Чтение онлайн

– А не останусь, тогда и говорить не о чем. Поехали.

Толстяк посмотрел на Степу.

– Ну что, переходишь в мое подчинение?

Соловей развернулся вслед за ним. На его лице было написано облегчение от успешного разрешения проблемы. А вот нет вам… Степа насупился.

– Ни в чье подчинение я не перехожу. Я не космоштурм и не буду, уже сто раз говорил. И ни в какие драки ни на жизнь, а на смерть я не вписывался. Сами воюйте, я тут ни при чем.

Он бы еще долго разорялся, ему очень сильно не понравилось, что его судьбой распоряжаются, как мешком бойджи, но Соловей не дал ему развернуться.

– Стоп, – властный голос космоштурма остановил его на полном ходу. Действительно властный. Донкат сам не понял, как заткнулся. – Стоп. Контракт, за которым ты приехал, вон там.

Соловей указал пальцем в направлении выхода из гостиницы.

– Завтра утром он будет подписан.

Степа немного опешил. Это как так? А переговоры?

– После подписания и передачи его на Изюбр по гала-связи, – развернутых комментариев от Соловья Донкат, естественно, не дождался, в том числе и про неработающую гала-связь, – у тебя будет выбор: делать, как я скажу, или отправляться домой первым же рейсом.

– Каким рейсом? – удивился Степа. – Сообщение же прервано.

– Это не мои проблемы, – насупился Соловей. – Я взялся отвечать за твою безопасность. Если ты по своей воле уходишь, я снимаю с себя всю ответственность. Я не нянька.

– Отлично вы отвечаете за мою безопасность, – Степа возмутился до глубины души. – Яхта, лифт, «Крокодил». Да меня за прошедшие сутки три раза на полном серьезе убивать собирались.

– Собирались и убили – две разные вещи, – не дал ему разогнаться космоштурм. – Ты жив, и это главное. И пока ты со мной, я буду стараться и дальше сохранять тебя в этом состоянии. А за душевным спокойствием – это не ко мне. Кто тебя посылал, с тем и разбирайся.

– С Засятиным? – спросил Степа, уже понимая, что деваться ему некуда. Соловей, гад, опять кругом прав.

Космоштурм чуть помедлил, вспоминая. Вспомнил.

– Можешь и с ним. С Шойсом потом придешь, если что. Он ему объяснит, где тот был не прав.

Степа представил Декстера в убээсе в офисе, объясняющим Элечке, что ему срочно надо поговорить с исполнительным директором, и не сдержал смешка.

– Я знал, что ты в душе романтик, – полуиздевательски улыбнулся Соловей и показал на выход. – Если все со всеми условиями согласны, тогда – вперед. И последнее, – космоштурм остановил начатое было движение и внимательно посмотрел по очереди на Декстера и Степу. Те замерли.

– Здесь я отдаю приказы, а вы их исполняете. В этом случае все остаются живы и богаты. Вариантов не предлагается. Все понятно?

Декстер блеснул белоснежной улыбкой из-под шлема.

– Да, сэр, – гулко гавкнул он, поднеся руку к забралу и резко бросив ее вперед.

– Понятно, – пробурчал Степа, все еще не смирившийся до конца с собственной добровольной капитуляцией.

– Со слухом что-то стало, – вкрадчиво пожаловался Соловей, легко постукивая ладонью по шлему. – Старею, наверное. Что ты сказал?

– Так точно, – зло проорал Донкат, целясь под забрало шлема Соловья.

– Во, другое дело, – фальшиво обрадовался космоштурм. – Ну что, покорители галактики, двинулись?

И они двинулись. Поблескивающая металлом тройка убээсов прошествовала по ночным коридорам гостиницы. Редкие в этот час посетители старались побыстрее убраться в сторону, давая дорогу. То ли зрелище было чересчур неординарным для мирного ночного городка, то ли вечерние новости так подействовали на людей, но взгляды, которыми провожали их постояльцы, были уже далеко не такими заинтересованными и любопытствующими, как вчера. В них появился страх. Вернее, не страх, а опаска. Вторжение, ночь, люди в убээсах, болтающееся на бедрах оружие…

Степа встретился глазами с кругленьким невысоким молодым парнишкой, одетым в какой-то бесформенный свитер и непременные хлопковые штаны. Парень вжался в стену, пропуская Соловья, хотя места в коридоре вполне хватило бы еще и Декстеру, с завидной регулярностью сносившему декоративные вазы по пути следования. Бряк. Еще один горшок попался под бронированный локоть сакса. А, нет, вроде поймал. За спиной раздался бегемотий топот пританцовывающего вокруг цветка Декстера. Глаза парнишки стали еще больше. Степа посмотрел на его перепуганное лицо и не удержался от озорства.

– Гав, – щелкнул он зубами, чуть наклонившись к влепившейся в стену фигуре.

Парню чуть не поплохело. Зрачки расползлись на всю радужку, рука зашарила по стене. Донкат злорадно ухмыльнулся. Что, страшно?

– По ушам получишь, – прошелестел в наушниках голос Соловья. – Оставь человека в покое, кос-моштурм.

Улыбка сбежала с лица Степы. Он тут же выпрямился, сделал индиферрентное лицо и зашагал дальше. Соловей так же тихо фыркнул. Идущий последним Декстер вручил парню спасенный горшок.

– Ты его береги, – наставительно посоветовал он. – Ценное имущество.

Парень закивал, очевидно, плохо соображая, что от него хотят, но готовый к любым свершениям, только чтобы эти ужастики поскорей убрались как можно дальше.

– Молодец, – проникновенно поблагодарил его сакс и поспешил за Соловьем, по пути снеся локтем еще одно произведение флористического искусства.

На выходе Степа обернулся из чистого любопытства. Парень все также стоял у стены, держа на вытянутых руках горшок с цветами.

На улице все изменилось. Противный дождь кончился, уступив место теплой влажной ночи, вязким одеялом глушившей звуки засыпающего города. Тишина, темнота, предутренняя неподвижность, которая скоро сменится рассветной зябкостью. Город сонно зевал под этим одеялом, стараясь не думать о заботах, которые принесет с собой новый день. Но только к гостинице это не относилось.

Перед входом, осветив парковочную площадку яркими лучами мощных прожекторов, в ряд выстроились три огромных наземных транспорта, мало чем уступавших, если вообще уступавших, тем, которые встречали Селену с профессором в ботопорте. Между темными телами транспортов и рядом с ними стояли закованные в убээсы (русские, как отметил Степа) фигуры. Некоторые держали оружие в руках.