильный ключ?
Эйва поджала губы:
— Вообще-то можно. Но если бы все было так просто, я бы тебя прийти не просила. Понимаешь, я уже сталкивалась раньше с такой практикой, и первое, что сделала, получив медицинский отчет, — попыталась, как ты выразилась, его проигнорировать. Только у меня ничего не вышло. Я два дня ковырялась во внутренностях кода. Я пропустила его по всем известным фильтрам и даже применила одну из последних человеческих программ по декодированию, между прочим, государственную, так что ты можешь представить ее способности, но… эта головоломка мне так и не поддалась. Мой единственный разумный вывод в итоге: это может быть только реальным текстом.
— То есть… — Я растерянно провела ладонью по коротко выстриженному затылку. — Ты думаешь, что это — обманка, но при этом уверена, что это же и реальный текст? Тебе не кажется, что здесь есть явное противоречие?
Эйва устало потерла пальцами лоб:
— Смешно, правда? Сошлись в поединке логика компьютера и его пользователя… С точки зрения моего декодера больше расшифровывать нечего. Результат может быть таким и никак иначе. Но когда я читаю эти строки, я понимаю, что это — бред. С другой стороны… и это меня тоже сильно беспокоит… обычно обманки делают по своей сути очень близкими к оригиналу. Да, с отличиями, конечно, но так, чтобы хакер как можно дольше не догадывался, что его обманули. И как в таком случае объяснить появление этого документа среди прочих, я не знаю. Потому что если это действительно обманка, то ее сделал кто-то очень бестолковый.
— Понятно… — протянула я. Хотя на самом деле понятно было немного. Кроме того, почему, собственно, меня позвали. Эйва еще не знала, что будет делать дальше, но решила сразу объяснить мне риски. И немного поубавить накал ожидания. Чтобы потом сюрприза не было, ага.
— Возможно, это — настоящий текст, и мы просто чего-то не понимаем? — добавила она после минутной паузы. Судя по тону, без особой надежды на положительный ответ. Но я ее разочаровала:
— Вполне может быть.
— А может случиться и так, что мы расшифруем все кусочки и в итоге не получим ничего, — пессимистично закончила суккуба.
Я вяло угукнула в ответ и на несколько минут замолчала. Просто не знала, что сказать. Любое решение, которое можно было принять в подобной ситуации, с равной долей вероятности вело в никуда.
Тяжкие размышления прервал внутренний голос, напомнивший, что я вообще-то кое-куда спешила, прежде чем Эйва своим звонком перехватила меня на полпути.
— Который час? — встрепенулась, отрывая глаза от голограммы.
— Без десяти семь, — флегматично ответила суккуба, тоже размышляющая о чем-то своем.
— Черт! Мне пора убегать. — Я резко выпрямилась. — У меня тренировка с Тантом.
— Первая после семейного ужина?
Я кивнула. Ну да, первая. Мы с Фенриром, не сговариваясь, почти двое суток оттягивали сие неприятное событие. Интересно, ему тоже было неловко со мной общаться после того выброса феромонов, который произошел на террасе в доме моих родителей? Или он втайне надеялся прекратить занятия и именно поэтому не назначал следующее, пока я сама не отправила ему сообщение?
— А ведь ты мне так и не рассказала, как прошел вечер, — с легкой обидой в голосе напомнила подруга.
Я ухмыльнулась и быстрым шагом направилась к двери:
— Все расскажу. Но сначала закончи расшифровку.
— То есть ты все-таки хочешь, чтобы я продолжала? — удивленно подняла брови Эйва. — Даже зная, что результат будет нулевым?
— Он может быть нулевым, — с ударением на слове «может» поправила я. — А может и не быть. В любом случае это пока единственный шанс узнать, какие у лорда Танта планы на нашу команду. И что он вообще о нас знает. Потому мы должны им воспользоваться, даже если в итоге наши… — я замешкалась, пытаясь подобрать красивое слово, — изыскания ни к чему не приведут.