Переговорщик
Шрифт:
– Тебе не нравятся женщины?
– Так! – поднял правую руку Алексей. За левую его все еще крепко держала Лила. – Давай нарисуем смайлику глазки.
– Что это значит?
– Это значит – давай во всем разберемся.
– А при чем тут смайлик?
– Просто образное выражение. Знаешь, некоторые ленятся дорисовывать смайлику глазки, считая, что достаточно одной улыбки. «Дорисовать смайлику глазки» означает «довести дело до конца». Примерно так.
– Признайся, ты это сам только что придумал! – хитро улыбнулась Лила.
– С чего бы? – не понял Алексей.
– Смайлики расставляются по тексту касанием соответствующего значка. Сразу с глазами, с улыбкой и с носом.
– Это выражение появилось очень давно, когда смайлики еще рисовали вручную.
– Серьезно? – удивленно вскинула брови Лила.
– Ну да, – кивнул Алексей. – Смайлики придумали на моей прародине.
– На Древней Земле?
– Да. Ты этого не знала?
– Даже как-то и не задумывалась, – смешно наморщила нос Лила. Алексей только сейчас заметил россыпь мелких веснушек у нее на носу. – А когда об этом не задумываешься, кажется, что смайлики существовали всегда.
– И пещерные люди рисовали их углями на стенах своих жилищ, – улыбнулся Алексей.
– Что-то вроде того, – кивнула в ответ Лила.
– Ну хорошо, а зачем мы под эскалатор забрались?
– Ты уже не хочешь рисовать смайликам глазки?
– Место здесь не самое подходящее.
– Успел посмотреть запись нашего прыжка в биоме?
– Нет.
– Ты совсем не любопытный?
– Не люблю смотреть на себя со стороны.
– Почему?
– Чувствую себя куклой.
– То есть ненастоящим?
– Верно.
– Интересно.
Лила приложила кончик пальца к губам, словно хотела сказать: «Ш-ш-ш…»
– Мы здесь, чтобы оторваться от публики, для которой мы сегодня стали сенсацией номер один!
Лила скосила взгляд в сторону, из чего Алексей тут же сделал вывод, что она что-то недоговаривает.
– Что еще?
– В биоме обсуждают не столько наш прыжок, сколько то, что было после него.
– После?.. – Алексей нервно сглотнул. – Но после ничего не было.
– Как сказать. – Лила подняла взгляд наверх, хотя там не было ничего интересного.
Алексей провел кончиками пальцев по лбу. Прищурив глаз, он запросил информацию о своем турбоскутере, оставленном на восьмом уровне. Надежды на то, что он уцелел, было не так уж много… Информационный центр сообщил, что турбоскутер, по всей видимости, поврежден и не пригоден к использованию без предварительного техосмотра. Значит, для того, чтобы добраться до дома, придется брать смарт-капсулу. Алексей ненавидел пользоваться смартами.
– Пора!
Лила потянула своего спутника за руку. Она намеревалась выйти из-под эскалаторов с той же стороны, откуда они и вошли.
– Ты полагаешь, там нас никто не ждет?
– Те, кто успел заметить, как мы нырнули под эскалаторы, ждут, что мы выйдем с другой стороны.
– А твой костюм?
– Тебе не нравится мой костюм?
– Нет… В смысле, он мне нравится, но он… слишком яркий.
– Ты хотел сказать, слишком заметный?
– Да!
– Увидишь, никто даже не глянет.
– Ты уверена?
– У меня по этой части богатый опыт. Вокруг слишком много отвлекающих факторов. На нас никто не обратит внимания, пока мы сами не станем его привлекать.
– Каким образом? – насторожился Алексей.
– Существует множество способов, – ушла от прямого ответа Лила.
Она первой вышла из-под эскалатора и, держа Алексея за руку, уверенно зашагала сквозь толпу. Несмотря на ее вызывающе желтый костюм, который, казалось, невозможно было не запомнить, на нее обращали внимания не больше, чем на остальных.
Они слились с толпой. Стали частью ее. Такими же, как все.
– Ты шпионка? – удивленно спросил Алексей.
– Всегда мечтала ею стать. Но не вышло. Папа не разрешил.
– Папа, – произнес Алексей многозначительно, но так тихо, что слово утонуло в окружающем шуме.
Алексей посмотрел по сторонам.
Вокруг них бурлила веселая, счастливая толпа. Горели огни. Звучала музыка. Мерцала реклама.
Все было как всегда в штайне Кан-Да-Кан.
Но только двумя уровнями выше всего несколько минут назад страшная трагедия едва не унесла тысячи жизней. И лишь счастливый случай позволил ее предотвратить.
А на шестом уровне об этом как будто никто ничего не знал. У всех имелись планы на посещение Кан-Да-Кана. И каждый стремился по максимуму их реализовать. Чтобы потом не было мучительно больно, нужно было все успеть. А может быть, и прихватить чуток лишнего. Событие на восьмом уровне как раз и стало для них тем самым довеском, за которой даже платить не пришлось.
Темная материя! Неужели никто из них не задумывался о том, что торпеды могли быть нацелены не на восьмой, а на шестой уровень?
– Что с тобой? – Лила подтянула Алексея ближе к себе снова и взяла его под руку.
– А, так, – махнул рукой Бузин. – Задумался…
– Ты думаешь о том же, что и я?
– Я не умею читать мысли.
– Торпеды могли взорваться на другом уровне.
Алексей ошарашенно замер на месте.
– Как ты узнала?
– Ну, а о чем еще можно думать после того, что произошло, когда смотришь на весь этот карнавал? – Лила взмахнула рукой. – Видно, все же что-то не так в нашем прекраснейшем из миров.
– Ты про Фортан?
– Нет, – мотнула головой Лила. – Про всю Галактику.
Всего лишь короткий обмен репликами, а Алексей вдруг увидел свою случайную знакомую как будто в совершенно ином свете. Признаться, он никак не ожидал услышать от этой взбалмошной девицы, дочки одного из самых влиятельных людей в системе Фортан, то, что она только что сказала.
– Кто ты?
Он не рассчитывал услышать ответ – слова сами сорвались с языка.
Лила улыбнулась, быстро глянула по сторонам и указала на один из виртуальных билбордов. Призывно улыбающаяся красотка предлагала всем попробовать вместе с ней новый, в сто раз более эффективный освежающий «сплит». Она показывала пальчиком с длинным, ярко-алым ногтем на узнаваемую этикетку, после чего подносила горлышко бутылки к таким же ярко-алым, как и ноготь, губам и медленно, с наслаждением и сексуальной чувственностью, делала глоток.